Мастер Начертаний 1-6 - Оливер Ло

— Справедливость, — повторила Шэнь, и в этом слове не было ни иронии, ни сочувствия, какие Шань Яо так хотела там услышать. — Семья Цю держит контроль над поставками трав, а за кланом Лин стоят старейшины южного берега. Если они узнают правду, они взорвутся от ярости. Они надавят на Павильон, призовут к мести и заставят меня бросить секту в открытую войну против Син Юаня. А он расплющит любого моего посланника. Совет встанет на его сторону, потому что Обитель и Орден вместе дают большинство голосов. А если клан узнает, что их наследника тронул кто-то из Обители, они придут за ним сами, и любой, кто окажется рядом, станет лишь сопутствующим ущербом.

Шань Яо стиснула край рукава.

— Я запрещаю тебе рассказывать об этом кому бы то ни было, — Шэнь вскинула на дочь взгляд, в котором жила знакомая Шань Яо с детства сталь. — Ни ученикам, ни наставникам. Семьи Цю Хана и Лин Шу получат извещение о гибели в Запретной Зоне, когда я сочту нужным. Ты будешь молчать, и это приказ.

— Но…

— Приказ, — повторила Шэнь.

Шань Яо поднялась, поклонилась и вышла из зала. Её шаги гулко били о каменный пол коридора.

Когда шаги стихли, Шань Шэнь осталась одна. Она допила чай до дна, опрокинула опустевшую пиалу на столик и положила ладони рядом, разглядывая собственные тонкие белые пальцы с ногтями, под которыми скопилась водяная ци такой плотности, что одного взмаха хватило бы, чтобы разрезать каменную кладку.

Двое учеников Павильона убиты наследником клана Син. И это ложилось на её плечи тяжелым, отравленным бременем. Влиятельные семьи Цю и Лин не проглотят потерю своих детей. Вскоре они начнут задавать вопросы, начнут давить на неё и призывать к ответственности, требуя найти виновных. Внутри Павильона начнет зреть бунт. Открытая конфронтация с кланом Син и всей Обителью Серого Пика станет неизбежна — две секты уже шли курсом на столкновение, и избежать войны не выйдет.

Но Шань Шэнь не могла позволить им диктовать условия. Ей придется скрывать правду, выдерживая давление собственных старейшин, и сдерживать этот слепой гнев внутри Павильона, как воду за трескающейся плотиной. Она спустит его лишь тогда, когда посчитает нужным.

Шань Шэнь тяжело вздохнула. Она не могла оставить плевок Павильону в лицо, ведь стоило Син Вэю безнаказанно убить её учеников и пригрозить её дочери наложничеством, и через год каждый амбициозный юнец в Долине решит, что Павильон Тихих Вод можно грабить без последствий. В мире четырёх сект репутация весила больше любой силы, и Шань Шэнь это знала яснее многих.

Но идти против Син Юаня в открытую глупо. Старейшина Обители сильнее её на полступени, и клан за его спиной обеспечивал ресурсы, которых у Павильона просто не было.

Шань Шэнь встала, подошла к окну и посмотрела на озеро, где лотосы покачивались на мелкой ряби. Водяная ци поднималась от их лепестков тонкими нитями и растворялась в утреннем воздухе.

Можно сказать, что терпение было фамильной чертой клана Шань, и Шань Шэнь, прожившая больше полувека, умела ждать лучше многих. Удар по Сину наносить следовало в момент, когда у клана не останется возможности ответить, а для этого нужно было знать, когда именно наступит такой момент, и подготовиться заранее. Наследника уже кто-то покалечил, и сам этот факт менял расклад. Если культивация Син Вэя разрушена, клан бросит ресурсы на его восстановление, и в этом окне, пока внимание дяди сосредоточено на племяннике, Павильон Тихих Вод мог подготовиться.

Шань Шэнь отвернулась от окна, села за столик и налила себе свежий чай.

Глава 10

Шаг за шагом

За четыре дня Мин сварил двенадцать полных циклов и довёл запас чернил до приемлемого минимума. Ледяной аспект уместился в глиняный горшочек с восковой пробкой, земляного набралось чуть меньше, тепловых хватило на донышко — огненный шип подорожал втрое с прошлого месяца, и Мин отложил эту покупку до аукциона.

Из двенадцати варок пять талисманов годились на продажу. Два ледяных, «круг замыкания» со «знаком оцепенения» на плотной бумаге, один земляной с «давлением», и пара защитных, «уплотнение» с ледяным аспектом. Каждый отъел по нескольку часов сосредоточенной работы, и под конец пальцы правой руки ломило от непрерывного нажима.

* * *

Мастер Бо начал обучение на следующее утро после официального принятия. Мин ожидал чего-то торжественного, пожалуй, речи о долге начертателя перед Обителью или хотя бы нового свитка с техниками, но Бо усадил его за рабочий стол и молча положил перед ним двенадцать чистых каменных плашек.

— Нарисуй все двенадцать базовых символов, — велел старик, отхлёбывая из своей пиалы с отколотым краем. — По одному на каждую плашку. Начинай с круга замыкания. Закончишь, позовёшь. И не смей попортить плашку, у нас и так бюджеты маленькие!

Мин взял кисть. Чернила для тренировки были обычными, ученическими, которые Палата варила для нужд Обители. Ци в них едва теплилась, и линии, начертанные ими, продержатся на камне от силы пару часов, после чего выцветут и осыпятся.

Круг замыкания лёг первым, двадцать четыре штриха без единой остановки, кисть скользила по камню привычным маршрутом, отработанным сотнями ночных упражнений. Следом — знак отторжения, восемнадцать штрихов с тремя критическими точками пересечения, где нажим определял разницу между рабочим символом и бесполезной кляксой. Уплотнение, поглощение, отражение, оцепенение, якорь, давление, усиление, сокрытие, сцепление, затухание. Мин работал молча, откладывая плашки одну за другой, и к концу третьего часа все двенадцать лежали рядком на столе.

Мастер Бо подошёл, поставил пиалу на край стеллажа и взял первую плашку. Повертел перед глазами, прищурился на угол наклона крайнего штриха, потом взялся за вторую, за третью. Мин следил за его лицом, но морщины старика не выдавали ровным счётом ничего. Бо мог бы с тем же выражением разглядывать облако или дохлую муху.

— Скажи мне, — Бо положил девятую плашку и поднял десятую, знак сокрытия, — чем отличается уплотнение от отторжения. Не по свитку, своими словами.

Мин потёр мозоль на среднем пальце и заговорил.

— Отторжение выталкивает. Ци идёт изнутри наружу, от формации к цели. Удар или волна, выстрелил и замолк. Уплотнение ничего не толкает, оно прессует ци на месте, делая из неё стену. Отторжение бьёт, уплотнение стоит. В паре с замыканием уплотнение работает пассивно, ци циркулирует и подпитывает барьер, как стандартная защитная стела на периметре Обители. Отторжение копит