Игорь Кущ и «Сектор Газа». Авторизованная биография - Ярослав Георгиевич Солонин

точки зрения общественных норм, то в 70-х это было чем-то само собой разумеющимся. Другие времена, другие нравы. В феврале 1977 года на экраны страны вышел фильм «Весенний призыв», показывающий в драматическом ключе тяготы адаптации новобранца к армейской службе. Вообще, 70-е – последнее десятилетие, выпустившее обойму фильмов, показывающих Советскую армию с положительной стороны. Эту традицию возобновят уже в нулевые, запустив пропагандистский сериал «Солдаты».

В 1979-м началась Афганская война, которая завершилась в 1989-м, в год образования «Сектора». Ветераны Афганистана вернулись в другую страну, в которой царили совсем другие настроения и жить которой осталось всего ничего. В 80-х параллельно рок-буму вышел ряд перестроечных фильмов, показавших армейскую службу совсем с другой стороны: «Сто дней до приказа» Хусейна Эркенова впервые расскажет о дедовщине, «Караул» Александра Рогожкина поднимет градус насилия в армейском кино до некоего эталона. Но до этого, повторимся, ещё далеко. В конце 70-х большинство воспринимало службу в армии как нечто не то что нормальное, а обязательное. Рокеры, как правило, в это число не входили. Есть исключения, но они скорее подтверждают правило. Слишком бурно всё развивалось на гражданке в позднем СССР, чтобы тратить молодому человеку два года непонятно на что.

Замаячившая было на горизонте армия ушла с него из-за проблем со здоровьем.

ИГОРЬ КУЩЕВ

Я в армии не служил. У меня сердце отказало. С молодости проблемы с сердцем. И инфарктом потом всё закончилось. Такая хуйня.

Далее в наш разговор вступает Сергей Гришаев, один из первых музыкантов, с кем Игорь играл в ансамбле. Они дружили в студенческие годы, затем до середины нулевых их пути разошлись, а потом они возобновили общение и совместное творчество, вылившееся в незавершенный проект «Рок-н-ролл с улицы Лизюкова». Подробнее о сотрудничестве Сергея Гришаева и Игоря Кущева будет рассказано в главах 7 и 44.

Следом за репликой Гришаева идёт комментарий Алексея Карпова, гитариста проекта «Ex-Сектор Газа», хорошего друга Игоря. С ним читатель подробнее познакомится в главах 15, 37–41.

СЕРГЕЙ ГРИШАЕВ

Это у него наследственное. У Валентины Дмитриевны, матери Игоря, были проблемы с сердцем. У Игоря, насколько мне известно, порок сердца.

АЛЕКСЕЙ КАРПОВ

Игорь мне как-то рассказывал, что у него забиваются сосуды. Это наследственное. По его словам, после операции у него было такое ощущение, что кислорода дали. А до этого задыхался.

Но к здоровью вернёмся позже. Намного позже.

«Серьёзная» работа, как и армейская служба, зачастую раз и навсегда отбивает желание творить, и пылятся потом тоскливо гитары и эскизы в пыльных углах, а тетради с «гениальными» стихами отправляются в мусорное ведро. И лишь в старости кто-нибудь ностальгически вспоминает, роняя слезу: «Эх, а ведь я когда-то играл, стихи сочинял, картины писал, на барабанах стучал». Но не всем же быть Ван Гогами и Оззи Осборнами, в конце-то концов. Все профессии нужны, все профессии важны. Слава богу, чаша сия миновала и Куща, и Хоя. Игорь нашёл выход из положения, и об этом будет сказано ниже. Ну а Юрий, попавший под призыв в 1982-м, при довольно драматичных обстоятельствах (парню грозила тюрьма из-за одного нелепого эпизода) в свободное от повинностей время поднатореет в игре на гитаре, а также наберётся впечатлений и сюжетов на всю оставшуюся жизнь.

Теперь вопрос. Что может спасти человека, обременённого рутиной, что не даст ему забыть о призвании? Для музыканта того времени выхода два: самодеятельность и меломания. Вот, по сути, два весла, позволившие Кущу выплыть из житейского моря и впоследствии сделать карьеру профессионального музыканта. Тут ещё нужно сказать пару слов о переменах в его жизни, случившихся в это время. Когда Игорь окончил школу, его отец, Геннадий Кущев, ушёл из семьи. Кажется, это первое серьёзное потрясение в ранее благополучной жизни Кущевых. Можно предположить, что многое в жизни героя этой книги пошло вкривь и вкось из-за сложных отношений с отцом, из-за этого разрыва, которому наверняка предшествовали напряжение и недомолвки. Поскольку Игорь на тему семейных нескладух говорить не любит, пару важных слов ещё скажет его дочь Катя, а вслед за ней и автор этой книги. Но всему своё время, и предание о драмах в жизни Кущева пойдёт с середины книги.

В юности он уже вовсю коллекционировал пластинки и переписывал на бобины добытые у друзей записи. Ассортимент «Мелодии» не удовлетворял запросы рокеров-меломанов, поэтому на выручку приходил «чёрный рынок». Так называемые «толпы», или «тучи». Некоторые располагались рядом с самим магазином «Мелодия».

ИГОРЬ КУЩЕВ

Либо кино смотрели, либо на «толпу» за пластинками. А «толпа» тогда по разным местам располагалась: мы приходили к магазину «Мелодия». Там собирались меломаны. Они кочевали – то тут, то там. Точки были вот такие. Раз, кто-нибудь притаскивает пластинку Slade. «Где взял?» – «А, не скажу». Кто-то притащил Uriah Heep, где у Байрона руки в цепях[4]. Я просто охуел: вот это пацаны дают, куда нам до них. Дело в том, что языковой барьер. На русском языке это никак не прозвучит. Это звучало и будет звучать только на английском языке.

Как правило, по выходным на свой страх и риск собирались в окрестных лесах воронежские меломаны и обменивались виниловыми диковинами. По словам старожилов, одна из воронежских «толп» находилась в лесопосадке на улице Перхоровича.

СЕРГЕЙ ГРИШАЕВ

Бобины собирали, я винил коллекционировал. «Толпа» пластиночная была в лесу на Перхоровича. Меня никогда не загребали. Однажды, правда, на два месяца стипендии лишили. Причём я ходил пластинки менял, по нынешним меркам – вообще ничего. Я в тот злополучный раз не был даже на «толпе». Были двое других с института, и их загребли, а они, когда у них данные попросили, назвали мою фамилию, ну и мне попало ни за что. Потом справедливость восторжествовала, и стипендию мне восстановили.

ИГОРЬ КУЩЕВ

The Doors тоже были одним из первых потрясений. Там лучшие музыканты мира. Одного клавишника послушаешь, Рэя Манзарека, – просто крыша едет. Роберт Кригер тоже интересный гитарист. Это супермузыканты. Хотя сам Джим Моррисон распиздяй. Выходил на сцену, мочился тут же и уходил. Его ждёт зал, а он вообще ушёл с концерта. Такой человек. Гений и дурак. А все гении – дураки. С придурью. С хорошей придурью. Но попробуй додуматься до таких песен. Откуда материал брали – его же нигде не было. Они же не с кого-то срисовывали. Ни на что не похоже. Торкало в голову – и играли. В те времена же было много однотипных психоделических команд, которые брали друг у друга стиль, риффы, гармонии, ещё что-то.

В интервью начала нулевых Кущ определял свои вкусы так: