Предлагаю ничью - Алиса Ростовцева

Я молчала, шокировано разглядывая подругу.

— Ты не понимаешь, что это такое, экономить каждую копейку, покупать одежду Вере и думать о том, когда, наконец, все изменится. Мне осточертело!

— Что именно, Марина? Жизнь с Флеймом?

— Да! Я сыта этим всем по горло. Кредитом, пустой квартирой, работой Андрея. Ты знаешь, что он почти не ночует дома?

— Он стриптизер, — я сжала зубы, чтобы не сорваться на Марр, не сказать ей больше, чем она готова была услышать. — Ты сама не захотела, чтобы он работал экономистом.

— Не смешивай все в одну кучу!

— Нет уж, послушай, — я тоже встала из-за стола. — Ты же сама этого хотела три года назад. Ты сама потребовала от Андрея трешку. В Москве! И ребенка — почти сразу после свадьбы. Ты сама всего этого добилась! Что случилось теперь?

Марр гордо вскинула голову. Она не собиралась сдаваться и уступать мне.

— Все не так, как я представляла.

Жалкое оправдание Марины заставило меня стиснуть кулаки. Как она вообще смеет?

— А с Майклом иначе? Ты уверена? Или он тоже на два года? До следующего кавалера в твоем списке?

— Иначе! — на глазах Марины вдруг блеснули слезы. И она схватила меня за запястья, вглядываясь в мое лицо. — Он другой! С Флеймом не было такого… никогда. Майкл слушает меня, ему интересно все, чем я занимаюсь. Он читает те же книжки, что и я. Смотрит те же фильмы… Он…

— Откуда ты знаешь? Ты его видела всего…

— Мы переписываемся, — признание Марины, сказанное шепотом, было совсем не тем, что я думала услышать.

— В фейсбуке? — я нахмурилась.

А Марр покачала головой.

— В скайпе. Каждый день.

Я закрыла рот, сдерживая очередную порцию брани, застрявшую на языке.

— Я знаю, что ты думаешь. Что все это… невозможно. Мы с Майклом действительно виделись так мало. Но… он мне нужен, понимаешь?

«Нужен», «хочу», «надо», я слышала это от Марр тысячу раз. Сумочки, курточки, туфельки — безобидные и милые сердцу вещи. Отлично. Нет ничего плохо в том, что человек любит себя. Но всему должен быть разумный предел. Потребительская гонка не должна превращаться в смысл жизни. Как я могла не увидеть раньше, что с Марр все зашло ТАК далеко?

Да, поведение Марины казалось мне иногда странным, но оно всегда в моем понимании вписывалось в «рамки» (но, вот черт, установленные… когда? и кем?!) Даже история с Флеймом четыре года назад меня не удивила. Что бы случилось с ним и Мариной, пойди я против чувств, после новой встречи вспыхнувших в паре Андрей-Марр с удвоенной силой? Я отпустила лучшего друга, перестала дергать его по пустякам, перестала мелькать перед взором Маришки. Сделала все, как хотела она. Тогда я еще была в силах понять желания и капризы своей лучшей подруги. Но сейчас…

Черт побери, некоторые люди никогда не взрослеют.

— Зачем ты все это мне рассказала? Что тебе нужно от меня? — мой вопрос прозвучал сухо.

Марр освободила мои запястья и отступила от меня. Догадалась, что я не поверила ни одному ее слову о нежданно вспыхнувшей любви к другу Стаса? За окном 21 век, романтическая переписка в соцсетях привычное дело. Но кто разрушает семью в погоне за виртуальным счастьем? Это просто смешно.

Маришка стерла с лица умоляющую улыбку.

— Я хотела тебя попросить об… одолжении.

— Разумеется. Что же я должна сделать? — я цедила слова. Мне было мерзко находиться в одной комнате с Мариной. И мысль о том, что Андрею только пойдет на пользу расстаться со своей женой, постоянно крутилась в голове.

— Ты не могла бы приехать к нам… эм… в тот день, когда… когда я буду разговаривать с Андреем?

Уффф… какой поворот сюжета!

Моей выдержки хватило только на едкую усмешку.

— Ты сказала, что он не тронет тебя. Тогда чего ты боишься?

Марр взглянула на меня изумленно, словно обвиняя в том, что я не поняла ее до конца.

— Я беспокоюсь за Андрея! — возмутилась, побледнела. — Ему будет легче, если ты будешь рядом.

Ему будет легче? Разве?

— Может быть, мне еще и за тебя ему сообщить?! А ты пока соберешь вещи и съедешь.

Легкий румянец на щечках Марины подтвердил мою догадку. Даже странно, что Марр не стала отводить взгляд.

Впрочем, мосты были почти сожжены. Маришка бросала вызов всем своим близким.

— Это был бы идеальный вариант, — аккуратный кивок, и маленькая улыбка на пухлых губах. Черт, Андрей, почему я тебя не остановила?

— Тебе придется разбираться с этим самой. Я не позволю тебе решать проблемы за мой счет.

— Но Андрей… — Марина, кажется, не ожидала столь категоричного отказа. На что она рассчитывала, интересно?

— С Андреем все будет в порядке. Мы с Ником позаботимся об этом.

— Ладно, — в голосе Марр теперь тоже был яд. — Но постарайся объяснить своему другу, — девушка почти выплюнула это слово, — что Вера уедет со мной.

О, ну конечно. Разрешение на поездку ребенка…

Я улыбнулась.

— Безусловно.

Наш дальнейший разговор с Мариной вышел еще более неприятным.

Я вежливо поблагодарила девушку за чай, не собираясь больше слушать ее оправданий. Мне страшно хотелось выбраться из душной квартиры на свежий воздух. Я сказала ей, что ухожу. Но Марина… о нет. Разве она когда-нибудь так просто сдавалась?

Уловив что-то в выражении моего лица (быть может, презрение или ярость?), Марина резко сменила тактику. Ее последний удар был великолепно рассчитан.

— Господи, Кси. Перед кем ты рисуешься? В чем пытаешься меня обвинить? Разве ты же тоже самое не чувствовала с Тимуром? Вспомни, как ты говорила, что после месяца совместной жизни начала замечать его недостатки. Ведь было же это, да? Ну и, признайся честно, что стало бы с вашими отношениями, если бы Тим позволил им затянуться? Если бы твой Керимов предложил тебе выйти замуж, ты бы согласилась, не думая! Ты бы родила ему ребенка. Дочку, такую же, как и Вера. Только разве это что-нибудь бы изменило? Ты бы смогла принять, понять… смириться с образом жизни твоего Тимура? Как быстро бы у тебя открылись глаза на него? Как скоро ты бы захотела сбежать от Тима?

Марина усмехалась, пытаясь сорвать с меня подогнанную по лицу маску. Я порадовалась, что Марр ждала целых пять лет, чтобы напомнить мне об истории с Тимом. Быть может, случись наш разговор на год раньше, я бы была к нему не готова. Но не сейчас.

— Ты ошибаешься, Марин. Я бы не стала рожать от…

— Ну, конечно! От Князя ты хотела сохранить ребенка, а от любимого Тимура, ты бы не