Это твоя ошибка, дамочка-Бог. - Максим Владимирович Бугаёв

После он пригласил и своих сыновей, приобщив их к нашему делу. Первый пробный образец они должны были сделать сегодня. Над чертежами я лично потрудился. Хотя нет, такое слово, как «потрудился», здесь не слишком хорошо подходит. Нае*ался до потери пульса — так уже будет ближе к сути. Но физическое воплощение в жизнь моей задумки сейчас было мне необходимо как воздух.

Дело в том, что расходы росли в геометрической прогрессии, а про доходы пока говорить рано. Всё, что мы будем зарабатывать с Саффой, придётся мгновенно вкладывать в дело для расширения. Естественно, под Саффой я подразумевал всех моих бородатых партнёров. Просто она, как представительница их интересов, воплощала в своей особе всех: Толина, Салина, Гелина и Сворфа.

Но на поверхность всплыла правда жизни. Мне нужен был личный капитал, с помощью которого я мог бы реализовывать свои задумки, в которые не собирался посвящать дворинов. Пора было делать первые шаги к самостоятельности и независимости. Но, как назло, пока что я имел лишь общее представление о том, как это сделать, и только за счёт дворинов. Надеюсь, что в будущем, когда познакомлюсь поближе с остальными расами, смогу и им что-то толковое предложить.

Зайдя в импровизированную мастерскую, снятую в бывшем складе, я сразу понял, что Шос с сыновьями здесь не просто работал. На столе засохли остатки еды, рядом громоздились грязные тарелки и кружки, возле стены стояли канистры с водой. Под ногами валялась одежда, среди инструментов и деталей затерялись какие-то личные вещи. В дальнем углу обнаружился матрас, а рядом с ним сбитое одеяло. Похоже, последние несколько дней они практически безвылазно жили здесь.

Приняли меня тепло и даже с искрами гордости в глазах. Я понял, что они успели с моим заказом в срок и даже гордились своей работой. Видно было, что им не терпится показать результат своих трудов.

Хотелось, конечно, их отчитать за такой свинюшник, но делать я этого не стал. Сначала главное, а все мои ворчания оставим на потом.

— Господин Резак, присаживайтесь, — предложил мне табурет Шос, любезно вытерев его поверхность своим рукавом. — Оцените.

Мужчина достал из тумбы небольшую деревянную коробку и поставил передо мной на стол. К слову, даже сама коробочка имела очень приличный вид. Сразу и не скажешь, что эти чумазые мужики способны изготовить такую красивую вещь. Но меня, конечно же, интересовало, что внутри.

Сглотнув слюну и задержав воздух в лёгких, я открыл ларец. В деревянной стружке лежало произведение искусства, и именно в той форме, которую я указал. Небольшая металлическая карета.

На первый взгляд — слишком хорошо и детально проработанная игрушка из металла и дерева, выкрашенная в жёлтый цвет. Но её основное достоинство заключалось в другом. Это был первый трансформер в этом мире. К ларцу прилагалась инструкция, в какой последовательности нужно разбирать и собирать игрушку.

Выполнив всё согласно инструкции, которую я сам же и составил, я получил офигенного трансформера. Только здесь я дал ему имя — Обманщик. Для местной фонетики такое слово, как «трансформер», было крайне несуразным и сложным.

— Великолепная работа, — без тени преувеличения сказал я. — Просто потрясающе выполненная. Даже не рассчитывал, что будет такой результат.

Похоже, мои слова восхищения упали на благодатную почву. Мужики прямо расчувствовались и чуть ли не пустили слезу. А затем, вроде, самый младший из сыновей достал что-то завёрнутое в промасленную бумагу и положил передо мной.

— Господин Резак, примите от нас всех этот скромный подарок. Я вдохновился вашими чертежами и решил попытаться повторить нечто невероятное. Взгляните, пожалуйста.

Они меня прямо заинтриговали. Я развернул бумагу и увидел отполированный до блеска стальной арбуз. Он был размером точно таким, как мой Бой-би-дон. Неужели они обратили внимание, что я слишком часто не выпускал его из рук, когда находился в их мастерской, и решили сделать мне такой шикарный подгон?

Заметив тонкие щели на его корпусе, я сразу потянул к нему руку, чтобы разобраться. Да эти мастеровые сделали ещё одного трансформера, только уже разработав его сами. Получился прикольный стальной чувачок, когда я собрал его до конца.

— То есть мне можно его забрать? — с радостной улыбкой на лице счастливого ребёнка уточнил я.

— Конечно. Именно для вас мы его и сделали, — сказал от всех отец семейства.

Блям, было реально приятно, и я без каких-либо стеснений спрятал его во внутреннем кармане, где лежал подарок Литы.

— Ну что, мужики. А теперь с богом, — я сложил обратно Обманщика в карету и аккуратно поместил в деревянный ларец. — Посмотрим, какая реакция будет у одних моих знакомых. Готовьтесь: если наша работа зайдёт на «ура», вы будете пахать как проклятые, без сна и отдыха. Это я гарантирую.

Глава 37

В общем, нежданно-негаданно для себя я обзавёлся питомцем. Хотя мне кажется, что правильно будет сказать наоборот: питомец обзавёлся мной. Но к этому вернёмся чуть попозже.

В этот раз, как и в последние дни, мы с Саффой заснули за столом в столовой. Семь дней кромешного ада. В сутки у меня получалось спать максимум по три-четыре часа. Состояние, сами понимаете, было далеко от нормального. Постоянная головная боль и рассеянное внимание теперь были моими друзьями. Хотелось нормально выспаться, но это пока что в далеко идущих планах.

Что до реальности. Пустовавшая рядом с домом конюшня, как птица Феникс, возродилась из пепла. Мы приобрели карету и два открытых экипажа с четырьмя лошадьми, а также наняли в штат порядка семи человек для всего этого хозяйства. Всё это было не для понтов, а продиктовано суровыми реалиями и необходимостью. Мы просто не успевали на своих двоих быть везде. А побывать везде нам за день приходилось ой как часто, причём в некоторых точках — по несколько десятков раз.

Сейчас у нас катастрофически не хватало всего. Вот честное слово: куда ни бросься, ничего не было в том объёме, в каком нам требовалось. От строительных материалов вместе с самими строителями до банальной муки.

Ещё и дворины со своей жадностью — я сейчас говорю за нашу четвёрку — ни в какую не желали делиться возникающими остро необходимыми подрядами со своими сородичами. Поэтому бородатые, желавшие приобщиться к делу и находящиеся вне нашей «дружной компании», часто обращались напрямую ко мне, так как правила дворинов не распространялись автоматически на меня. Всё, потому что я человек.

Образцом для многих стали Форф и Билин, которые, учуяв запах перемен, мгновенно переобулись