В Китеже. Возвращение Кузара. Часть I - Марта Зиланова

— Я Светлана, работаю в представительстве. Вы Марина, знаю. Страшно, должно быть, ехать вот так сразу? — спросила она, отставив опустевшую тарелку.

— Наверное, — неуверенно кивнула Маринка и, усмехнувшись добавила. — Я скорее немного не понимаю, что происходит. Всё так быстро меняется, будто сон смотрю.

Почему-то присутствие этой соседки Маринку немного расслабило, она даже подзабыла следить за осанкой, локтями оперлась о стол и сложила на ладони голову.

— Вы отважная, — улыбнулась ей Светлана. И, покосившись на раздачу, чуть тише добавила. — Гося — красналиха, не человек. Ее народ и на кухне гимназии работает, так что не пугайтесь. Биологию у вас будет вести леший, Эмманил Тополь — он и у меня еще преподавал, хороший учитель. За порядком будут следить домовые. С другими нелюдями попозже познакомитесь, — и усмехнулась, глядя на ошарашенное лицо Маринки. — Голова совсем кругом, да? Привыкнете. Здесь еще одна девочка из Москвы всё лето живет, я ее на ужине иногда встречала, когда она завтракала. Сначала ну точно как вы была, сейчас освоилась уже. Хорошо, что вместе поедете. Не будет одиноко. Ну, приятного аппетита, Марина. Будет скучно, заходите в светлый отдел, я сегодня дежурю.

В руке Светланы появился тонкий жезл, она что-то прошептала, и ее поднос с пустыми тарелками взмыл в воздух и полетел обратно на раздачу. Откуда тут же поднялся в воздух другой — полный.

— Приятного аппетита, сдарыня, — широко улыбнулась Маринке красналиха Гося. — И что там твои зверушки едят? Кормов специальных не ма, но для путешественников найду лакомства. Бедолаги через полстраны едут!

Маринка с некоторым волнением уставилась на поднос — всё еще опасалась встретить ту бурую массу со странным названием. Но красналиха Гося собрала ей огромный и очень аппетитный набор: соленые грузди, квашеная капуста с клюквой, золотистая тушеная картошка с мелко нарезанным мясом, какие-то вареники со сметаной и большой кусок непривычно-сероватого пирога, кажется, с рыбной начинкой. Всё со стаканом кваса и чашкой ароматного травяного чая. Кажется, в этом Китеже можно жить!

Опустели тарелки быстро, Маринка получила две миски для животных — большую и поменьше — и поспешила наверх. Немного каши, кусочки сырого мяса и мелких овощей — то, что надо. Нет, это точно какой-то сказочный мир. Даже о животных не нужно ни просить, ни напоминать — чудеса.

Но что делать еще полдня? Собаку погуляла, кошку почесала, номер без телевизора. Интересно, они вообще есть в этом Китеже? Должны быть, если ведичи уже и компьютеры освоили. Маринка вот их только в телевизоре и видела. Она походила кругами по комнате, поискала признаки волшебного мира и, не выдержав, с гулко стучащим сердцем все-таки спустилась к кабинету светлых.

Можно было посидеть внизу в приемной — Маринка заметила открытый книжный шкаф. Было что изучить. Но эта Светлана приглашала ее. И хоть Маринка очень стеснялась, боялась навязываться, но так хотелось, чтобы рядом был хоть кто-то, кто понимал, что здесь, как и почему.

Ну и сравнить этих темных ведичей и светлых тоже нужно. На высокомерную Светлана действительно не походила, но, может, она, например, добрее Лидии Петровны? Или еще какие различия всплывут!

С полминуты стояла перед закрытой дверью, до того, как наконец осмелилась постучать.

— Марина? Проходите, пожалуйста! — сказала Светлана, когда Маринка приоткрыла дверь.

Отдел светлых оказался таким же, как и темных — длинная комната, три стола у окон, Светлана приветливо улыбалась и снова не выглядела высокомерной.

— Извините, Марина, поболтать с вами у меня не получится, срочно попросили пару отчетов составить, но вы присаживайтесь. Я найду, чем вам скрасить часы до отъезда.

Марина сдержанно кивнула, прошла к креслу у стены, Светлана взмахнула рукой, дверь в прихожую растворилась, и через пару секунд в кабинет влетело три книги. Но не фолиантов, а привычных печатных, с толстой тканевой корочкой и тонкой белой бумагой внутри. И опять с твердыми знаками на конце слов.

— В Китеже сохранилась дореволюционная графика и орфография, — уже повернувшись к компьютеру, пояснила Светлана. — К этой особенности, думаю, вы быстрее всего привыкнете. Но на уроках словесности немного помучаетесь, особенно с ятями, остальные ученики в цивильных школах основные правила орфографии уже освоили.

