Беседы с Богом. Необычный диалог. Книги 1-4 - Нил Дональд Уолш

Но если вы не позаботитесь, то вы неминуемо попадете туда, куда вы держите курс!

Так остановитесь! Оглянитесь вокруг! Сядьте вместе и соберитесь с мыслями. Создайте высшее из высших представлений о себе как о человеческой расе, какого у вас еще никогда не было. Затем возьмите ценности и понятия, которые поддерживают эту идею, и обучайте им в школах.

Почему бы не ввести такие курсы, как…

Сила понимания

Улаживание конфликтов мирным путем

Составляющие надежных отношений

Индивидуальность и создание самого себя

Тело, разум и душа: как они функционируют

Занимательное творчество

Как быть довольным собой и ценить других

Радостное самовыражение в сексе

Справедливость

Терпимость

Различия и сходства

Этическая экономика

Творческое сознание и сила ума

Самосознание и бдительность

Честность и ответственность

Видимость и прозрачность

Наука и духовность

Многое из этого сейчас уже изучают. Мы называем это общественными науками.

Я не говорю об уроках, которые проходят два раза в неделю в течение семестра. Я имею в виду отдельные курсы по всем этим вещам. Я говорю о полном пересмотре ваших школьных учебных планов. Я говорю о школьных курсах, ориентированных на ценности. Сейчас вы обучаете в основном по школьным планам, ориентированным на факты.

Я говорю, что вы должны сконцентрировать внимание ваших учеников на постижении основных понятий и теоретических схем, вокруг которых могут быть выстроены их системы ценностей. И уделяйте этому столько же внимания, сколько вы уделяете датам, фактам и статистике.

В высокоразвитых обществах вашей галактики и вашей Вселенной (о них мы будем подробнее говорить в Книге 3) детей обучают основным понятиям для жизни, начиная с самого раннего возраста. То, что вы называете «фактами», в этих обществах считается гораздо менее важным, и этому учат в более позднем возрасте.

Вы создали на своей планете общество, в котором маленький Джонни уже умеет читать, не выйдя из дошкольного возраста, но еще не научился, как ему перестать кусать своего братишку. Сьюзи назубок знает таблицу умножения, сходу давая ответы по памяти на все более и более ранних этапах обучения, но она еще не узнала, что нет ничего постыдного в том, что касается ее тела, и стыдиться тут нечего.

Сейчас ваши школы существуют, главным образом, чтобы давать ответы. Но было бы гораздо больше пользы, если бы их основной функцией было ставить вопросы. Что значит быть честным, ответственным или «справедливым»? Что из этого следует? А что, собственно, значит 2 + 2 = 4? Что из этого следует? Высокоразвитые общества побуждают детей, чтобы они сами искали и находили ответы на такие вопросы.

Но… но это привело бы к хаосу!

А те условия, в которых вы сейчас живете…

Ладно, ладно… Скажем, это привело бы к еще большему хаосу.

Я не говорю, что ваши школы не должны делиться со своими детьми знаниями и готовыми решениями. Как раз наоборот. Школы выполняют свое назначение, когда они делятся с молодыми тем, что взрослые узнали, открыли, решили и выбрали в прошлом. Тогда ученики могут пронаблюдать, как это все действовало. Но в ваших школах вы представляете ученикам данные так, как будто Все Это Верно. На самом же деле информацию нужно предлагать просто как информацию.

Данные из прошлого не должны быть основанием для истины нынешней. Данные из предшествующего времени или опыта должны быть – всегда и только – основанием для новых вопросов. Сокровище всегда должно таиться в вопросе, а не в ответе.

А вопросы всегда одни и те же. Что касается фактов, которые мы вам изложили,– вы согласны с ними или нет? Что вы думаете? Это всегда ключевой вопрос. Он всегда в центре внимания. Что вы думаете? Что вы думаете? Что вы думаете?

Конечно же, при ответе на этот вопрос дети будут ссылаться на ценности родителей. Родители будут продолжать оказывать сильное влияние – несомненно, играть главную роль – в создании у детей системы ценностей. Школа должна стремиться и видеть свою цель в том, чтобы побуждать детей с самого раннего возраста и до окончания формального обучения изучать эти ценности, учиться, как ими пользоваться, применять, знать их применение в действии – и, да, даже подвергать их сомнениям. Потому что родители, которые не хотят, чтобы дети сомневались в их ценностях, не любят своих детей – они скорее любят себя через своих детей.

Хотел бы я – о как бы я хотел! – чтобы такие школы были!

Есть школы, которые близки к этой модели обучения.

Неужели?

Да. Почитай труды человека по имени Рудольф Штайнер. Изучи методы Вальдорфской школы, которую он открыл.

Конечно, я знаю про эти школы. Это pеклама?

Это констатация факта.

Потому что Ты знал, что я знаком с Вальдорфскими школами. Ты это знал.

Конечно, Я это знал. Все в твоей жизни было тебе на пользу и привело тебя к этому моменту. Я ведь начал говорить с тобой не в начале этой книги. Я годами беседовал с тобой через твои ассоциации и переживания.

Ты говоpишь, что Вальдорфская школа – самая лучшая?

Нет. Я говорю, что это модель, которая работает, учитывая то, что вы как человеческая раса изъявляете желание делать, какими вы хотите быть. Я говорю, что это один из примеров того, как образование может достигать поставленных целей, имея в качестве ориентира «мудрость», а не просто «знание». В вашем обществе такие примеры редки.

Да, я очень одобряю эту модель. Вальдорфские школы очень отличаются от других школ. Я хочу привести один пример. Он простой, но он очень хорошо иллюстрирует суть дела.

В Вальдорфской школе учитель сопровождает своих учеников через все ступени начального обучения. Все эти годы у учеников один и тот же учитель, и им не приходится переходить от одного учителя к другому. Можно ли себе представить, какая связь при этом возникает между учителем и учениками? Можно ли понять ее значение?

Учитель узнает ребенка так хорошо, как будто это его собственный ребенок. Ребенок выходит на уровень доверия и любви в отношениях с учителем, который открывает такие возможности, о существовании которых традиционные школы даже не подозревали. По истечении лет учитель снова возвращается к первой ступени обучения и уже с новым классом учеников проходит весь курс обучения от начала до конца. Учитель Вальдорфской школы, одержимый своей работой, может закончить свою деятельность, проработав только с четырьмя классами учеников за всю