Развод. Жизнь с начала - Надежда Марковна Борзакова

и ждал, что будет какой-то тупняк с ее стороны, чтоб можно было ее отчитать за него, а то и уволить, но ничего такого не было. Даже с Сашей Павлишиным, который на его памяти не мог сработаться ни с одной женщиной, у нее не было конфликтов, да и он ни на что не жаловался.

Зверин сам себя самодуром каким-то иногда ощущал из-за того, что ищет причины придраться к девушке. Впервые в его голову иногда залетали мысли, что он может быть и неправ.

А еще впервые за долгое-долгое время он реально ждал планерок. А еще, как пацан, украдкой следил взглядом за Леной. Как она изящно сидит, выпрямив хрупкую спину, как идут ей заплетенные в толстую косу густые волосы, как играет легкий румянец на ее высоких скулах и как маняще поблескивают пухлые губы. Как она смотрит, как звучит ее голос — нежно и мелодично, словно перезвон колокольчиков.

Демьян то и дело одергивал себя, но ее тонкая фигурка, которую объемная форма врача “скорой” только подчеркивала каким-то чудесным образом, как магнитом притягивала взгляд.

Идиотизм полнейший.

Качнув головой, Зверин выключил компьютер и встал из-за стола. Размял затекшую от долгого сидения шею. Глянул на часы. Десять вечера. Засиделся он, однако. Но, докторская сама себя не напишет, да и дома его никто не ждет. Даже кошку завести не вариант — он же все время работает, а животному нужно хоть какое-то внимание. Снял белый халат, повесил его на вешалку в шкаф. Сунул в карман деловых штанов бумажник, смартфон, прихватил ключи от машины и кабинета… Запер дверь, прошелся по спящей больнице, вышел на улицу.

Красивая ночь. Теплая, на небе звезды. Воздух такой сладкий и вкусный, какой только летом и бывает. Прогуляться бы, но самому неохота. Да и потом за тачкой возвращаться. Таксистов он не любил. Бесило, что кто-то другой решает с какой скоростью и по какой дороге он попадет из пункта “А” в пункт “Б”. И ладно бы хоть свое дело знали, а так…

Черный “Ленд крузер “Прадо”” приветственно мигнул фарами. Зверин прыгнул в тачку, пристегнулся, завел мотор, врубил музыку и помчался по полупустой улице. Он любил гонять, да. Но делал это разумно и в меру потому, что люди — его ответственность. Даже те, кто за себя эту самую ответственность и не несет.

Ехал, думал. Снова о ней, чтоб ее. Ну, хорошо хоть Тарханов вернулся со своих морей, значит скоро дело будет решено. Вряд ли барышня упустит возможность получить дополнительные привилегии и меньше напрягаться, хоть хороший она врач, хоть нет.

Другой вопрос, что ему придется это все наблюдать. Зато потом, как появится повод, а он появится, он ее с чистой совестью уволит наплевав на то, что они с Тархановым друзья. Потому что дружба дружбой, а работа прежде всего.

За поворотом жуткая авария. Две тачки почти “в лоб”. Паникующие люди, осколки стекла и только одна карета “скорой”. Даже если б не одна, он бы все равно затормозил. Он никогда мимо не проходит, если врач нужен…

Затормозил, достал из бардачка перчатки, надел и выскочил из машины. Как раз в этот момент двое медиков вытаскивали с водительского сиденья девушку. Ее светлые длинные волосы были в крови.

Зверин замер. Лютое дежавю. Его невеста тоже блондинкой была. И тоже в автокатастрофе…

— Саша, дефибриллятор неси! — знакомый голос.

И фигурка тоже знакомая до боли. Лена…

— Отойдите, дайте воздуха! Начинаю сердечно-легочную реанимацию.

Он стоял и смотрел, как девчонка ритмично и резко давит на грудную клетку пострадавшей.

— Демьян Ильич, а как вы тут? — Павлишин. — Помогите, вторая бригада все не едет, нам рук не хватает…

— Да…

Бросился на асфальт.

— Лена, дай я сменю, у меня сил больше!

И она сразу отступилась. Помчалась к другому пострадавшему и принялась проворно оказывать помощь. Он краем глаза видел, пока откачивал девушку. Запустил сердце… Успели….

В который раз снова успели. Для этого он и пошел в эту профессию. Чтобы успевать…

Стабилизировал пострадавшую, оставил на Павлишина и двинулся глянуть, не нужна ли помощь. Второй водитель тоже тяжелый, а Лене он не доверяет.

— Демьян Ильич, как хорошо, что вы оказались рядом, — затараторила, когда подошел. — Я бы без вас не справилась.

Она как раз заканчивала накладывать повязку на окровавленную руку пациента — ловко и уверенно.

— Я же без руки не останусь? — испуганно спросил ее пострадавший парень.

— Не останетесь. По крайней мере, в этот раз. А продолжите так летать, в следующий раз можете и без головы остаться. Из-за вас чуть девушка не погибла, чем вы думали вообще?

— А как она? — спросил, пытаясь привстать.

— Лежите, вам двигаться нельзя…

— Откачали! Но потребуется длительная реабилитация, — сказал Зверин, — И ей, и вам.

В этот момент вдалеке замаячили мигалки “скорой”. Пара минут и пострадавшая девушка оказалась в машине, а Зверин сообщил медикам анамнез и проведенные манипуляции. Ну и уточнил, что делать им. Потом помог погрузить второго пациента уже своей бригаде.

Смотрел, как удаляются мигалки. Думал. О том, что вот только что спас еще одну человеческую жизнь. Он и Ленка. И о том, как искренне она благодарила его за помощь. И какой была в эти моменты. Настоящей, взволнованной, но при этом собранной и ловкой.

Отлично сработала.

Жаль будет ее увольнять.

Глава 7

Елена Петраш

Эта ночь была особенно насыщенной и тяжелой. Мы были постоянно на вызовах и каждый был сложным. К счастью, я никого не потеряла, хотя пару раз находилась на волосок от этого. А потому утром морально и физически вымотанная я хотела только одного — добраться до своей квартиры и завалиться спать. Но сегодня понедельник и планерка. И на ней, как назло, все очень-очень долго. Зверин не в духе, как и всегда. Вот, ну серьезно, надо же как фамилия иногда отображает характер ее владельца. Но, не спорю, как врач он великолепен, что есть, то есть. И я ему очень благодарна за помощь, которую он оказал на моем прошлом дежурстве.

Мы примчались на вызов на серьезную аварию. Тяжелых пострадавших было двое, а вторая бригада задерживалась. Как-то так оказалось, что Зверин как раз ехал мимо, остановился и помог. Откачал вместо меня девушку, дав возможность оказать помощь второму пострадавшему.

Молодец, что остановился и вмешался, да.

— Пятая бригада, в бланке информация неразборчиво. Это не конспект в медунивере, вдруг забыли, — это нам с Сашей.

— Случай сложный, некогда расписываться было, — Саша.

— Отчетность тоже часть