Зона умолчания - Максим Станиславович Мамлыга

много возможностей издаться, есть «Лимбус-Пресс», есть ЭКСМО и ACT с многочисленнымим принтами — куда податься дебютанту с таким необычным текстом? Во время премиального сезона Секисов сближается с кругом, сложившимся вокруг группы «Макулатура», и это определило путь книжки — она была издана в издательстве «Ил-music».

В те годы к независимым культурным институциям еще не привыкли, инерция вокруг выжившего в нулевые «крупняка» была слишком велика, а социальные медиа еще набирали силу. На этом фоне то, что делала группа «Макулатура», было настоящим феноменом. Во-первых, ее творчество с самого начала было насквозь литературным — не зря ее основатели Евгений Алехин и Константин Сперанский познакомились на филологическом факультете Кемеровского университета, само название группы дано в честь романа «Буковски», в текстах встречаются Кафка, Сэлинджер и Бунин. Во-вторых, потому, что они готовы были выходить за рамки мейнстрима, быть авангардными — и издательство было одним из таких шагов. Вот как описывает его историю Евгений Алехин:

Помимо музыки, у нас с Маевским есть проект — издательство «Ил-music». Тоже отнимает много сил, душевных и телесных.

Сначала Маевский (он басист в «макулатуре», если кто не знал) издавал диски. В то время у меня вышла первая книга в ЭКСМО. Потом с ЭКСМО не заладилось, и я предложил Кириллу издать мою вторую на «Ил-music». Он сказал: «Конечно, давай». Так «Ил-music» превратился из лейбла в издательство. За полтора года издали несколько книг, сейчас готовим к изданию книгу Деборы Кертис о Йене Кертисе. Дай бог, выйдет в июле.

Издательство — не самое выгодное дело. Если бы у нас не было отзывчивой публики, мы бы сидели на этих книгах миллион лет. А так получилось, что мерч группы «Макулатура» — книги.

(Из интервью порталу «Дистопия».)

А вот как вспоминает об этом Кирилл Маевский, известный сейчас как сооснователь центра современной культуры «Смена» в Казани:

Я выпустил несколько крутых дисков, параллельно вокруг «Макулатуры» сложилась тусовка, там были в том числе молодые писатели, которые не были востребованы. Сейчас они известны: Кирилл Рябов, Валера Айрапетян, Марат Басыров, Илья Леутин, Женя Алехин. А тогда я начал на свой страх и риск выпускать их первые книги, и они сперва стали своеобразным мерчем группы «Макулатура», который мы продавали, пока ездили по стране. В какой-то момент мы стали заниматься музыкальной литературой, перевели книжку Touching from a distance Деборы Кертис и автобиографию Моррисси, переиздали «Убийство часового» Лимонова со смешной предысторией про конскую колбасу. Начался полный цикл издательской жизни.

(Из интервью для медиа Setters.)

Неудивительно, книги «Ил-music» быстро стали культовыми — они были как глоток свежего воздуха, что-то странное и живое, контркультурное, настоящей альтернативой, даже на уровне обложек и верстки. Для Секисова это было и обретением первой аудитории — многие из его самых преданных фанатов начинали читать его именно с книжечек «Ил-music», — и обретением нового круга общения. Со многими писателями — Евгением Алехиным, Константином Сперанским, Михаилом Енотовым, Максимом Тесли — он подружился именно тогда и отчаянно вписывался в их авантюры. Так, например, он решился сыграть главную роль в амбициозном сериале «Русский лес», который придумали основатели группы, о приключениях молодого писателя. Деньги на него собирали всем миром, организовывали краудфандинг — дело дошло до пилотной серии, запомнившейся зрителям в том числе по откровенной сцене (она стала частью мерча — закладку со спиной писателя продавали для сбора средств). К сожалению, это была достриминговая эпоха и на продолжение не удалось найти спонсоров — очевидно, создатели опередили свое время, и, кто знает, если бы они принялись за реализацию на пять лет позже, сериал бы состоялся.

В «Ил-music» выйдет одна книга Секисова — «Через лес». Ее, как и предыдущую, презентуют в независимом книжном магазине «Все свободны», основанном Артемом Фаустовым и Любовью Беляцкой. Первое мероприятие торжественно состоялось 14 июня 2015 года — при участии основателей группы «Макулатура». Это станет началом долгой дружбы — Антон, Артем и Любовь во многом совпадали и по ценностям, и по взглядам, и по вкусам в литературе. Когда в 2017 году «Все свободны» открыли издательскую программу, издание в ней книги Секисова было делом времени. Уже через год он принес им повесть «Реконструкция» о молодом стендапере, который оказывается вовлечен в пространство, знакомое нам по теориям заговора. Книга быстро стала любимицей независимых книжных магазинов, была номинирована на премии «Национальный бестселлер» и «ФИКШН35» и в целом получила положительную реакцию читателей. Артем Фаустов, писавший аннотацию к книге, сделал тонкое наблюдение:

«Реконструкция», развивающаяся то как мистический триллер, то как драма маленького человека, преподносит героя метамодерна — чувствительного молодого мужчину, закинутого в больную реальность мегаполиса.

Можно сказать, что здесь сформулирован герой Секисова, под разными лицами появлявшийся и который еще будет появляться в его книгах. В целом у описания отношений города и человека в литературе и философии довольно-таки обширная традиция. Часто можно услышать о городе как о месте одновременно притягательном и губительном, которое будет странным, а иногда и страшным образом воздействовать на человека. Здесь можно вспомнить и романы Достоевского, и рассказы Лескова и Гаршина, и десятки произведений рубежа XIX и начала XX веков. Большая часть из них на русском языке неслучайно посвящена Петербургу, большую часть из них Секисов прочел и полюбил — и именно в этот город он устремляется. Именно здесь он начинает писать книги, которые, по его собственным словам, перестают быть ученическими.

Первую попытку переезда в Петербург Секисов совершает в 2015 году, однако она длится недолго — спустя неделю он возвращается в Москву. В марте 2018 года он уже настроен серьезно:

За 30 лет жизни никогда не покидал Москву дольше чем на месяц, и это, конечно, так себе достижение. А теперь на чуть более долгое время перебираюсь в Петербург. По крайней мере, надеюсь, что на чуть более долгое. В последний раз, когда пытался переехать, с трудом протянул неделю и сбежал в ужасе.

Я уже взрослый и смотрю на этот временный переезд без всякого романтического преломления, с каким бы смотрел еще лет пять назад, — «интересные люди», творческая атмосфера, Гоголь и Достоевский, мосты и все остальное.

Просто назрела необходимость вылезти из того, что Женя Алехин называет «теплой ванной ссанины», и погрузиться в нечто другое, пока еще сам не понимаю что.

Он поселяется на Выборгской стороне, гуляет по петербургским кладбищам и регулярно пишет заметки о погружении в новую реальность:

В Петербурге, во всяком случае здесь, на Выборгской стороне, есть продовольственная проблема. Поблизости нет ни одного продуктового магазина, только киоск