История Дании с древнейших времен до начала XX века - Коллектив авторов -- История

особое, предварительное соглашение, подписанное российской стороной от имени несовершеннолетнего Павла, об обмене готторпской части Шлезвига и Гольштейна на Ольденбург и Дельменхорст. Секретными Статьями договора России предоставлялись статус наиболее благоприятствуемой нации и свободный доступ во все порты Дании-Норвегии.

Таким образом, оба герцогства оказались полностью под властью датской короны. Весьма болезненный для Дании вопрос, предмет ее особых забот в XVII — первой половине XVIII в., казалось, был решен. Вряд ли тогда кто-нибудь предполагал, что всплеск датского и немецкого национализма в XIX в. создаст для Дании не меньше сложностей и ввергнет ее в пучину двух войн. Российско-датское сближение, подкрепленное подписанием трактатов, как бы подпитывалось непростой ситуацией в Швеции, где во второй половине 1760-х годов шла ожесточенная борьба между двумя парламентскими партиями в риксдаге — так называемыми «шляпами» и «колпаками». Первых, настроенных весьма агрессивно, поддерживала, в том числе материально, Франция, вторых, более миролюбивых, — Россия, Дания и Англия. В 1769 г. «шляпы» вернулись к власти, что встревожило Екатерину II. По ее инициативе в декабре того же года был заключен новый союзный договор с Данией — с тем, чтобы ужесточить статьи относительно изменения политического строя в Швеции. Кроме того, втайне была достигнута договоренность начать в 1770 г. военные приготовления, а в случае укрепления королевской власти в Швеции ввести туда войска. Срок действия договора не оговаривался, но предусматривалось, что после окончательного урегулирования гольштейн-готторпского вопроса трактат будет заменен договором о вечной дружбе.

В годы правления Струэнзе никаких серьезных внешнеполитических событий в истории Датско-Норвежского королевства не произошло. Существует мнение, что после смещения Бернсторфа-старшего внешнеполитический курс Дании изменился, приняв якобы даже антироссийскую направленность. Но подобная интерпретация не соответствует тогдашним реалиям. Как помним, министром иностранных дел при Струэнзе стал бывший посланник в С.-Петербурге граф фон дер Остен. Расторгать союз с Россией Струэнзе не собирался; и хотя очевидно, что императрица относилась к нему с явной иронией, на межгосударственных отношениях это никак не отразилось.

Вскоре после казни Струэнзе российско-датские отношения подверглись серьезному испытанию. Борьба партийных группировок в Швеции не только продолжалась, но и резко обострилась. В конце 1770 г. на престол взошел молодой король Густав III, которому была близка идея возрождения шведского великодержавия. И Россия, и Дания очень опасались шведского реваншизма, тем более что именно с 1770—1772 гг. стали проявляться первые признаки того, что в Швеции помнят о, казалось бы, забытых со времен Карла XII планах присоединения Норвегии. Однако, когда в августе 1772 г. Густав III совершил переворот, ни Россия, занятая войной с Турцией, ни Дания не вмешались, но датско-шведские отношения резко обострились. Осенью вдоль шведско-норвежской границы с обеих сторон стали стягиваться войска. Шведский король хотел заставить датчан признать свершившиеся в Стокгольме перемены, думая при этом о возможности прибрать к рукам Норвегию.

Дания не поддалась нажиму, и вооруженное противостояние продолжалось до весны 1773 г. События в Швеции послужили причиной дальнейшего укрепления русско-датских отношений. Тому же отчасти способствовало назначение новым министром иностранных дел Андреаса Петера Бернсторфа. 21 мая (1 июня) 1773 г. в С.-Петербурге было подписано окончательное соглашение о разрешении гольштейн-готторпского вопроса: ставший уже совершеннолетним великий князь Павел за себя и за своих потомков отказался от готторпской части Шлезвига и подтвердил обмен готторпской части Гольштейна на графства Ольденбург и Дельменхорст. 1(12) августа того же года был заключен новый русско-датский союзный договор, подтвердивший условия прежних соглашений о взаимных территориальных гарантиях и военной помощи в случае нападения на одну из сторон. В дополнительной секретной статье оговаривались условия вмешательства в дела Швеции, в ней указывалось, что переворот 1772 г. дает союзникам право начать против Швеции войну. Однако реальные действия были отложены на будущее. Таким образом, кризис в международных отношениях на севере Европы был преодолен.

Начавшаяся в 1775 г. война североамериканских колоний за независимость от британского владычества и последовавшая за этим новая европейская война, где против Великобритании выступили сначала Франция, а затем Испания и Голландия, вновь сделали для Дании весьма актуальной защиту прав нейтральных государств в морской торговле. Осенью 1778 г. А. П. Бернсторф предложил России предпринять совместный демарш нейтральных стран против Англии, более других досаждавшей нейтралам, и заставить ее признать принцип «свободный корабль — свободный груз», т.е. право нейтральных судов свободно плавать по морям и заходить в порты воюющих держав без опасения быть захваченными. В тот момент Екатерина II согласилась лишь на обоюдную охрану судов, направлявшихся в российские порты. Весной 1779 г. Дания вместе с Россией и Швецией, не вступая в формальный союз, направили воюющим державам декларации о мерах, принятых ими для защиты нейтральной торговли, и даже отправили в море по небольшой эскадре для защиты своих судов. В марте 1780 г. российское правительство обратилось к правительствам Англии, Франции и Испании с декларацией, в которой излагались следующие принципы так называемого вооруженного нейтралитета: 1) нейтральные корабли могут свободно плавать у берегов воюющих держав и заходить в неблокированные порты; 2) неприятельская собственность под нейтральным флагом (за исключением «заповедных товаров», военной контрабанды) неприкосновенна; 3) предметами военной контрабанды признаются только оружие и различное военное снаряжение; 4) блокированными считаются лишь те порты, вход в которые практически затруднен в связи с действиями военно-морских сил воюющих держав. Кроме того, на основе этих принципов Россия заключила конвенции в июле с Данией, в августе со Швецией о союзе, к которому затем присоединились Голландия, Пруссия, Австрия, Португалия и Королевство Обеих Сицилий.

В связи с вступлением Дании в союз в ее верхах возникли разногласия и образовались две группировки. А. П. Бернсторф, не желавший ссоры с Англией, считал, что необходимо достичь с ней такой договоренности, которая максимально защитит внешнеторговые интересы Датско-Норвежского королевства. Так, перед подписанием конвенции о вооруженном нейтралитете Бернсторф втайне заключил англо-датскую конвенцию о контрабанде, которая обеспечивала интересы Дании за счет других нейтральных стран — Швеции и России. Продовольственные товары — главный предмет датского экспорта — не должны были квалифицироваться как военная контрабанда, в которую, кроме оружия и судостроительных материалов, включались предметы российского и шведского экспорта. Этот демарш А. П. Бернсторфа дал повод Гульдбергу и придворной группировке отстранить его от дел, дабы не портить отношений с Петербургом, однако заключенная им конвенция осталась в силе, ибо Дания вовсе не хотела ссориться с Великобританией. Мало того, опираясь на союз вооруженного нейтралитета, она сумела извлечь огромные прибыли из посреднической нейтральной торговли, поскольку самые мощные торговые флоты, принадлежавшие воевавшим друг с другом странам, в частности Великобритании и Нидерландам, оказались в значительной мере выключенными из мировой торговли. Позиция, занятая