Кто не спрятался, я не виновата! - Даша Романенкова

целом был не против, а точнее очень даже — за! Вот только Харуно — это вам не застенчивая Хьюга. Это Наруто повезло, пока Хината в обмороке лежит, он её до ресторанчика донести успевает, и даже какую-нибудь вкусняшку прикупить. Еле убедили его всем Управлением, что Ичираку — прекрасное заведение, но для свидания не особо подходит.

А вот Учихе так не повезло. На Харуно где сядешь, там в кому и ляжешь. Он ей уже и цветы дарил — букетом же и огрёб, и любимые сладости притаскивал — их демонстративно скоримили Саю, и на свидание звал! А в ответ получил такое, что завис до тех пор, пока его не пнул Наруто. И ведь сказала-то Харуно всего два слова, но зато каких!

— Ты раздражаешь!

Это был удар ниже пояса, да ещё и тупым кунаем. Вообще-то, после того как команда снова собралась, Саске ни разу не позволил себе сказать эти слова Сакуре. И не только потому, что вдруг разглядел в ней симпатичную девушку. Ему эти слова весь гарнизон АНБУ три года в уши лил, и Учиха осознал каково это, когда тебя просто в грош ни ставят.

В Академии Саске привык быть первым, а тут внезапно оказалось, что он не первый, а второй, да и то в очереди с конца. Розовые очки бились трудно и очень больно, Юми постаралась от души, да и Какаши не отставал. В отличие от Наруто, ему было трудно принять, что он тут — никто и звать его — никак, в лучшем случае первый год он слышал:

— Эй, Стажёр!

Или:

— Мелочь, тащитесь сюда!

Да… В АНБУ было тяжело, местами страшно, но выдрессировали они их с Наруто на отлично. А уж по сравнению с тем, что выходило из Корня… Глядя на ЭТО, Саске понял, что их с Наруто ещё любя натаскивали, а они ведь иногда просто мечтали уснуть и не проснуться…

— Эй, Тёме, ты живой? — В оконном проёме показалась макушка Узумаки.

— Не дождёшься, — буркнул Учиха. — Чего припёрся?

— Мы на миссию, — мрачно ответил Наруто. — В новом составе…

— Мне тебе посочувствовать или порадоваться, что я с вами не иду? — Хмыкнул Саске.

— Ой, заткнись… — Отмахнулся блондин. — Я вот думаю, если мы там это Чудо потеряем, Шеф сильно орать будет?

— Да кто его знает? — Озадаченно пробормотал его друг. — Но вы постарайтесь…

— Ага, — беззаботно кивнул Узумаки. — Ты тут давай, поправляйся, не бери пример с сенсеев!

— Чур меня! — Ужаснулся Учиха.

После ухода Узумаки, Саске выдержал для верности пару часов, и только убедившись, что обновленная Семёрка покинула деревню, самовольно свалил из Госпиталя. Раз Сакуры тут нет, то и бояться ему нечего, никто не будет за ним бегать, и пытаться вернуть в палату.

***

Юми было стыдно перед Асумой. Хоть никто Сарутоби про тайное соглашение Управления и Акацуки не сказал, но Учиха всё равно чувствовала свою вину. Ведь это именно она стала косвенно виноватой в том, что её бухгалтер с напарничком убили Чирику. Поскольку Совесть не вовремя подняла в ней голову, то остановить виноватую Учиху никто просто не успел.

Команда 10 очень надеялась на подкрепление из Конохи, потому, как чётко понимала, что такого противника, как этот непонятный Жрец — они точно не потянут. И это даже при том раскладе, что второй не вмешивался. Но вот чего они точно не ожидали, так это того, что подкрепление в лице Юми и Сакуры, вмешается в битву с криком Учихи.

— Какудзу! Мать твою, останови этого ушлёпка, пока я тебя годовой премии и 13 зарплаты не лишила!

От такого заявления челюсть с грохотом упала не только у Десятки, но и у Котецу с Изумо. Сам же бухгалтер озадаченно поморщился, но на Хидана всё же рявкнул, правда, особого эффекта это не дало. Пришлось Юми в очередной раз напрягать Шаринган, и ловить жреца в иллюзию, пока Сакура и Ино в четыре руки лечили Асуму. Тот в успех особо не верил, и уже пытался давать последние отеческие наставления своим ученикам, когда Учиха не выдержала:

— Асума, прекрати изображать из себя умирающую леблядь! Наворотил дел — имей ответственность — отвечай!

— Вы о чём, Учиха-сан? — Опешил Шикамару.

— О том, что в его возрасте нужно либо предохраняться, либо жениться! А то ишь какой вумный! Заделал Куренай ребёнка, и на тот свет собрался. Тоже мне — мужик! Сунул-вынул, и пошел! Нет уж, дорогой, будешь растить и воспитывать! Глядишь, ещё и до внуков доживёшь!

Ошарашенные Ино-Шика-Чо и пристыженный Асума выпали из разговора, а сама Юми повернулась к бухгалтеру и произнесла:

— Кхм… Какудзу-сан, у меня к вам есть деловое предложение…

— Слушаю.

— Скажите, вам напарник очень дорог? — Накручивая на палец седую прядку, спросила Учила.

— 70 миллионов, — не задумываясь, ответил Акацуки.

— Грабёж средь бела дня, — возмутилась Юми. — Максимум 20.

— Ну, могу уступить Вам 5 миллионов, — подумав, предложил мужчина, окидывая взглядом замершую в иллюзии фигуру напарника.

— А может, махнём не глядя? — Предложила Учиха. — 10 миллионов и Дейдару в придачу!

— По рукам! — Согласился Какудзу.

Довольная Юми тут же выписала чек, и вытащила из техники пускающего слюни Тсукури. Тот местами поседел, на внешние раздражители не реагировал, и покачивался из стороны в сторону. На его место тут же отправился, всё ещё прибывающий в иллюзии Хидан. Сторонние наблюдатели в лицах Десятки и Стражей Ворот, повторно потеряли челюсти, и переводили ошарашенные взгляды с Учихи на Акацуки, а затем и на невозмутимую Харуно. Последняя, что показательно, даже бровью не повела.

— Что тут творится? — Первым в себя пришёл Шикамару.

— Кажется это называется — бартер, — спокойно объяснила Сакура. — Видишь ли, поскольку товарищ Какудзу не нукенин нашей деревни, то официально Коноха не имеет к нему претензий. Так же он один из лучших ныне известных счетоводов, в связи с чем, Учиха Итачи нанял его бухгалтером по клановым делам, ну а поскольку формально обязанности Главы Клана выполняет — Юми-сан…

Шикамару понял, что