Ветер - Лариса Мельникова

Послышался звук мотора, фары мелькнули в окне. Эйр отодвинула штору, вглядываясь в темноту. Машина городской охраны. Ещё две. Слёзы потекли по щекам. Она стояла в тёмной гостиной, дрожала и плакала, в отчаянии осознавая свою беспомощность. Капли дождя, падая на стекло, скатывались, как слёзы.

Машины двигались через густой лес и, наконец, прибыли на место. Здесь был глубокий, крутой каменистый овраг. По дну протекала речка. Из-за отвесного склона спуститься туда было невозможно. Бандиты планировали задушить всех троих, чтобы не оставлять следов, а тела сбросить вниз. Если это сделать именно здесь, тела окажутся на берегу и их скоро найдут. Склон каменистый, шансов выжить у человека, упавшего с него, немного, но они не хотели рисковать.

Четверо человек вышли из двух машин, вытащили связанных шофёра и охранника и задушили их. Мёртвый могар всегда превращается в волка – как только это произошло, волчьи тела сбросили в овраг, с ужасом глядя, как они разбиваются об острые камни. Потом вернулись за Раваном. Его тело собирались спустить вниз на верёвках, – согласно договорённости, оно должно было быть повреждено минимально, чтобы народ видел: это действительно вождь. Никто не обратил внимания, что за деревом мелькнула тень.

– Давай быстрее, держи его.

– Я руку порезал! И перчатку! – вскрикнул молодой бритоголовый бандит, слизывая кровь с пальца.

– Обо что тут можно порезаться, дебил? – злобно спросил главарь и неприлично выругался.

– Об ошейник, похоже.

– Быстро в машину! Надо будет потом тут всё убрать.

Эта заминка дорого обошлась. Ударила молния, потом ещё и ещё, – и все четверо упали замертво. Начался мелкий дождь, капли как будто висели в воздухе. Из-за дерева появилась невысокая фигура. В дождевом тумане едва можно было разглядеть девушку, совсем молодую, на вид лет семнадцати. «Вот ты мне и попался, вождь Раван!» Дрожащими мокрыми руками она развязала ему руки, а он уже сам освободил рот.

– Вождь Раван! – воскликнула девушка, изображая удивление. Её глаза были неестественно огромными. – Что здесь случилось?

– Они бы меня убили, если бы... Только я не понял, что сейчас произошло.

– Я их оглушила. Скоро они очнутся. Это бандиты?

– Да.

– Понятно.

Девушка подняла руки, и бандиты, как по команде, стали по одному подниматься, но они явно не соображали, что делали. Она начала шевелить пальцами, как будто управляла марионетками. Мужчины послушно двинулись к обрыву и, не останавливаясь, один за другим ступили в бездну. Никто не издал при этом ни звука.

– Кто вы? – спросил Раван, испуганно глядя на странную девушку.

– Меня зовут Таира. Кажется, здесь опасно оставаться. Мой дом неподалёку. Идём со мной, я там всё расскажу.

Девушка превратилась в волка и быстро побежала по едва заметной лесной тропинке. Раван снял ошейник и тоже стал волком. В темноте, прихрамывая, он еле-еле успевал за ней. Шерсть промокла, бежать было тяжело. Иногда девушка-волчица оглядывалась, чтобы убедиться, что он не отстал.

Радость от спасения сменила тревога: непонятно, чего ожидать от этой девушки. Сердце бешено билось. В лесу было тихо и сыро. Дождь усиливался, они бежали в зарослях каких-то огромных лопухов. А может быть, скрыться в этих лопухах и убежать? С другой стороны, Таира его спасла. Убежать он всегда успеет. Хотя... Вряд ли обычная девушка направила бы молнии в бандитов, а потом заколдовала их... Надо обязательно во всём этом разобраться.

Внезапно заросли закончились, волки оказались на большой поляне. В темноте виднелся деревянный дом, одиноко стоящий на краю леса. Дверь была не заперта. Они зашли и превратились в людей. Резкий запах трав привёл Равана в чувство, – стало легче, мысли потекли ровно. Таира зажгла свечу. В доме было тепло от печи, Раван прижал к ней озябшие руки.

– Как же мы промокли! – сказала девушка, дрожа от холода. – Надо переодеться. Я принесу сухую одежду. Вот, тут есть старые брюки и рубашка. Ой, она рваная... Ну, не важно. На печке одежда быстро высохнет. Переоденься. Снимай всё мокрое, я уйду, чтобы не смущать. Тоже пойду переоденусь.

Девушка исчезла за перегородкой. Раван быстро снял мокрую одежду, развесил на верёвке у печи и надел то, что дала Таира. Штаны оказались велики, приходилось их поддерживать. Ладно, это не самое страшное. Вождь взял свечу в руки и огляделся. Обычный деревенский дом. Судя по всему, тут живёт одна Таира. Повсюду на стенах какие-то портреты, фотографии.

Раван взял свечу, подошёл ближе, чтобы рассмотреть их, и в страхе шагнул назад – это был его портрет! Рядом – ещё один. Повсюду висели его фотографии, вырезки из газет. Раван похолодел от ужаса. А вдруг Таира тут не одна? Может быть, здесь скрываются бандиты, и его сейчас убьют?

Раван в страхе разглядывал свою фотографию и размышлял, что делать. Надо бежать... И потом вернуться с охраной? Разумно. Знать бы только, куда бежать. Тишина... За окном – темнота. Дождь усилился. Раван решил дождаться Таиру, а дальше смотреть по обстоятельствам. На всякий случай поставил кочергу поближе к себе. Почему девушки так долго нет? Из-за перегородки слышалось тихое шуршание, горел свет, значит, она там.

Раван продолжил рассматривать комнату, держа свечу. Радом с печью снова его фотография, у него тоже была такая, – на ней он стоял на высоком камне, ночью, освещённый факелами, и произносил клятву вождя, спокойно и уверенно глядя вперёд. В национальной могарской одежде – светлой рубахе, брюках и тёмной жилетке, расшитой орнаментом, он тоже как будто светился. Раван усмехнулся: неужели со стороны он так хорошо выглядел? Сам он помнил только, что чувствовал себя испуганным маленьким волчонком с прижатыми ушками, случайно забежавшим на Совет взрослых волков. Ту ночь он помнил чуть ли ни поминутно.

Согласно многовековой традиции, церемония вступления в должность нового вождя проходила около Чёрного камня на краю леса, примерно в часе езды от города. Камень считался волшебным, на него разрешалось подниматься только вождю или, в редких случаях, членам Совета старейшин. С вершины открывался вид на большую поляну, где в старые времена стояло волчье поселение, от которого уже почти ничего не осталось. На поляне жгли костры, ставили шатры, народ приезжал со всей страны.

Это было будто вчера... А тогда, семь лет назад, задыхаясь от волнения, Раван с трудом взошёл на камень. Сердце стучало, руки тряслись,