Восток на рубеже средневековья и нового времени XVI-XVIII вв. - Коллектив авторов

через Архипелаг и владением несколькими опорными пунктами. Эти действия не планировались заранее в Амстердаме, где находился директорат ОИК, или в Батавии, но сама логика колониальной экспансии подталкивала голландцев к вмешательству во внутренние дела индонезийских государств, что неизбежно вело в тех условиях к территориальным захватам. К последней четверти XVII в. ОИК сокрушила три значительных государства Индонезии — Тернате, Аче и Гова (Макассар), но ограничилась установлением торговой монополии, не участвуя непосредственно в эксплуатации крестьянства.

Ситуация изменилась, когда Ост-Индская компания начала агрессию против государств Явы — самого плодородного, населенного и богатого острова Архипелага. Наиболее крупное яванское государство — Матарам — испытывало серьезные трудности. Тяжелые и обременительные завоевательные походы разорили не только население территорий, где велись военные действия, но и крестьянство центральной и восточной Явы, страдавшее от поборов и насильственных мобилизаций. Хищническая политика центрального правительства привела к массовому недовольству крестьянства и торговых слоев городов северного побережья Явы, страдавших от произвола и вымогательств портовых наместников. Проявляло недовольство и мусульманское духовенство. Правитель Матарама сусухунан Амангкурат I (1645–1677) — жестокий самодур, казнивший ближайших родственников и приближенных по первому подозрению или вообще без всякой видимой причины, — сумел восстановить против себя и значительную часть феодалов.

Положение в Матараме осложнилось также в связи с появлением на побережье Явы в 70-х годах XVII в. бутов, покинувших Сулавеси после разгрома Гова и установления голландской торговой монополии. Бути во главе со своими феодально-клановыми предводителями рассеялись по Архипелагу и Малаккскому полуострову, занимаясь пиратством и активно участвуя в феодальных усобицах. Разнородные силы объединились вокруг мадурского радена (князя) Трунаджаи, выступившего против сусухунана с лозунгом восстановления империи Маджапахит. К Трунаджае, высадившемуся на северо-восточном побережье Явы, примкнули бути; его поддержали владетели во внутренней части центральной Явы, тесно связанные с религиозными и торговыми кругами Матарама; на его стороне выступило мусульманское духовенство. Но самое главное — под знамена Трунаджаи стекались разоренные и обездоленные яванские крестьяне, встретившие мадурского князя как избавителя, который восстановит «золотой век» Маджапахита и попранную справедливость. Движение Трунаджаи было сложным и неоднородным: в нем прослеживались и антиголландские настроения, и мессианистские мотивы, и борьба светских и религиозных элементов в яванском обществе, и соперничество дворцовых клик, и сепаратистские устремления местных феодалов, и, наконец, честолюбивое стремление создать новые династию и государство.

В 1676 г. Трунаджая разгромил матарамскую армию на северном побережье Явы, а в 1677 г. повел наступление на столичный район Матарама.

В этот момент в матарамские усобицы вмешалась ОИК. В мае 1677 г. Спеелман взял штурмом Сурабаю и подчинил Мадуру власти сусухунана. Но Трунаджая в июне 1677 г. захватил столицу Амангкурата I, который в сопровождении небольшой свиты вместе с наследным принцем бежал на побережье под защиту голландских войск. В деревне Тегалванги, близ побережья, он умер, измученный тяжелой дорогой и угнетаемый непрерывным страхом перед преследователями и собственными сыновьями, начавшими делить наследство еще при жизни отца.

Голландцы признали сусухунаном старшего сына покойного — Амангкурата II. 19 октября 1677 г. он подписал договор с ОИК. Последняя признала Амангкурата II сусухунаном Матарама и обещала ему помощь. Взамен Амангкурат II передавал Компании право на сбор налогов и пошлин во всех портах северной Явы, признавал владениями ОИК области к югу и востоку от Батавии (территория бывшего княжества Джакарта и Прианган), так что теперь ОИК получала выход к Индийскому океану, а также предоставлял голландцам различные торговые преимущества.

Смерть Й. Метсюйкера в январе 1678 г. выдвинула на первые роли сторонников широкой экспансии на Яве — нового генерал-губернатора, Рейклофа ван Гунса, и сменившего его в качестве генерального директора по делам торговли К. Спеелмана. В июле 1678 г. голландцы, поддержанные бутами, двинулись на столицу Трунаджаи — Кедири.

25 декабря 1679 г. Трунаджая, с горсткой своих приверженцев скрывавшийся в горных районах восточной Явы, сдался Компании. Доставленный в столицу Матарама — Картасуру, основанную после того, как голландцы возвели Амангкурата II на престол, Трунаджая во время приема был ранен сусухунаном и добит придворными.

В результате Матарам перестал существовать как сильное государство. Компания не только захватила часть его владений, но и поставила под контроль его северный порт и столицу Картасуру, где был размещен голландский гарнизон. С точки зрения внутреннего развития Матарама главным результатом этих событий было ослабление торгово-ремесленных элементов государства. Это привело к укреплению власти титулованной знати, значительная часть которой после восстания Трунаджаи стала ориентироваться на союз с колонизаторами, что явственно обнаружилось в последующий период матарамской истории.

Добившись контроля над Матарамом, ОИК обратилась к бантенским делам. Ставший в 1681 г. генерал-губернатором, Спеелман проявлял особую заинтересованность в установлении голландского владычества в Бантене, где продолжали существовать фактории торговых соперников ОИК — англичан, французов, португальцев и датчан.

17 апреля 1684 г. султан Хаджи, обязанный троном Компании, подписал с последней договор, согласно которому Бантен переходил под покровительство ОИК, султан предоставлял голландцам монополию на торговлю перцем, тканями и опиумом и обязывался изгнать всех иноземцев, кроме голландцев, из своих владений.

Таким образом, к середине 80-х годов XVII в. ОИК сумела подчинить оба яванских государства и существенно расширить свои территориальные владения на острове.

* * *

Ислам принес новые веяния и влияния в культурную жизнь Нусантары и способствовал активизации ряда ее аспектов.

В развитых районах Архипелага в XVI–XVII вв. происходило сближение «высокой», санскритизированной культуры и культуры массовой, чему ислам, несомненно, способствовал. И наконец, на Архипелаге появляются новые центры культуры, хотя ведущая роль по-прежнему остается за Явой. Взаимопроникновение и взаимовлияние культур кратона и народной, возникновение наряду с утонченным двором провинциальных центров и аристократических усадеб, внедрение усложненных форм теологии, расцвет литературы и театра, появление торговых городов и рост ремесел — все это создавало новые явления и в яванской культуре.

Приход и победа ислама на Архипелаге существенно повлияли на Индонезию: возникла культура прибрежных районов, связанных общим языком; сюжеты исламских мифов, персидских и арабских произведений были перенесены на местную почву и вошли в фонд местных литератур; благодаря работам мусульманских богословов и мистиков-суфиев Архипелаг познакомился не только с достижениями мысли мусульманского мира, но и с греческой философией.

На передний план в качестве языка общения выдвинулся малайский, и малайская литература соответственно в XVI–XVII вв. заняла ведущие позиции. Вначале арабописьменная малайская проза была представлена переводными мусульманскими романами. Затем в ее круг были включены произведения, существовавшие до этого в устном виде, особенно малайские рыцарско-приключенческие романы. Значительные произведения были созданы на малайском языке в области теологии и исторической прозы. Центрами малайского языка и литературы были Пасей и Аче на Суматре и Малакка на Малаккском полуострове, хотя малайская культурная традиция существовала и в Палембанге, и на