Отпрыск рода Орловых. Том 5 - Демьян Копьёв

Когда плеть упала на плечи Святослава, разрывая ткань ветхой куртки, я услышал утробный рык, а повернув голову в его сторону, заметил яростный, направленный на главного надсмотрщика взгляд. Казалось, еще секунда и бородач бросится в атаку. Уверен, его решимости и злости хватило бы для того, чтобы свернуть массивную шею ублюдка. Зотов справился бы и без магии: отчаяние, ярость и ненависть являлись тем фактором, что толкал его вперед, делая сильнее и выносливее, чем мужчина был на самом деле.

Ухватил за плечо, не давая совершить ошибку, и отрицательно помотал головой.

Не сейчас. Не в мою смену.

Я не мог позволить погибнуть Зотову, во всяком случае, до тех пор, пока не узнаю, за что он попал на каторгу. Интересно, сколько времени бородач тут провел и почему сказал, что на свободе про него забыли?

В принципе, если Святослав стал неугоден роду, то вполне могло случиться, что его упекли подальше свои же родичи. Марать руки не захотели, а вот подставить, сделать преступником и отправить на рудник с которого не возвращаются — вполне возможно. Ведь вышвырнул же дед из дома мою тетку — собственную дочь, да и на меня — родного внука, ему было, по сути, наплевать.

— Эх, — вздрогнул от неожиданности.

Взвизгнувшая в воздухе плеть, опустилась на мое плечо.

Сцука!

Сжал зубы и склонил голову, ускоряя шаг, потому как еле удержался, чтобы ее не выхватить и не отходить семихвосткой самого надзирателя. Вот была бы потеха.

Не-ет, действовать пока рано, сначала необходимо вычислить остальных бессмертных, а потом — под отводом глаз, тёмной ночью вырезать всех скопом, заодно узнав место, где скрывается Крючконос.

Борислав решил лично довести нашу группу до места входа в рудник, который располагался за южными воротами, примерно в районе километра от жилой зоны.

Сначала нас отвели к длинному ангару, где толпилась куча народа в сопровождении надсмотрщиков. Каждой группе выдавали лопаты, затупленные кирки, и небольшие холщовые мешки, предназначенные для хранения кристаллов.

Поглядывая по сторонам, прикинул, сколько здесь заключенных. Оказалось, не так много, как я думал вначале: человек триста, не больше. Это, конечно, не считая обслуживающего персонала.

Женщины среди каторжников имелись, но посмотрев на них, понял, что даже если очень постараюсь, у меня просто не встанет, да даже если бы что-то и произошло, взять с заключенных было абсолютно нечего. Магия оказалась блокирована, внутренних сил оставались сущие крохи.

Потяни я из такой энергию — сразу умрет.

Не-ет, надо придумать другой вариант. Интересно, в охране имеются женщины?

Дар должен сработать как надо. Одна единственная жаркая ночь в страстных объятиях и я вновь буду полон сил.

Вот тогда придет время повоевать.

Лица каторжников выглядели унылыми и озлобленными, впрочем, как и у большинства охранников. Многим не нравилась такая работа, но оплата за нее была высокой и окупала те неудобства, которые приходилось терпеть.

После полученных инструментов, в отличии от основной группы каторжников, нас повели совсем в другую сторону, намного левее главного входа. Чувствуя напряжение спутников, я не совсем понимал их беспокойство и не представлял с чем нам придется столкнуться.

Мои соседи по бараку выглядели так, словно уже похоронили себя заживо. Даже Зотов, казалось, смирился со своей судьбой, но не я.

Впрочем, меня-то как раз смерть не страшила, поэтому я шел вперед с улыбкой на губах. Эх, еще бы сейчас песню затянуть.

А почему бы и не поднять боевой дух и настрой команды?

— Парни, чего носы повесили? В задницу охрану, пусть не думают, что они нас сломили! Запе-е-вай!

На меня посмотрели, как на полного идиота, а уж когда я открыл рот, и из него полилась песня из моего родного Мира, вовсе офигели. Я долго думал, какую выбрать, сначала хотел что-то из Арии, но потом, почему-то на ум пришла совершенно другая: «А что нам надо» Сергея Галанина.

Выдох, вдох. Хорошо дышать.

Черный горох да нелегко глотать.

Пуля и ствол — нажал и разошлись.

Где добро, где зло, попробуй разберись.

А что мне надо? Да только свет в оконце.

Да что мне снится? Что кончилась война.

Куда иду я? Туда, где светит солнце.

Вот только братцы, добраться до темна…

Пусть песня была немного не в тему, но мне она всегда нравилась и навевала приятные воспоминания из детства.

Когда же это было? Сейчас и не вспомнишь.

Шедший рядом Святослав хмыкнул и после того, как я пару раз повторил припев, подхватил за мной, а через пару минут присоединились остальные. Даже Василий и тот начал подпевать себе под нос.

Главной моей целью было не просто поднять дух каторжников, а привлечь к себе как можно больше внимания. Я очень надеялся, что мою персону заметят и доложат начальству о странном заключённом. А уж если бы меня привели на встречу с управляющим…

Борислав злился, но размахивать плетью больше не спешил, прекрасно понимая, что нам еще работать в поте лица. Хоть кто-то должен был выжить и вернуться живым, выполнив норму, а покалеченные — мы могли так и не выбраться наружу.

Минут через десять подошли к узкому входу в пещеру, где столпились ещё два отряда неудачников, тех, кому не повезло попасть на самые опасные участки раскопок: 27-А, 27-Б и 27-В.

Шестеро охранников, по два на каждую группу, нервно переминались с ноги на ногу. Хмурые рожи, поглядывающие на нас так, словно мы грязь под их ботинками, сильно раздражали. Хотелось зарядить каждому, причем не по одному разу.

— Борислав, — приветствовал один из них главного надзирателя.

В голосе говорившего проскользнула досада.

Я понял, что мы опоздали, и недовольство охранников вызвано именно с этим обстоятельством, но хоть они и были раздражены задержкой, высказывать свое негодование не спешили.

Ясно как день, будь на месте Борислава кто-то другой из сопровождающих, получил бы на орехи.

Глава 6

Два охранника подошли к нашей группе и ухмыльнулись.

— Пошли, смертнички. Сегодня вам не повезло, впрочем, как и нам.

Все три группы довольно быстро затолкали в темный проход пещеры, который разделялся ответвления.

— Вправо двигайтесь, да побыстрее, — рыкнул один из надзирателей нашей группе.

Никто не решался первым шагнуть в непроглядную темень.

В связи с этим у меня встал вопрос: — А как мы будем что-то там добывать, если нихрена не видим?

Ответ нашелся довольно быстро. Стоило шагнуть в каменную кишку,