После «Украины» - Валерий Михайлович Коровин

испортит свой имидж на Западе и в Европе, в первую очередь, что и является конечной целью США. Но этого не избежать. Всё это произойдёт в любом случае, рано или поздно. Да, США пытаются всеми силами не допустить установления стратегических отношений России с континентальной Европой. Поэтому лучше вернуть себе все русские территории сейчас.

Саму же Европу надо разделять на континентальную и атлантистскую, подчинённую США. Континентальная Европа пытается настаивать на своей геополитической субъектности, атлантистская – безусловно принимает волю США. Это две Европы, а не одна. Задача Украины – с опорой на атлантистскую Европу создать такую полосу нестабильности, которая прекратит всякие стратегические отношения России с Европой. А затем, с этого плацдарма, начнётся новое геополитическое наступление уже внутрь России. Уже сейчас идёт соответствующая идеологическая подготовка через многочисленные западные проекты, такие как Еврорегион Донбасс, Еврорегион Днепр и т. д. То есть после захвата Украины Запад начнёт движение в глубь России, отторжение приграничных ныне областей – Белгородской, Курской, Ростовской, Брянской. Лучше предотвратить это сейчас, на раннем этапе, начав двигаться во встречном направлении.

Если мы сдадим Украину на откуп бандеровцам, нам придётся либо закрыть глаза на геноцид русского населения, либо вмешаться, – чем раньше, тем лучше, – и взять восточные и южные области Украины, тем самым предотвратив дальнейшее наступление в глубь России. Но у России сегодня, судя по итогам встречи Путина с силовиками, нет геополитической стратегии. При этом никаких других вариантов быть не может, только возвращение Украины под евразийский стратегический контроль.

Но на момент февраля 2014 не наблюдалось даже предпосылок к этому.

На удивление пассивно с самого начала майданных событий 2014 года повёл себя Израиль. Ведь геноцид для Израиля – очень животрепещущая тема. И по идее на все эти нацистские лозунги, которые звучат в адрес не только русских, но вообще всех, кто не отождествляет себя с «украинцами», Израиль должен бы реагировать очень чётко, быстро и болезненно. Идеологическиевреи не должны быть сторонниками бандеровцев, это очевидно. А израильтяне? Или это – особенно, когда речь о властных структурах государства Израиль – другое? Или же они выступают против геноцида только тогда, когда речь идёт о геноциде евреев? А когда дело касается Украины, где их американские союзники развёртывают свою геополитическую антироссийскую операцию, официальным израильским властям не велено открывать рот? И, опять же, геноцид русских – это совсем другое? Получается, что вступаться за русских невыгодно, вот правительство Израиля и молчит. Даже невзирая на то, что по этому поводу думают евреи – обычные граждане национального государства Израиль.

Но у Израиля, как и у Запада, союзником которого он является, есть хотя бы своя политика, чёткая стратегическая линия. А вот какая стратегия в отношении Украины у России – понять сложно. Подход «мы никого не трогаем и нас не трогайте» – после победы майдана больше не работает. Невмешательство России в дела сопредельных государств воспринимается строго как проявление слабости. Если власти РФ и дальше будут молчать с вежливой улыбкой, то в России произойдёт то же, что произошло в Югославии, в Сирии и много где ещё. И вот тогда это уже будет касаться всех.

Досрочные выборы без выбора: сорта бандеровцев

С самого начала было понятно, что никакие выборы уже не изменят положения на Украине, где произошёл силовой захват власти. Досрочные выборы стали очередным фарсом, призванным прикрыть вооружённый мятеж, осуществлённый западными стратегами, чтобы хотя бы создать видимость легитимизации того беззакония, что учинили американские политтехнологи, фактически начав агрессию против России. Да, Россия сделала очередную ошибку, не предотвратив майдан. Но куда большей ошибкой стало последующее пассивное созерцание, длившееся мучительные восемь лет.

Уже на излёте горячей фазы майдана стало понятно, что в грядущей не только электоральной, но и в целом политической картине постмайданной Украины «Партии регионов» вообще не будет. Уже хотя бы потому, что с самого начала это был политтехнологический проект, созданный российскими либеральными политтехнологами Глебом Павловским и Маратом Гельманом в 2004 году под Януковича, который также являлся их политтехнологическим проектом. По этой же причине весь этот проект с самого начала был совершенно не субъектен и политически не состоятелен, так как строился не снизу вверх на базе какой-либо Идеи, идеологии, а искусственно конструировался сверху вниз под политтехнологические нужды заказчика. Такой проект при ослаблении поддержки извне, особенно в период исторического обострения, становится совершенно недееспособен, поскольку изнутри пуст. Как фанерная декорация крепостной стены, по определению неспособная выдержать натиск реального войска. Из-за этой идеологической пустоты в момент исторического обострения такой проект не способен консолидировать сторонников, чтобы опереться на них, так как отсутствует база для их консолидации. Всё это предопределило неминуемый крах «Партии регионов», который был, по сути, заложен в её основание в момент создания.

Когда объявили досрочные постмайданные выборы, было очевидно, что соревноваться на них будут лишь партии с бандеровским уклоном. В результате силового подавления любого инакомыслия бандеровцы ассимилировали всю украинскую политику. Они не для того, как они сами считают, «сражались» – гибли (от рук американских снайперов), горели, бросали коктейли Молотова, чтобы потом допустить к участию в выборах кого-то со стороны пророссийской части Украины. Ни украинские нацисты, ни бандеровцы, ни даже умеренные националисты – все они точно не «демократы», даже несмотря на то, что стремятся в Европу, и никаких «свободных выборов», в том смысле, как их понимают в Европе, они не допустят. Поэтому то, что они будут пытаться удержать монополию в постмайданном политическом пространстве, шантажируя возобновлением насилия и оказывая давление не только на политическую элиту, но и на население, было очевидно с самого начала. Досрочные выборы изначально предполагали борьбу между бандеровцами-хардкор, умеренными бандеровцами и бандеровцами-центристами – тремя сортами политических партий постмайданной Украины.

Failed state Ukraina

Украина строго и по всем пунктам укладывается в такой политологический концепт, как failed state, то естьнесостоявшееся государство. Нынешняя Украина – это государство, которое самостоятельно не в состоянии поддерживать своё существование в качестве жизнеспособной политической и экономической единицы. Она находится в полной зависимости от политических решений и дотаций Запада. Самостоятельно не определяет ни своей стратегической линии (отказавшись от внеблокового статуса), ни экономической политики (сидя на дотационной игле). А западные кураторы не таясь вывешивают свои флаги и открыто управляют всеми процессами прямо из правительственных зданий. Когда им стало нужным – они осуществили кровавый майдан, запустив маховик русофобии, а после решили превратить Украину в машину для войны против России. Что уж говорить об экономике. Она давно уже не принадлежит не только украинским массам, но и украинским элитам. Хантер Байден, сын спящего Джо, не даст