Государство в пути - Виктория Анатольевна Корочкина

в своих корыстных политических интересах, обостряют необходимость реформирования палестинской политической системы. Деятельность институтов ПНА возможно было бы переориентировать на предоставление муниципальных функций (здравоохранение, образование, коммунальные услуги и проч.), в то время как ООП необходимо восстановить на действительно представительной основе. Институциональная реформа является одним из ключевых условий укрепления позиций палестинцев в их политических требованиях реализации «права на возвращение» (реального или не реального – другой вопрос) и в целом в их взаимодействии с Израилем в процессе создания независимого государства Палестина.

Для любой серьезной реформы ООП в качестве приоритетной задачи необходима трансформация ПНС в полноценный парламент или Национальную ассамблею с четкими законодательными функциями. Работа ПНС должна основываться на проведении регулярных сессий и функционировании постоянных комитетов, деятельность которых затрагивала бы различные аспекты жизни палестинского общества. Мандат законодательной власти должен исходить от различных палестинских сообществ (палестинцев, проживающих в Израиле, в диаспоре, а также на Западном берегу реки Иордан и в Секторе Газы), которые должны иметь возможность избрать своих представителей в ПНС пропорционально своей численности и влиянию. При этом необходимо учитывать, что проведение выборов в ПНС на Западном берегу реки Иордан проблематично из-за ареста израильскими властями кандидатов от ХАМАС;

в Иордании – из-за угрозы лишения палестинцев иорданского гражданства; в Сирии – в силу войны. Однако все эти препятствия преодолимы в случае наличия политической воли. Как бы там ни было, Палестинскому национальному совету необходимо перейти от «системы квот» на демократический отбор, например, посредством дважды применимой при избрании депутатов ПЗС системы прямых выборов. В тех районах, в которых невозможно проведение выборов, следует установить иные демократические процедуры избрания членов ПНС. Палестинские делегаты от Сирии и Иордании могли бы быть «отобраны», а не избраны. Современные технические возможности позволяют организовать, к примеру, интернет-голосование в диаспоре. В целях проведения выборов можно было бы использовать данные агентства ООН по делам беженцев для составления списка потенциальных избирателей среди беженцев, проживающих в арабских странах. Целесообразнее было бы проведение своими силами переписи населения, а не использование израильских данных (в том числе касающихся топографии и проблемы водных ресурсов). Приступая к осуществлению подобных мероприятий по реформированию структур ООП, необходимо учитывать шаткость «демократических моделей» в связи с географическим рассеиванием и принадлежностью значительной части палестинцев к другим государствам.

Независимо от результатов выборов в ПНС важным является сам политический процесс. Если совет возродится в качестве верховного легитимного политического органа палестинской политической системы, с участием в нем исламистов и организацией региональных представительств, это будет означать согласие всех палестинских политических групп с необходимостью формирования объединенной, легитимной, демократической политической системы Палестины. Каким бы образом ни было организовано избрание ПНС, Исполкома ООП и его председателя (традиционно принадлежавшего ФАТХ, сначала в лице Арафата, а затем М. Аббаса), возвращение на политическую арену ООП как воплощения географической, религиозной и политической идентичности палестинского народа будет иметь далеко идущие последствия. ООП способна трансформироваться в механизм организации национального государства Палестина. При этом ПНА могла бы исполнить роль легитимного инструмента ООП в политической практике по организации соответствующих процедур, основанных на господстве закона и справедливости, прозрачности и ответственности с целью создания полноценной политической общности. К тому же мировое сообщество готово к взаимодействию с обновленной ООП, которая на международном уровне сможет использовать свою региональную и межгосударственную поддержку в требовании реальных политических изменений, тем самым прокладывая путь к серьезным переговорам о создании государства Палестина.

Что касается возможности объединения палестинских анклавов под властью исламистов, то предпосылок для такого варианта развития событий пока не наблюдается. Лидеры ХАМАС просчитались, надеясь на то, что геополитическое «переформатирование» Ближнего и Среднего Востока позволит им покончить с региональной и международной изоляцией, а также стать признанным представителем палестинского народа посредством вступления в ООП и победы на выборах в ПЗС. Тогда исламисты сохранили бы свою власть над Сектором Газы, получили бы контроль над Западным берегом реки Иордан и возглавили бы ООП. Однако в этом случае движению пришлось бы идти на сложный компромисс, не столько в отношении вопроса о двух государствах и границ 1967 г., сколько о вооруженном сопротивлении «оккупации». Отказ от насильственных методов в пользу политического решения палестинской проблемы поставит под угрозу существование вооруженного крыла ХАМАС. Тем более что Иран активно вооружает их исламистских соперников – «Палестинский исламский джихад», в том числе идеологически. Не без руки Тегерана осенью 2015 г. Израиль потряс очередной виток террористической активности палестинцев – так называемая «интифада ножей», – выразившийся в ежедневных нападениях с ножами, в результате которых на февраль 2016 г. жертвами стали 30 израильтян. Пока же ситуация выглядит таким образом, что израильскому политическому руководству необходимы «неконструктивные» исламисты так же, как лидеры ХАМАС кровно заинтересованы в агрессивных действиях Израиля. В то время как выгодоприобретателем от сложившегося положения раздрая в палестинской среде является Израиль, страдает палестинский народ, вынужденный приспосабливаться к жизни в различных условиях своего «постоянно временного» местопребывания.

Тем не менее предположим, что завершилось успехом политическое объединение и создано палестинское правительство национального единства.

Во-первых, Палестинское правительство будет создано на основе объединения ФАТХ и ХАМАС, вынужденных распределить между собой властные функции и полномочия. Во-вторых, со стороны ХАМАС потребуется сдерживание своего боевого крыла (бригад «Изз-ад-Дин аль-Кассам»), его последующее внедрение в государственные службы безопасности либо же полное расформирование. Последнее представляется практически нереализуемым, поскольку ХАМАС не обладает полным контролем над бригадами, проявившими себя в качестве непоколебимых борцов за национальное освобождение. Потребуется приложить немало дипломатических усилий для их «умиротворения». В-третьих, на международной арене прогнозируется широкомасштабное признание Палестины как суверенного государства и полноправного члена ООН, в результате чего произойдет легитимация палестинского режима.

Израиль не признает Палестинское государство по соображениям «безопасности». За признанием Палестины западными державами (США и ЕС) могут последовать обвинения Израиля в следующих нарушениях норм международного права: строительство израильских поселений на палестинских территориях (особенно на Западном берегу реки Иордан и вокруг Восточного Иерусалима), возведение разделительной стены, организация пропускных пунктов, блокада Сектора Газы, разрушение палестинских домов и сельскохозяйственных угодий. В случае признания Палестины, Израиль официально примет на себя всю ответственность за нарушение норм международного права, в результате чего должна последовать изоляция еврейского государства или наложение системы санкций в случае неустранения всех злоупотреблений. В-четвертых, с момента стабилизации палестинского политического пространства под управлением правительства национального единства на первый план выйдет социальный аспект. Потребуется масштабная финансовая помощь и инвестиции в развитие слабой палестинской инфраструктуры и экономики. В противном случае будет создано недееспособное государство со всеми вытекающими из этого негативными последствиями.

Опираясь на свой институциональный опыт, Палестинское государство способно построить парламентскую демократию, основанную на политическом и