Илманитари: Империя И'Ааниан: Книга Нулевая: Зачин Падения - Вечный странник

мы сражались с Серой Розой во время побега, моя душа тоже загоралась. А всё то время, пока я сидел в нашем фамильном дворце, занимался отчётами, да династической бухгалтерией нашей части династии, моя душа постепенно угасала, и я чувствовал, что вот-вот, и я отправлюсь на Белые Корабли. — Говорит взрослый Илманитари. Его душа требовала, чтобы он сменил деятельность, хотя бы попробовал себе найти хоть что-то, что порадует его.

— Ты будешь сражаться с врагами? — Спрашивает Р'Интаниан, глядя на отца. Отец, вновь помолчав, отвечает:

— О, нет-нет, я не собираюсь сражаться. Я уже не тот, чтобы вспомнить всё военное ремесло, которому учился в молодости.... Я, конечно, могу сбежать из плена, но, чтобы целенаправленно сражаться, нужно умение, а я его растерял в этих бумагах.... — О бумагах тот говорит с раздражением. Сначала, ему нравилась эта работа, но последние две тысячи лет, этот труд стал его утомлять.

— Матушка уже знает о твоём решении? — Говорит Р'Инти, вопросительно подняв брови. Он понимал, что его мать запротестует, если он и отец решат, что им нужно расстаться, хотя бы до того времени, когда это всё закончится. — Или ты ей не сказал? — Продолжает Р'Инти, пока у него есть время поговорить с отцом. Инкаритар, спустя время, отвечает:

— Я поговорил с ней. Она сначала хотела пойти с тобой, но я сказал ей, что у тебя теперь свой путь, и что находиться рядом с тобой опасно. Первое время она возмущалась, но потом согласилась. Мы отправимся в систему-миров О'Ллианис, где живёт твоя бабушка. Там, должно быть, всё спокойно. — Говорит Инкаритар, снова улыбнувшись. А ты, Р'Инти, куда отправишься? — Решает спросить Инкаритар у своего сына, который, помолчав, отвечает:

— Я.... Я ещё не знаю, но я хочу сначала исследовать нашу систему-миров. У нас всего десять миров, что соединены между собой звёздной цепью, как мне объясняли, когда я учился. Я их исследую быстро, а потом отправлюсь дальше. И... Может быть, мне удастся предотвратить вторжение извне на них. Но я не собираюсь становиться героем. Я просто не хочу, чтобы все места, где я побываю, постигла участь моего родного дома, Ойнтарона. — Он всё ещё чувствует вину за то, что происходит с Ойнтароном сейчас. Инкаритар видит это, и говорит:

—Ты не виноват, Р'Интаниан. Никто не мог знать, что произойдёт с Ойнтароном. Я сам, когда услышал утреннюю новость того дня, долго не мог прийти в себя, и не смог погрузиться в свой сон сознания, чтобы вздремнуть. А когда нас забрали эти серокожие, я вначале потерял сознание, и пролежал так некоторое время. Никто не виноват, Р'Интаниан, кроме предателей, которые открыли Пространственные Врата. Ведь, сам подумай, Р'Инти, Йандарли долгое время был закрытым, и лишь внешние гарнизоны говорили о наших давних завоеваниях. И никто не проникал к нам после завершения Периода Открытия. Не вини себя за то, что ты не смог бы предотвратить, сын мой. — Говорит Инкаритар, потрепав сына по голове. Р'Интаниан помрачнел, и ответил:

— Но планета просила спасти её. Если бы я нашёл путь, если бы я вовремя догадался, как пробудить мою силу, того, что происходит сейчас, не было бы. Я ещё как виноват, и я не хочу, чтобы я также был виноват в том, что случилось с другими мирами. На меня итак взвалили достаточно много ответственности, которой я не просил. — Продолжает Р'Интаниан, виня себя за всё, что случилось с его родным домом, с Ойнтароном. Его отец замолчал, не желая спорить с сыном, но потом ответил:

— Я не считаю тебя виноватым. На твоём месте, я бы также замешкался и ничего не смог бы сделать. Конечно, у меня тоже есть наше династическое, но я не младший принц, чтобы пробудить его в полную силу. Это бремя дозволено нести лишь младшим из нас. Я боюсь за твою сестру, Р'Инти. Если сила пробудится слишком рано, или слишком поздно, как у тебя, она может не выдержать. Её нужно огородить от всего, что связано с эмоциональным пробуждением А'Уклмы. — Говорит Инкаритар, вздохнув. Он понимал об этом бремени немного, но в династических трактатах К'Андари, он читал об этом. Читал Хроники Пробуждённых, вневременные дневники, которые оставляли Пробуждённые К'Андари для нравоучения потомкам. И хотел передать их Р'Интаниану, когда будет время. Но не успел.

— Это я скорее виноват, чем ты. Я не успел передать тебе Хроники Пробуждённых. То, что берегла наша династия, и каждая часть К'Андари, обладала собственным вариантом Хроник. Но... Я думал, что всё ещё не время, но оказалось, что мы не властны над временем, и оно само решает, когда ему брать над нами контроль. Прости меня, Р'Инти. — После этих слов, Инкаритар К'Андари замолчал, и всю дальнейшую дорогу ехал на своём сидении спокойно. не проронив ни слова. Он вновь погрузился в размышления, и начал постепенно погружаться в сновидение сознания, чтобы отдохнуть до начала сражения.

—Р'Инти, может быть, ты передумаешь? Отправишься с нами, я... я помню, как в детстве ты летал с нами на О'Ллианис, а на планете твоей бабушки И'Ллары К'Андари, Л'Иандисе О'Нианис, тебе нравилось посещать Церковь Т'Иллара, когда тебе было восемь лет. Я не думаю, что бабушка И'Ллара будет против твоего присутствия. — В разговор вмешалась мать Р'Инти. Она очень хотела бы, чтобы он отправился с ними, ведь Р'Инти и вправду нравилась родная планета его бабушки, но Р'Интаниан ответил спокойно:

— Матушка, прошло уже очень много лет. Я больше двухста лет не виделся с бабушкой И'Лларой. Наверное, она уже на Белых Кораблях, или совсем забыла меня. И я не хочу, чтобы её планета была в опасности. И церкви Т'Иллара там и вправду красивые, их архитектура мне нравится до сих пор, я сохранил старые снимки оттуда. Но вновь отправиться туда я не смогу. У меня ещё есть дела, которые требуют завершения. И позаботься о Ш'Антрли. Но не контролируй её также, как и меня, дай ей больше свободы. Она всего лишь маленькая Илманитари, которая проявляет детское любопытство ко всему, что движется. — Р'Интаниан после этих слов улыбнулся, а Р'Имаэлль К'Андари, помявшись, сказала:

— Гм, извини меня за то, что было. Просто... Я переживала о тебе. Я не хотела, чтобы ты пострадал из-за этой пробуждённости, вот и ограждала тебя от всего, что может вызвать чрезмерную эмоциональность, но я вижу, как это повлияло на тебя, и