Идентификация Блэка - mrs Addams

— А вот и вход проявился, — удовлетворённо заметил Джейсон, подходя к ученику. — Открывай, Гарри. Всё равно ключа у нас нет, а дом должен узнать законного наследника по крови.

Мальчик решительно взялся за отполированную до блеска бронзовую ручку в форме львиной головы и потянул её вниз. Калитка бесшумно поддалась и распахнулась, словно приглашая войти. Первым в сад, наконец открывшийся взору, осторожно вошёл Поттер, а следом за ним — его наставник, инстинктивно сканируя пространство на предмет магических ловушек.

Парк, окружавший особняк, представлял собой печальное зрелище запущенности и одичания. Высокая нескошенная трава, местами достигавшая колена, почти полностью скрывала некогда аккуратные гравийные дорожки, петлявшие между клумбами. Розовые кусты, когда-то гордость садовников Поттеров, вырождались в дикий шиповник и мельчали, их побеги хаотично тянулись во все стороны. Густая поросль сорняков, плюща и одичавших кустарников застилала подходы к крыльцу величественного трёхэтажного особняка из светлого камня, чьи высокие окна смотрели на мир пустыми глазницами.

Гарри застыл на месте, ошеломлённо глядя на всё это запустелое великолепие. Пока он жил в тесной, крохотной спальне в скромном коттедже тёти Петуньи и дяди Вернона, здесь, на улице Глициний, пустовал великолепный родовой особняк и дичал когда-то ухоженный сад.

Почему его отец не привёл сюда их с мамой? Неужели его родители, дедушка и бабушка, были против этого брака маглорождённой и чистокровного? Сейчас уже не узнать — все они мертвы. Или, возможно, в особняке сохранились портреты предков, которые могли бы ответить на его вопросы?

Мальчик, словно очнувшись от оцепенения, в три прыжка преодолел заросшую дорожку и очутился на широком крыльце парадного входа. Он решительно нажал на массивную бронзовую ручку с точно такой же львиной головой, как и на калитке.

Дверь послушно поддалась и распахнулась сама, словно приглашая законного наследника войти, без всяких усилий с их стороны. Наставник и ученик переступили порог и оказались в просторном холле особняка. Высокие потолки с лепниной, мраморный пол, покрытый слоем пыли, широкая лестница с резными перилами, ведущая на второй этаж, — всё дышало былым величием и нынешним запустением.

Дом оказался не меньше особняка Блэков на площади Гриммо. Да, Поттеры были ремесленниками, а не аристократами, но весьма и весьма состоятельными, их артефакторный бизнес приносил огромные доходы. Большой первый этаж буквально кричал об этом богатстве.

Здесь обнаружились просторная столовая на двадцать персон с длинным столом из орехового дерева, бальная зала с паркетным полом и хрустальными люстрами под пыльными чехлами, две гостиные — парадная и семейная, помещения для слуг и внушительный кухонно-бытовой комплекс. А также кабинет главы рода с массивным столом и стенами, увешанными чертежами старинных артефактов, и множество других комнат, назначение которых Гарри так и не сразу понял — мастерские, оружейная, зельеварня-лаборатория.

На втором этаже располагались роскошные апартаменты хозяев, рассчитанные на семейную пару и троих детей — спальни, будуары, личные кабинеты. А также отдельные апартаменты для молодожёнов, очевидно, предназначенные для наследника и его будущей супруги.

Одна из детских комнат была оформлена именно как покои наследника рода — с гербом Поттеров над камином, дубовой мебелью и книжными полками. Гарри с грустью и горечью вспомнил свою крошечную спальню в коттедже Дурслей, где едва помещалась узкая кровать. А здесь наследнику полагались целых четыре помещения: просторная спальня с балконом, игровая комната, классная комната для занятий с домашними учителями и собственный кабинет с письменным столом и библиотекой.

— Здесь я мог бы вырасти, — тихо произнёс Гарри, проводя рукой по спинке детского кресла, обитого зелёным бархатом.

Этот особняк оказался куда более внушительным, чем поместье Принцев! Неудивительно, что отец Гарри позволял себе смотреть на профессора Снейпа свысока. Хотя, если разобраться, особо гордиться здесь нечем: Джеймс Поттер так и не сделал ничего существенного, чтобы по-настоящему обезопасить и обеспечить свою семью.

— Сэр, — обратился к наставнику Гарри, внимательно оглядывая просторный холл с высокими потолками, — а мы можем посетить дом моих родителей?

— Да, сможем, — твёрдо ответил Джейсон, окидывая взглядом анфиладу комнат. — Но не сейчас. Сначала тебе необходимо магически закрепить своё право собственности на это поместье.

В наступившей тишине раздалось деликатное покашливание. Мистер Блэк обернулся на звук и обнаружил на стене живой портрет, на котором был изображён пожилой мужчина в строгом костюме.

— Простите, сэр, — обратился он уважительно к нарисованному джентльмену, — вы что-то хотели сказать?

— Разумеется, молодые люди, — отозвался джентльмен, чья одежда выдавала викторианскую эпоху. Он оценивающе посмотрел на незваных гостей. — Я хотел бы знать: кто вы такие и по какому праву находитесь в этом доме?

— Проще простого, — Джейсон выпрямился, принимая официальную позу. — Я Джейсон Орион Блэк, глава древнего и благороднейшего рода Блэк, а также законный опекун Генри Джеймса Поттера, вашего потомка.

Произнося последнее имя, Джейсон указал на мальчика, который смотрел на портрет широко раскрытыми глазами, не в силах оторвать взгляд от неожиданно обретённого предка.

— А вы, сэр, кто? — спросил Гарри сразу после представления, делая неуверенный шаг ближе к портрету.

— А я, судя по всему, ваш дед — Генри Хардвин Поттер, — ответил живой портрет, внимательно изучая черты лица мальчика.

— Это вряд ли, сэр, — покачал головой Гарри нахмурившись. — Моего деда звали Флимонт.

— Вот оно как, — усмехнулся старик на портрете, и в его глазах мелькнуло понимание. — Тогда, юноша, я ваш прадед. И, к слову, последний артефактор рода Поттеров.

— Извините, мистер Поттер, — вклинился в зарождающийся разговор Джейсон, — но мы пришли затем, чтобы закрепить за мальчиком право собственности. Не могли бы вы помочь нам с этим?

Генри Поттер-старший переключил своё внимание на главу Блэков, внимательно изучая его взглядом опытного аристократа.

— А судя по вашему акценту, мистер Блэк, вы американец, — констатировал он после паузы. — Значит, вся британская ветвь рода мертва.

В словах нарисованного джентльмена не было горечи — лишь простая констатация факта, произнесённая с достоинством человека, повидавшего многое. Джейсон молча кивнул, соглашаясь, и портрет продолжил:

— Не могли бы вы рассказать, что случилось? — вежливо поинтересовался он.

— Могу, конечно. Только это займёт немало времени, — ответил Джейсон, намекая, что подобный разговор лучше вести в более удобной обстановке.

— Разумеется, — спохватился портрет. — Давайте пройдём в кабинет главы рода. Там будет удобнее, да и я приглашу остальных родственников.