Искушая любовь - Сара Адам

Да, я не оставил ублюдка Ричарда безнаказанным за всё то дерьмо, что он вылил на мою девочку. Скажу вам больше: класть я на него хотел. Никакой жалости и сожалений не испытываю.

Оправданий не ищу и реакцию Адалин в каком-то смысле понимаю. Устроив небольшую расправу, я не учёл одного: она всё ещё продолжает строить иллюзию отношений с белобрысым, и тот поделится трогательной историей о трагедии семьи Харрис.

Гнать не буду зацепила меня ложь сильно. А потом ребята вычислили тех, кто сломал Адалин в прошлом, и дальше всё как в тумане.

Я убил их всех.

Стёр с лица земли тех, кто посмел коснуться её.

И буду гореть за это в аду, но какая уже разница, если честь моей женщины отмыта? Я зачистил её прошлое, чтобы мы могли начать с чистого листа.

Единственное застеленная пеленой ярости башка не додумалась сделать всё тихо. Громкие убийства спортсменов за короткий срок привлекли внимание журналюг. Стоило немного растянуть игру, но я был не в себе.

Адалин не должна была обо всём узнать и догадаться. Это точно не входило в планы, но врать и отнекиваться уже было бессмысленно она у меня не глупая.

Только вот это, бля, дало трещину и заставило её усомниться в нас.

Следующая неделя была адской. Не мог ни спать, ни жрать, ни работать. Одержимость именно так могу описать чувства к ней.

Я не хотел быть таким. Конченым мудаком и подставщиком, но Адалин и её нерешительность не оставили иного выбора. Они стали топливом для внутреннего зверя, боявшегося её потерять. Я знал, что нужно действовать. Если Делла не может выбрать, я сделаю этот выбор за неё. Насильственно и окончательно.

Выманить сладенького не составило труда, как и взломать мессенджер Ады. Пара сообщений и белобрысый уже примчался на всех порах к возлюбленной, а дальше дело оставалось за малым: предупредить охрану и поднять гостя наверх, в самый неудобный момент.

Получилось охеренно. Гость понял без слов и слинял, оставив за собой лишь шлейф воспоминаний.

Я сжёг мосты, лишив её возможности вернуться в прошлое.

Подтянув к губам сигарету, щёлкаю зажигалкой, закуривая.

Рвануть бы по-хорошему следом и от души её встряхнуть. Но с Адой так нельзя. Решил, что пусть извинится, простится не знаю, что ей там ещё нужно, чтобы закрыть тему с белобрысым.

Лежащий перед глазами телефон вибрирует, выводя из зыбкой концентрации, держащейся на честном слове последние часы, с побега Адалин.

Незнакомый номер на экране заставляет напрячься, как бы заранее давая понять, что дела пошли по одному месту.

— Слушаю, — крепко затягиваясь, принимаю вызов и ставлю громкую связь, не поднимая со стола мобилу.

Тишина в ответ затягивается, как будто на том конце провода намеренно молчат, наслаждаясь.

— Надеюсь, ты не слишком занят, — тянет голос, такой, от которого возникает жгучее желание проехаться по надменной роже. — Было бы обидно отвлекать такого занятого человечка.

— Ближе к делу, — сжав зажигалку, прокручиваю её в пальцах, выдыхая сизый дым.

Чуйка намекает, что вот-вот случится грандиозная катастрофа, но я гоню её нахер.

— Ты хорошо устроился, Джон Грей, — звук собственного имени вынуждает замереть, уставившись на тёмную стену напротив. — И должен признать, у тебя прекрасная фейковая личность. Артём постарался на славу, верно? Не прицепишься. Однако меня не проведёшь…

— Некрасиво получается. Ты про меня знаешь всё, а сам не представляешься, — перебиваю и, параллельно открыв чат со штатным айтишником, кидаю короткое: «Пробей, откуда звонок».

— Ауч. Обидно. Я надеялся, что ты сам догадаешься, дружище, — сладковато протягивает мудак. — Итан Араи. Сын человека, чью территорию ты сейчас называешь своей. Приятно познакомиться лично, Ваня.

Зажигалка в пальцах останавливается. Сжав челюсть, отшвыриваю предмет по столу в сторону.

— Не могу ответить взаимностью, дорогуша. Теперь говори.

— Интересная попытка жить чужой жизнью, — воркует он лениво. Блять, ощущение, что общаюсь с душевно больным.

— Давай ближе к делу, — рычу в трубку, теряя остатки терпения. — Надоело терять своих псов? Решил лично подставиться?

Японский выродок мягко усмехается, от чего меня тянет представлять его смерть в мельчайших деталях.

— Справедливость, — отвечает, протягивая каждую грёбаную букву. — И ещё: чтобы ты слушал меня очень, повторюсь, Ванечка, очень внимательно.

Какого-то дьявола я уже заранее знаю, что он произнесёт, прежде чем шавка успевает открыть грязный рот. Стряхнув с тлеющей сигареты пепел, тушу её в пепельнице.

— У меня твои девочки. А если быть точнее одна твоя, такая, с силиконовыми сиськами. Полная троечка, верно? Ух, как же она визжала, у меня аж встал, — наслаждается ублюдок триумфом, а у меня сводит челюсть от подступающей ярости. — Надеюсь, ты не разозлишься на такую маленькую деталь? Можешь не переживать, я её не тронул. Не люблю подбирать после кого-то. Брезгую.

Закрыв глаза, медленно выдыхаю, стараясь удержать внутреннего зверя.

У него Селин.

Твою ж мать.

— Продолжай, раз начал. Внимание ты моё получил, пора закругляться. Кто вторая? — впиваюсь пальцами в край стола, будто пытаюсь удержать равновесие.

Если есть в этом долбанном мире хоть капля справедливости пусть это не Адалин. Наверное, это второй раз за мои годы, когда я молюсь за чью-то жизнь. В первый раз молитвы не были услышаны.

— Сестра твоего драгоценного друга. Тоже симпатичная. Не знаю, кого из них мне жаль больше. Ведь одна из светленьких сегодня умрёт.

Мне требуется несколько секунд, дабы удержать себя от того, чтобы не разбить телефон, ударив по нему сжатым до побеления костяшек кулаком.

— Где они? — поднявшись на ноги, как загнанный в клетку зверь, подхожу к окну.

Тело начинает колбасить от подступившего гнева и сраной беспомощности.

— Не торопись, сладенький. Всё постепенно. У тебя будет два адреса. Но приехать ты успеешь только к одной, — Итан делает паузу, прежде чем закончить. — А затем бум, и всё исчезнет.

— Ты там боевиков, что ли, пересмотрел, мой хороший? — улыбка проступает на лице, но в отражении стекла я вижу звериный оскал.

— Кого выберешь, Грей? Свою женщину или сестру друга? — слышу глухое отбивание пальцев по твёрдой поверхности, будто он намеренно играет на нервах.

— Ты же понимаешь, что я