Антология фантастики и фэнтези-80 - Антон Витальевич Демченко

— Как же там должно пахнуть! — подумал Ромка.

Тропинка вилась между холмами, и чем дальше они продвигались в глубь лагеря степняков, тем чище становилось вокруг. Действительно женщины, и действительно они убирали навоз и мусор при помощи метел и тележек.

— Мужчины не работают? — уточнил Ромка.

— Только рабы, — ответил Меар. — Ставят палатки, ухаживают за лошадьми, пасут стада. Хотя стада пасут и мальчишки, когда надо гнать их на дальние пастбища. Не сажать же раба на лошадь!

— Ну да. Сбежит.

— В степи?! — изумился Меар. — От степняков?!

— Я и не собирался, — буркнул себе под нос мальчишка.

* * *

То, что гостя повезут к Владыке, было понятно с самого начала, поэтому Тук не стал усложнять себе жизнь слежкой и маскировкой. Он просто закинул на коня дорожный баул, собранный загодя, раз и навсегда, взлетел в седло, подхватил, нагнувшись, Литу и поскакал впереди обоза. Это было даже проще, чем обычно, потому что гость (как утверждала Лита, собственного дара кузнеца не хватило бы на такое заклинание) поехал на телеге.

Для степняка — вещь немыслимая, если, конечно, он не ранен.

— Что скажешь? — поинтересовался Тук, обращаясь к своей ученице. Та резко крутнулась на месте — она сидела впереди седла, по-турецки, на толстой мягкой подушке — и оказалась к наставнику лицом, а спиной, соответственно, к голове лошади. Ни малейших опасений, например, свалиться под копыта.

— Здорово! — честно сказала она. — Я люблю кататься верхом!

— Вообще-то я имел в виду анализ ситуации.

— О! — Лита замолчала, затем медленно развернулась обратно, по ходу движения. — Он Рысь, да?

— Да. Еще?

— Он одержим, да?

— Что-о?!

* * *

Шатер Владыки Касы Ромка заметил не сразу. По очень простой причине: он решил, что они подъезжают к очередному холму. Оказалось, нет. Шатер был зеленым (холм, поросший травой) и огромным, он наводил на мысли о торговом павильоне или о цирке-шапито. Только шапито держится на одном шесте вроде, а этот держался на многих.

Перед входом была коновязь, длинная, способная при полной, так сказать, загрузке разместить пару сотен лошадей. Сейчас, впрочем, она была почти пуста.

Еще перед входом стояла охрана, и именно тогда Ромка начал подозревать, что не такой уж он и дорогой гость.

— Владыка Каса примет вас, — сказал охранник, здоровенный детина, весь состоящий из одних мышц. Ромка на полном серьезе подумал, что, рубани он его своей гарой, гара со звоном отскочит. — В должное время.

— Я думал, меня ждут? — Ромка покосился на Меара и еще двоих из «его» отряда, которые проводили его до входа.

— Владыка Каса занят.

— В Степи не принято спешить, — громким шепотом произнес Меар. — Лучше подождать, чем торопиться.

— Лучше, — согласился Ромка, направляя своего коня к телеге с сеном. — Разбудите, когда он освободится.

Под взглядами охраны он растянулся на сене и собрался было заснуть. Не тут-то было.

— Не думаю, что нам следует их оскорблять, — подал голос Лар. — Боюсь, это вспыльчивые ребята.

— Лар, — сонно пробормотал мальчишка, — ты, конечно, жутко много знаешь, и все такое… но…

Он заснул.

* * *

Женщины здесь говорили на другом языке. Эта новость надолго выбила Ромку из колеи, Лар тоже говорил, что никогда такого не встречал и не слышал о таком. Нет, понятно, с мужчинами они говорили на тайри, хотя и с акцентом, и вообще только если их о чем-то спрашивали. А вот между собой трещали как сороки, и язык этот никаких ассоциаций у Ромки не вызывал. Равно как и у Лара, утверждавшего, что знает несколько сотен языков и наречий, — выучил за шесть-то тысячелетий.

— Лар, зачем им это?

— Не знаю. Но это — плохой знак.

— Почему обязательно плохой?

— По двум причинам, парень. Первая — это общество отличается от того, к которому ты привык. А значит, ты в проигрышном положении. Не знаешь, чего ожидать.

— А во-вторых?

— Сам догадайся.

— И догадаюсь.

Некоторое время Ромка сосредоточенно размышлял, затем неуверенно предположил:

— Можно, ну, в принципе… затеять заговор. И если мужчины не говорят по-женски…

— Посмотри на этих женщин.

— Знаешь, Лар, так нечестно. Они могут просто маскироваться.

— Все?

Это заставило Ромку задуматься. Все маскироваться не могут. Могут умные и талантливые. И что?

То, что глупые выдадут умных.

А кто с ними будет разговаривать, если женщина здесь как служанка?

— Ты не о том думаешь, — просто сказал Лар. — Вспомни, что тебе говорил сотник.

— Он много чего…

— Язык, которого никто не может понять.

— Ох! — Ромка хлопнул себя полбу. — Магия?

— Да. Если здесь и сохранились Слышащие, то только женщины. Хотя, конечно, это чистой воды фантазирование.

— Но раз женщины… — Ромка судорожно пытался подобрать нужные слова, — раз у них нет… Ну… Вертикали власти, короче… То… Значит, крыс у них тоже нет?

— Наивный ты все-таки ребенок, — вздохнул демон. — Ох, наивный!

* * *

В лагере — в большом лагере, да еще рядом с шатром самого Владыки — Тук никогда не решился бы на игры с Тенью. Нравом Владыка отличался буйным, жестоким, а спроси о том не кузнеца Тука, а Мастера Ризу Кантана, так был Каса садистом и уголовником. И окружение себе подобрал соответствующее.

Вместо Тени Тук вручил Лите совок и метлу и послал подметать улицу перед шатром. Женщина. С метлой. С совком навоза. Никому и в голову не придет, что это шпион — вот она, невидимость, настоящая. И никакой магии.

Сам же Тук отошел подальше, уселся на бревно, лежащее здесь именно для этой цели (пока не потребуются дрова, потом — извините), и стал ждать. Под языком у него лежала медная монетка, а вторая такая же висела на лбу у Литы на кожаном ремешке — дешевое и безвкусное украшение бедной девочки… Зато он мог видеть ее глазами, слышать ее ушами и советы давать, если потребуется.

Магия. Каса ее очень не любит и — вот ведь парадокс — полностью против нее беззащитен. Точнее, не так. Сначала к власти прорвался Тучан Грозовое Облако, став правой рукой Касы и придворным Слышащим. Маг, скажем прямо, никакой. Потом… точнее, одновременно, начали гибнуть сильные маги, а те, которые были не только сильные, но и умные, вдруг разом куда-то подевались.

Кроме Двирри, который втерся-таки в доверие.

«Вот интересно, — подумал Тук, — многие ли местные кузнецы могут похвастаться, что знают по именам всех владык и их прихвостней? Странное место — эта Степь».

Мысль эта не была чем-то необычным, напротив, за время своего то ли плена, то ли