В октябре шестьдесят четвертого. Смещение Хрущева - Андрей Николаевич Артизов

Особо серьезной критики заслуживает реорганизация областных и краевых партийных и государственных органов по так называемому производственному принципу. Это мероприятие выдается в качестве творческого развития ленинских принципов построения партийного и государственного аппарата, а на деле является отступлением от указаний Ленина и требований Программы КПСС по этому вопросу.

К чему привело создание промышленных и сельскохозяйственных обкомов и облисполкомов? Произошло невероятное переплетение, смешение функций, прав и обязанностей партийных, государственных и хозяйственных органов, параллелизм в их работе. Одним словом, получилась такая путаница, какой наше Советское государство не знало за все время своего существования. А что касается теоретической и политической стороны вопроса, то с этих позиций реорганизация, грубо говоря, не лезет ни в какие ворота.

Судите сами, товарищи: в Программе и Уставе КПСС записано, что наша партия стала партией всего народа. При этом руководящая роль рабочего класса сохраняется. Значит, партия должна быть единой. Иначе о какой же руководящей роли может идти речь. А что получилось в итоге перестройки? От фабрики до области и края – рабочие оказались в одних организациях, а крестьяне и другие труженики села – в других. Получилось что-то вроде двух отрядов в партии – рабочее крыло и крестьянское крыло.

Мы обязаны покончить со столь ненормальным явлением, ибо такая реорганизация,

во-первых, противоречит ленинскому требованию об идейном и организационном единстве партии и ведущей роли рабочего класса в государстве и социалистическом обществе, ослабляет возможности воздействия рабочего класса на все население;

во-вторых, она противоречит ленинской идее всемерного укрепления союза рабочего класса и крестьянства – основы единства нашего общества, обособляет рабочий класс от крестьянства;

в-третьих, разделение партии надвое принижает ее роль, как единого идейно-политического руководителя, организатора хозяйственной и культурной жизни нашего общества.

Реорганизация идет вразрез с установкой Программы КПСС о возрастании роли и значения компартии как руководящей и направляющей силы советского общества, все более расширяющей свое влияние на все стороны общественной жизни.

А попробуйте в этой связи выяснить другой вопрос: как могут быть Советы организованы по производственному принципу?

Советы как форма государственной власти немыслимы без территории. Могут меняться функции государства, но не может быть отменена, ликвидирована территория как признак государства. Это – азы марксизма.

Советы – самые массовые органы власти. Это – власть всего народа, а не отдельно – рабочих и отдельно – крестьян. Власть Советов распространяется не только на хозяйство, но и на все без исключения сферы жизни нашего общества – политическую, социальную, культурную, здравоохранение, просвещение и т. д. В этом и заключается полновластие Советов.

Нас пытаются уверить, что реорганизация означает революционный шаг вперед. Но мы не вперед пошли, а попятились далеко назад, к первым дням революции, когда и рабочие, и крестьяне, бедняки и батраки, солдаты и матросы имели свои самостоятельные Советы. Между тем именно создание единых Советов Ленин считал величайшим завоеванием партии.

И, наконец, международное значение Советов. Ленин считал рабоче-крестьянские Советы фактором всемирно-исторического значения. Он заявлял, что Советы неизбежны во всех странах. И до сих пор это предсказание оправдывалось; все социалистические страны шли нашей дорогой – создавали единые Советы. Однако никто не пошел по пути, который указал тов. Хрущев, перестроив Советы. Впервые нашему примеру никто из наших друзей не последовал, и они правильно сделали. Но престижу нашей партии и государства несомненно причинен ущерб. И это особенно неприятно сейчас, когда вопрос о престиже и авторитете КПСС в международном коммунистическом движении становится одним из наиболее острых.

Неверным, ошибочным является исходный тезис перестройки, согласно которому территориальный принцип будто бы устарел. Тов. Хрущев утверждает, что это якобы отвечает указанию Ленина о преимущественном значении в наши дни не политики, а экономики. Но это чепуха!

Определяющим признаком организационного строения партии Ленин считал территориальный; и все партийные и государственные органы сверху донизу были построены при нем по территориальному признаку. После победы Октября при жизни Ленина дважды пересматривался Устав партии, было проведено шесть съездов и шесть конференций, и все они рассматривали организационные вопросы. Многое тогда изменялось, но территориальный признак оставался незыблемым. Более того, по настоянию Ленина IX съезд партии по существу запретил объединение членов партии по какому-либо другому признаку19. Он сделал это ради того, чтобы собрать партию, которая за период войны оказалась разбитой на отдельные отряды; без этого невозможно было выполнять строительно-хозяйственные задачи.

Ленин никогда не противопоставлял территориальный принцип производственному, а считал их неразрывно связанными.

Следует, кстати, заметить, что, создав производственные обкомы партии и облисполкомы, мы на самом-то деле создали вовсе не производственные, а территориально-отраслевые органы. Промышленный обком – как это понять? Промышленность – это отрасль производства. А областной – это ведь территориальный признак. От него никуда не уйдешь!

Короче говоря, реорганизация – как эта, так и многие другие – путает всю нашу работу, мешает нам идти вперед. За 10 лет проведено столько реорганизаций и перестроек, что люди не могут теперь нормально работать; они живут, так сказать, под страхом новых реорганизаций. Среди партийных, государственных, хозяйственных работников, да и среди широких масс трудящихся идет ропот. Люди открыто говорят: «осточертели перестройки, работать некогда из-за них. Не хватает хлеба и овощей, молока и мяса, зато изобилие перестроек». И они правы. Пора кончать с этой вакханалией.

Завершая этот раздел, нужно сказать следующее. Тов. Хрущев часто в своих речах говорит: «Если бы жив был Владимир Ильич, как бы он порадовался…» А как вы думаете, товарищи, что сказал бы Ленин по поводу всех этих перестроек?

Вот подлинные ленинские слова на сей счет: «У нас ужасно много охотников перестраивать на всяческий лад, и от этих перестроек получается такое бедствие, что я большего бедствия в своей жизни и не знал» (Том 33, стр. 149). Вот уже действительно не в бровь, а в глаз! Ленин, как видите, считал многочисленные необдуманные перестройки сущим бедствием и указывал, что «не в учреждениях, не в переорганизациях, не в новых декретах гвоздь, а в людях и в проверке исполнения» (Том 36, стр. 526).

Как нам выбраться из всех этих реорганизаций и перестроек? Только так, как советовал Ленин. А он говорил следующее: «Надо вовремя взяться за ум… Из тех учреждений, которые мы уже напекли, выбрать минимум… показать, что мы всерьез чему-нибудь научились в деле государственного строительства.» (Соч., т. 33, стр. 446).

Этот путь, указанный великим Лениным, был верным тогда. Он остается единственно правильным и теперь.

Об ошибках во внешнеполитической деятельности

Товарищи! Разрешите