Счастье летать - Амелия Эрхарт

СКОЛЬЖЕНИЕ ВПЕРЕД

Самолет снижается, будучи слегка накренен. Скользит в сторону он в этом случае примерно с той же скоростью, что движется поступательно.

БОЧКА

Самолет выполняет полный разворот относительно продольной оси. Эту фигуру часто выполняют военные летчики.

НОРМАЛЬНАЯ ПЕТЛЯ

Самолет описывает замкнутую окруж ность в вертикальной плоскости, начиная в восходящем направлении (носом вверх). Маневр относится к фигурам высшего пилотажа и применяется в военной авиации.

ВНЕШНЯЯ ПЕТЛЯ

Самолет описывает замкнутую окружность в вертикальной плоскости, начиная в нисходящем направлении (носом вниз). Сложнейшая фигура высшего пилотажа, которую способен выполнить далеко не каждый летчик.

Что касается медицинского осмотра, то во времена моего ученичества ничего подобного не требовалось. В наши дни, когда гражданская авиация находится в ведении федерального Министерства торговли, человек категорически не допускается к летной подготовке, пока не подтвердит свою физическую пригодность.

Итак, для начала кандидат в пилоты обязан пройти врачебное освидетельствование. По всей стране работают аккредитованные Министерством специалисты, которые проводят несложные тесты для оценки состояния здоровья. Подчеркиваю: исследования самые простые. А то до сих пор бытуют мифы о том, что несчастных летчиков вертят на вращающихся креслах и подвергают утомительным испытаниям внутри хитроумных аппаратов.

Хотя медосмотр направлен в первую очередь на проверку зрения и моторных функций, общая физическая работоспособность тоже крайне важна. Помимо проведения стандартного теста на остроту зрения и дальтонизм, определяется качество так называемого глубинного глазомера, или глубинного восприятия, – зрительной способности оценивать расстояние до объекта. При посадке, когда самолет планирует над самой поверхностью земли, пилоту необходимо четко понимать, на какой высоте над площадкой находятся колеса (в идеале – с точностью до нескольких дюймов). Так и грамотный водитель, если он хочет «вписаться» в свободное пространство между машинами и никого не задеть, должен уметь на глаз рассчитывать дистанцию в плотном транспортном потоке.

Как оценивают глубинный глазомер? Человек садится на расстоянии около двадцати футов от прибора, имеющего вид своеобразного ящика. Сквозь отверстие в торце он видит две вертикальные палочки наподобие миниатюрных штанг. Одна неподвижна, а другую можно перемещать вперед или назад при помощи веревочки. Задача испытуемого – скорректировать имеющееся смещение, передвигая вторую палочку до тех пор, пока обе не окажутся, по его мнению, на одной горизонтальной прямой (то есть на одинаковом от него расстоянии). И если величина ошибки превысит несколько миллиметров, с мечтой о летной карьере придется, скорее всего, расстаться.

Лицензию низшей категории могут выдать даже при наличии некоторых проблем со здоровьем, считающихся противопоказанием в остальных случаях. Если, например, человек носит очки, это автоматически закрывает ему доступ ко всем иным лицензиям, кроме любительской, – да и на последнюю он сможет претендовать только при небольшом отклонении от нормы.

Уже получив лицензию, пилот обязан периодически проходить контрольные осмотры. Это необходимо для проверки состояния организма, а также учета суммарного летного времени. Будь подобная система введена применительно к водительским правам, на дорогах наверняка стало бы меньше аварий.

Чтобы летать, не нужно ничего сверхъестественного. Достаточно иметь нормальную координацию и хорошее здоровье, позволяющее справляться с умеренными нагрузками. Другое дело, если пилот хочет стать асом. Тогда ему и правда необходимы исключительные кондиции – ведь и спортсмен, который стремится к рекордным результатам в теннисе, гольфе или бейсболе, должен обладать незаурядными психофизиологическими качествами. В своих дисциплинах спортсмены Хелен Уиллз-Муди, Бобби Джонс и Бейб Рут – такие же непревзойденные мастера, как Фрэнк Хоукс и полковник Линдберг в летном деле. Мысль моя проста: чтобы стать звездой авиации, требуется не больше усилий, чем для достижения феноменального успеха в любой другой профессии.

При благоприятных атмосферных условиях полет, будь то в качестве пилота или пассажира, не доставляет никаких особых неудобств. А так как пассажир не отвечает за безопасность и может себе позволить расслабиться, то для него путешествие по воздуху часто оказывается приятнейшим – при прочих равных – способом добраться в нужную точку.

У большинства людей превратные представления о том, каково это – летать. Конструируя мысленную картину, многие исходят из того, как аэроплан выглядит на старте или во время полета, или вспоминают свои ощущения от катания на американских горках. Иные непосвященные воображают, что, поднявшись в воздух, будут испытывать примерно то же, что при взгляде вниз с крыши небоскреба. Все эти аналогии ошибочны. Человек на борту самолета чувствует себя иначе. Полет проходит до того буднично, что пассажир, впервые в жизни поднимающийся в небо, скорее всего, даже не заметит, что машина уже отделилась от земли.

Помню, один мужчина, вылезая из самолета после своего первого воздушного путешествия, сказал: «Ха, оказывается, самое необычное в полетах – то, что в них нет ничего необычного!»

Так оно и есть. Взять, к примеру, страх высоты, отпугивающий многих потенциальных авиапассажиров. В самолете вы почти наверняка будете от него избавлены. Ведь связь с землей, которую мы чувствуем в случае с небоскребом, здесь отсутствует. При взгляде на тротуар с балкона двадцатого этажа некоторых так и тянет шагнуть за перила. Но пассажир воздушного судна истинного расстояния не ощущает и может преспокойно смотреть вниз. Причина проста. Когда мы стоим на балконе небоскреба, между телом наблюдателя и улицей внизу существует реальное взаимодействие, и потому высота ощущается необычайно остро. Когда же мы летим по воздуху, то никакой твердой материальной среды, которая бы соединяла нас с землей, попросту нет. (Воздушная атмосфера, заполняющая пространство между брюхом самолета и поверхностью земли, сходного эффекта не производит.)

Многие боятся летать потому, что это якобы вредно для сердца. Одна моя знакомая уверена, что, поднявшись в воздух, непременно умрет от сердечного приступа. При этом она лениво плетется по жизни, таская на себе не меньше ста фунтов лишнего веса и подвергая упомянутый орган куда более серьезной нагрузке. И где тут, спрашивается, логика?

Не спорю: если человек страдает хронической болезнью сердца и плохо переносит большие высоты, рисковать, конечно, не стоит. Но если пребывание в районах выше уровня моря вам не противопоказано, то перелет, скажем, над Скалистыми горами будет для вас не более чувствителен, чем обычная поездка по железной дороге или на автомобиле.

И вот что интересно: скорость в небе почти неощутима. 30 миль в час на автомобиле или 50 на поезде воспринимаются более ярко, чем сто миль в час на большом самолете. Когда едешь по шоссе, любой