Властные институты и должности в Европе в Средние века и раннее Новое время - Татьяна Павловна Гусарова

двора и более строгое разграничение полномочий и обязанностей слуг способствовало развитию внутренней иерархии департамента. Если при Эдуарде I камергерами могли именовать всех членов данного департамента, то начиная с правления Эдуарда II так стали называть исключительно старших камергеров королевских покоев. Йоркский ордонанс 1318 г. рассматривает камергера королевских покоев как третье лицо в придворной иерархии вслед за стюардом, а также хранителем королевского Гардероба. Камергер имел одинаковое с ними жалованье и сопровождение (рыцаря и трех оруженосцев). С XIV в. он становится одним из постоянных членов Королевского совета.

В конце XIV–XV в. должность главного камергера приобретает все большее политическое значение. Именно через него осуществлялся доступ к королю, он также разбирал петиции на имя монарха. Нередко он выступал связующим звеном между королем и парламентом, мог быть членом регентского совета, как, например, в период малолетства Ричарда II. Высокое положение должности зависело от способности занимавшего ее лица контролировать королевскую казну, доступ в королевские покои и прохождение писем на имя монарха. С 1429 г., когда был составлен первый официальный порядок следования степеней достоинств и должностей (Order of all States of Warship and Gentry of England), пост королевского камергера давал преимущество занимавшим его лицам среди представителей того же достоинства. В XVI в. высокий статус управляющего Королевской палатой закрепляется в титулатуре должности (лорд-камергер англ. Lord Chamberlain of the King's Household).

Непосредственно в подчинении камергера находились все слуги короля в его личных покоях: привратники, охранники, постельничие и т. д. Количество придворных сквайров варьировалось в зависимости от пожеланий и нужд государя: например, в конце правления Эдуарда III (в 1366–1367 гг.) их было 63 человека, а при Ричарде II (в 1395–1396 гг.) уже 168. Существовала определенная ротация сквайров: в составленной в 1479 г. «Черной книге» Эдуарда IV сказано, что из 40 60 сквайров, состоящих на королевской службе, одновременно должны прислуживать государю 20: они должны были сопровождать персону короля повсюду, прислуживать ему за столом и в других местах.

Таким образом, к концу XIII в. при королевском дворе существовало четыре главных финансовых департамента: Палата, Гардероб, Великий и Частный гардеробы. В отличие от них возникшее при Генрихе I Казначейство (англ. Exchequer, лат. Scaccarium) являлось государственным финансовым институтом. В 1118 г. в королевском указе впервые используется термин «бароны казначейства» (англ.barons of the Exchequer, лат. barones de Scaccario) для обозначения должностных лиц, входящих в состав Казначейства. На протяжении всего XII в. главные должностные лица Казначейства подчинялись непосредственно камерарию.

Первое упоминание о казначее (франц. le tresorer; лат. thesaurarius regis) относится к 1126 г. (первым казначеем стал Нигел, племянник упомянутого выше Рожера епископа Солсбери — капеллана и канцлера Генриха I, при короле Стефане на этом посту его сменил другой племянник епископа Солсбери Адельм). Сын первого казначея Ричард Фитц-Найджел (или Фитц-Нигел) также на протяжении нескольких лет был казначеем. Его перу принадлежит первый трактат оо управлении английским государством "Dialogus de Scaccario", ставший главным источником для изучения Казначейства эпохи Генриха II. Так же как и на должность канцлера, казначеями назначались, как правило, духовные особы. В XV в. на должность казначея стали все чаще и чаще назначаться миряне: сначала простые рыцари, потом бароны и наконец с середины века графы. При Генрихе VIII титул казначея королевства звучал как lord treasurer, lord high treasurer. В 1558 г. была учреждена должность канцлера Казначейства (англ. chancellor of the Exchequer). В отличие от лорда казначея (члена палаты лордов), канцлер казначейства был членом палаты общин.

Сокровищница оставалась в Винчестере до правления Иоанна Безземельного, в XIII в. она была перенесена в Вестминстер, где и собирались бароны два раза в год — на Пасху и в Михайлов день. Уже при Генрихе I по инициативе канцлера Рожера утвердилась практика ежегодных финансовых отчетов шерифов в Казначействе и систематическое копирование этих отчетов в свитки (лат. Magnum rotulum Scaccarii vel Magnum rotulum pipae или англ. Pipe Roll). Казначейство делилось на две палаты: верхнюю аудиторскую (Upper Exchequer) и нижнюю поступлений (англ. Treasury of Receipt, Exchequer of Receipt).

Важную роль в работе нижней палаты играл клерк Казначейства, фиксировавший поступление денег и запечатывавший полученные мешочки с деньгами. Следующими в иерархии были два подчиненных камерарию рыцаря, хранившие ключи от сундука и отвечавшие за взвешивание монет после их подсчета. Вместе с клерком Казначейства они отвечали за выдачу денег по королевскому указу или предписанию баронов Казначейства. Эти трое сопровождали казначея в его поездках в Сокровищницу из Вестминстера в Винчестер. К более низким должностям относились весовщики, плавильщики и чеканщики. Наконец, существовал еще и изготовитель таллии (англ. tally-cutter). На заседания верхней палаты также приглашались канцлер, казначей, камерарий, коннетабль и маршал или их представители.

Судопроизводство

Принципиальной вехой в истории английского судопроизводства стало правление Генриха II. До проведенных им реформ основная масса тяжб разбиралась или в сеньориальных судах, или в куриях графства, или сотни (последние также нередко находились под властью пользующихся иммунитетом лордов). Как и во Франции, в Англии королевская курия являлась высшей судебной инстанцией. Традиционно в ней разбирались дела, затрагивающие интересы государя, тяжбы между непосредственными держателями короны, а также апелляции на приговоры судов низших инстанций.

Эволюция королевской курии из суда чрезвычайного, разбирающего очень небольшое число дел, в ординарный, доступный всем свободным подданным королевства, наметилась еще при Генрихе I. Именно этот государь утвердил деление королевства на специальные округа, в которые посылалась группа королевских разъездных судей (лат. judices itinerantes, jusitae errantes). Пришедшая в упадок в период войны Стефана Блуаского и Матильды, эта практика была восстановлена и получила дальнейшее развитие при Генрихе II. Председательствуя в судах графств, королевские судьи автоматически превращали разбирательства в заседания королевской курии. При этом, что особенно примечательно, традиционный сакрально-формалистический обрядовый процесс (известный по германским правдам) заменялся на инквизиционный, с расследованием дел через присяжных. Любой свободный человек мог за определенную плату получить приказ короля (англ. breve, writ) на расследование его дела в королевском суде. В случае отсутствия денег или нежелания нести судебные расходы человек мог обратиться к старой сакрально-формалистической процедуре, продолжавшей применяться в местных судах. Впрочем, согласно судебным ассизам Генриха II целый ряд гражданских (прежде всего иски, связанные с землей) и уголовных (особо тяжкие преступления) дел автоматически попадали в разряд placita coronae, т. е. были подсудны исключительно королевскому суду. Дела вилланов и других несвободных людей продолжали рассматриваться исключительно в манориальных куриях их сеньоров.

С конца XII в. наметилось, а век спустя утвердилось окончательно разделение судебных функций королевской курии между несколькими инстанциями. В 1178 г. создается главная королевская курия (лат. capitalis cuña Regis) в составе пяти правоведов (двух клириков и трех мирян), которые и вершили