В октябре шестьдесят четвертого. Смещение Хрущева - Андрей Николаевич Артизов

А возьмите факт предоставления Египту нового займа в размере 300 млн золотых рублей. От тов. Хрущева пришла телеграмма: «Египет просит заем 500 млн рублей. Знаю, что тяжело. Обсудите, сколько можем дать». Опасаясь, что Президиум откажет, он тут же шлет вторую телеграмму: «Мы с Насером уже условились о займе в 300 млн рублей». И затем без всяких просьб, а своей властью объявил, что дарит Египту оборудование для совхоза стоимостью 3 млн рублей.

Еще один факт: его речь в Египте против национализма. Такие речи могут произноситься только с ведома Президиума ЦК. Ведь это острый вопрос: чуть-чуть собьешься, и можно поссориться с руководителями национально-освободительного движения, навредить делу. А он без всякого совета произнес на эту тему очень нечеткую речь, которая насторожила многие молодые государства.

Теперь вдумайтесь, товарищи, какими методами все это сделано. Все задумано и решено им самим, за спиной Президиума, затем он создает обстановку безвыходного положения для Президиума и в этой обстановке навязывает одно за другим свои решения под угрозой серьезных неприятностей для престижа страны. Разве это ленинские нормы, которыми он любит демагогически козырять? Ничего подобного – это грубое нарушение созданных Лениным порядков и норм работы руководящего органа ЦК партии. Вот и судите сами, как далеко зашел он в нарушении ленинских норм коллективного руководства.

Еще один возмутительный факт из его поездки в Египет. Во время переговоров с Насером был затронут вопрос о кровавом и свирепом терроре против компартии Египта. И случилось невероятное: отъявленный националист Насер убедил коммуниста Хрущева, называющего себя ленинцем, в чем бы вы думали? В том, что компартия Египта – это компартия «неправильная», что она «неправильно себя ведет», не учитывает прогрессивной роли Насера, «не туда гнет», «идет не той дорогой» и что вообще вся она сплошь состоит из одних агентов Израиля. И Хрущев, не встречавшийся ни с одним египетским коммунистом, вернувшись домой, слово в слово повторил то, что ему сказал Насер, и поручил тов. Пономареву разработать для этой партии новую политическую линию и тактику.

Подумайте: Насер в роли судьи для компартии! Куда же мы придем с таким «компасом»? Если станет известным этот факт, а он его сам может выболтать, если узнают, что мы пытаемся из Москвы будто бы навязывать партиям линию и тактику, то это будет на руку китайским раскольникам, которые как раз в этом нас и обвиняют. Где гарантия, что при этом египетская, а за ней и другие компартии стран Африки, Ближнего и Среднего Востока не окажутся в одном лагере с китайскими раскольниками? Совершенно очевидно, что все это – неразумные, неправильные и опасные действия.

Надо отметить, что за последнее время и тов. Микоян также стал позволять себе то, что делает тов. Хрущев. Будучи, например, в Индонезии, он обсуждал с Сукарно положение дел в индонезийской компартии. Разве это допустимо? Сын его, Серго, участвовал во всех конфиденциальных переговорах. Как видите, дурные примеры заразительны: практика «семейной» дипломатии расширяется все больше.

Позвольте рассказать о том, как тов. Хрущев исполняет свои прямые обязанности. Скажу прямо: он в последнее время, по существу, забросил их. Многие заседания Президиума ЦК сам не проводит, заседания Секретариата ЦК вообще не проводит, Президиум Совмина СССР также не проводит, а на Совете Министров бывает один раз в год при утверждении народнохозяйственного плана. По его личному плану в этом году он должен работать не более пяти месяцев.

И это в условиях, когда все руководство сосредоточено в его руках, когда он, как говорится, все замкнул на себя. Тов. Хрущев любит заявлять, что у нас много замечательных кадров, а сам занял все посты – он и Первый секретарь ЦК партии, и Председатель Совета Министров Союза, он и Председатель Бюро ЦК КПСС по РСФСР, и верховный главнокомандующий, он и КГБ ведет, и МИД, и Министерство обороны.

В этой связи следует сказать и о его порочной кадровой политике. К кадрам он относится бесшабашно. Сколько за это время у нас сменилось людей, и все либо потому, что они его не устраивали, либо вообще из-за пустяков и самодурства. С другой стороны, он поддерживает всякого рода сомнительных и даже опасных людей, очковтирателей и ловкачей.

Взять, к примеру, бывшего председателя КГБ Серова, одного из ближайших сподвижников Берия. С ног до головы этот человек в крови, он лично провел 150 заседаний особых троек и загубил несколько десятков тысяч невинных советских людей. Есть документ, уличающий Серова в качестве одного из организаторов «особой тюрьмы» для партийных кадров33.

Перечень преступлений Серова бесконечен. А ему присвоено звание Героя Советского Союза34. Непонятно, почему Первый секретарь ЦК так упорно поддерживает этого человека?

С кадрами тов. Хрущев не работает и не знает их, он почти никого не принимает, в том числе и министров. Секретари ЦК ВЛКСМ и ВЦСПС у него не бывают, зав. отделами ЦК КПСС к нему не вхожи. Даже секретари ЦК партии если и бывают на приеме, то очень редко и, как говорится, накоротке. Членов Президиума ЦК он тоже не выслушивает. В таком же положении и секретари ЦК компартий союзных республик и секретари обкомов. Спрашивается, как же после этого можно руководить партией и страной?

В Президиуме ЦК нет четкого разграничения обязанностей, роль его членов принижена. Члены Президиума неоднократно высказывали замечания по существу этого. Но все их даже самые малейшие возражения грубо отвергались. Еще в более незавидном положении находится Секретариат ЦК. Если он решит какой-либо серьезный вопрос, начинается крик. Видимо, тов. Хрущев боится этого органа, хочет ограничить его права и усиленно стал поговаривать в последнее время о его реорганизации.

А посмотрите, что у нас получается с Пленумами ЦК КПСС. Ведь за эти годы почти не было пленумов в полном смысле этого слова, а собирались пленумы с количеством участников в несколько тысяч человек. В таких условиях, естественно, нечего рассчитывать на критику, на несогласие или на то, что кто-либо внесет смелое предложение.

В ЦК КПСС созданы комиссии: сельскохозяйственная, идеологическая, по химии, по тяжелой промышленности. Однако они также бесправны, ничего не могут решать и в таком виде не нужны. Вряд ли была необходимость создавать в таком виде, как сейчас, и Бюро ЦК по Средней Азии и по Закавказью. Но это вопросы, заслуживающие отдельного рассмотрения35.

Очень серьезно принижена у нас роль советских органов. Тов. Хрущев обходит их при решении даже самых простых