Маринка кивнула и взяла первую книгу в руки. Ну, хотя бы стало понятно, что читать-писать волш… ведичи, похоже, умеют, и какие-то цивильные школы до волшебства у них есть, хоть что-то понятнее. А что там в книге? «Атласъ животныхъ» — значилось на обложке. Но вот привычных слонов и оленей Маринка там не нашла. Зато на первой же странице красовалась иллюстрация жар-птицы. Маринка жмурилась и не могла долго смотреть на пылающее оперение, таким ярким оно было. А вот текст впритык к изображению прочитался легко — места обитания в Китеже и на территории России, в каких-то заповедниках, о которых Маринка не слышала на уроках географии и биологии в школе, вокруг каких-то неизвестных поселений.

И время полетело! Маринка сама не заметила, когда в окна уже начали падать лучи густого золота предзакатного солнца. А в животе снова заурчало. Маринка осмотрелась. С удивлением обнаружила, что давно скинула кеды, забралась в кресло с ногами, на столике рядом стояла пустая кружка чая и крошки от чего-то съеденного. Три книги — про животных, растения и минералы — обступали ее со всех сторон, открытые на разных страницах. Маринка смущенно покосилась на Светлану, но та как будто не находила в поведении гимназистки ничего предосудительного, что-то сосредоточено печатала на клавиатуре, не отрывала взгляда от монитора. Время от времени потирала усталые глаза кончиками пальцев.

— Простите, Светлана, — решилась Марина, так и не найдя часов в кабинете. — А не подскажете, сколько времени?

— Без пятнадцати шесть, — чуть потрясая головой, сказала Светлана. — Ох сколько времени! Я и сама не заметила, как заработалась! И вам уже пора бежать. Гося подаст вам ужин перед дорогой.

— Спасибо! За книги особенно! Куда убрать?

Но Светлана попросила их оставить, они попрощались, и Маринка уже знакомыми ступеньками прискакала в трапезную. Никого не было, только красналиха Гося облокотилась на прилавок, устало глядя в пустоту.

Маринка поздоровалась и прошла к витрине.

— Да присаживайтесь, сдарыня, — широко зевнув, махнула рукой красналиха Гося. — Помню-помню, что-нибудь привычное для неведичей, — и, принеся поднос с вареной картошкой, молоком и пирожками, как-то даже ласково добавила. — Повезло вам с Викусей. Столько лет таких детей как вы в Китеж не забирали, лет пять только возить начали. Когда по одному в год, когда по три. Вот сейчас двое. А вот и Викуся! Проходи, детка! Познакомься-ка с новенькой — не одна в Китеж поедешь, подружку тебе нашли. Марина, тоже в темной гимназии будет учиться.

Маринка повернулась и увидела, что в дверях стоит ее ровесница. Она немного заспанно щурила глаза, широко улыбнулась Маринке и помахала рукой. Не красавица, но какая-то очень обаятельная — определила для себя Маринка. У нее были прямые темные волосы, которые не доставали до плеч. В джинсах необычного бордового цвета, украшенные разноцветными заплатками на бедре и голени.

— Всем привет! — звонко сказала Вика, быстро подошла к столу и плюхнулась напротив Маринки. — Я Вика! Теть Гось, мне как обычно на завтрак, пожалуйста!

Она потянулась, потерла вздернутый нос и снова широко и искренне улыбнулась, сощурив и без того чуть по-восточному раскосые карие глаза.

— Я так рада, что не одна поеду! Тебя почему на адаптации не было? Я умирала со скуки всё лето!

— Я только пару дней назад случайно нашла представительство.

— Сама⁈ Ого! То есть ты совсем из неведичей? Вот это да! У меня просто бабушка мажица. Она в представительство Китежа в Москве переехала еще лет сто назад, ну, точнее в шестидесятых что ли. И представляешь, за неведича вышла. И всё: дорогу в Китеж и себе закрыла, и моему папке — тогда еще детей из неведичей не пускали. А потом развелась с дедом, но без сына-то уехать как? Никак! Мне, зато, повезло! Ты на какое отделение попала? Я к магам, как бабуля.

— А я не знаю, — помотала головой Маринка.

Вика удивленно изогнула густую темную бровь, а потом пожала плечами:

— В автобусе посмотрим. Нам выдадут «личное дело» для гимназии и пограничников. Там будет все написано. Чуть-чуть потерпеть осталось! — Маринка сдержано улыбнулась в ответ. Оптимизма и радости, как у Вики, в себе не нашла. Только сердце колотилось всё сильнее, будто пыталось выбраться из клубка душащей тревоги. Пограничники, личное дело.