После «Украины» - Валерий Михайлович Коровин

собственные средства поддерживал русское движение Украины, даже не рассчитывая на какую-либо поддержку со стороны России. Итог тот же самый, что и в случае с ПСПУ: оранжевые с ним боролись, а «пророссийский» Янукович теснил и маргинализировал, после чего забрал бизнес и рассеял все политические структуры Свистунова при молчаливом согласии России. В момент начала майдана 2014 бывший мультимиллионер, патриот России и просто хороший русский человек Александр Григорьевич Свистунов в одних тапочках и трико был вынужден инкогнито бежать из Львова в Крым. Где и проживает в съёмной квартире без какой-либо поддержки от государства, ради которого он лишился всего, что имел.

В течение всего постсоветского периода, до самого майдана 2014 года, когда западные кураторы устроили вооружённый захват государства Украина, на его территории присутствовало большое количество пророссийских сил разных мастей – от коммунистов до русских патриотов. Но всех их в течение двадцати с лишним лет маргинализировали и загнали в подполье укркаинские власти при полном равнодушии со стороны России. Самое неприятное заключается в том, что российская сторона не только никогда реально и всерьёз не поддерживала эти силы, но всякий раз, когда кто-то из пророссийских активистов или организаций попадал в беду – со спокойной совестью сдавала, отказываясь вступаться. В итоге, все эти годы от независимости до майдана, пророссийские силы находились на территории Украины в статусе гонимых и маргинализируемых. Как партизанский отряд в тылу врага, который всё ещё борется, без всякой поддержки из центра осуществляя краткие вылазки, но по сути обречён. До майдана пророссийских сил в топе украинской политики так и не появилось, что, в конечном итоге и стало определяющим фактором потери Украины. Не удивительно, что в момент начала СВО в феврале 2022 года входящим на Украину российским войскам оказалось совершенно не на кого опереться.

Похороны Украины без музычки

[Сашко Билый – как символ конца украинской государственности]

Именно при Януковиче, добившем пророссийские силы и сделавшем ставку на пополнение семейного бюджета, а также материальное обеспечение своих близких и друзей, украинская государственность окончательно исчерпала себя. Запаса прочности осколку сталинской империи хватило ещё на два с небольшим десятилетия имитации государственности. Индустриальная мощь Восточной Украины и аграрные возможности бывшей советской житницы работали не на экономику и укрепление государства, но на обогащение кучки олигархов. Идеология отсутствовала. России же было не до Украины. Зато Запад активно конструировал идеологические, а также исторические химеры, терпеливо дожидаясь, когда на их основе сформируется и подрастёт целое поколение, которое потом можно будет бросить в топку антирусского майдана. Собственно, русофобия, проистекающая из бандеровского псевдоидеологического суррогата, и стала главной движущей силой окончательного сворачивания российского влияния на Украине через отрицание всего русского. Фигура бандеровца – агрессивного, вооружённого, тиранящего собственное население в угоду поддержания политического «украинства» – стала главным архетипом остывающей постсовестской государственности Украины. Отныне только сила, толпа, банды, майдан являются источниками реальной власти на этом диком поле украинского эксперимента.

Своего рода тотемным зверем бандеровского украинства стал «герой» евро-майдана, боевик, бандит и извращенец Сашко Билый (Музычко), прославившийся своими не столь красноречивыми, сколь агрессивными речами, распространяемыми в виде роликов в украинском интернете и сопровождаемыми демонстрацией новых символов власти на пространстве бывшей Украины – автомата Калашникова, пистолета и ножа. Сашко Билый претендовал ни много ни мало на роль нового героя поколения восставшей из ада бандеровщины, хотел стать символом, на который равняется молодёжь не только в Ровно, откуда он был родом, но и в Киеве, где подобный типаж всегда характеризовался ёмким, но точным понятием – «рогуль». Сегодня рогуль – это уже не объект насмешек, но главная политическая фигура, он вооружён и очень опасен.

А потом последовало таинственное убийство Сашко Билого, сразу вскоре после размещения лидеров майдана в правительственном квартале Киева. Оно стало своего рода чёрной меткой для всех, кто пришёл к власти на крови и насилии – вот что будет с каждым майданным узурпатором власти, активистом майдана, бандеровцем, рогулём – сожрут свои же, чтобы потом самим стать топливом нового передела активов умирающей государственности Украины. На пути в Европу, разумеется. До поры до времени майданные власти, конечно, вели себя самоуверенно, суверенно, не обращая внимания на собственное население. Но первая ласточка – Сашко Билый – проложил им дорогу в ад. Остальным оставалось лишь ждать того же самого: расправы, расстрела, ликвидации, «котла», зрады – одним словом, своего часа расплаты.

Наивно было бы полагать, что, уронив власть в самые низы, новые «элиты» будут чувствовать себя в безопасности. С момента майдана власть оказалась не только у тех, кто номинально занимает властные кресла, но и у тех, кто силой берёт её с оружием в руках, вдохновляясь жертвами новых «хероев», которым, как известно, не только «слава», но и пуля. Поэтому на обратном полюсе финального украинского падения прозвучали заявления лидеров «Правого сектора» о том, что они будут мстить за смерть Музычко. Отомстить за смерть Музычко стало делом чести для всего «Правого сектора». Поначалу грозились убить министра внутренних дел Арсена Авакова, которого и обвинили в устранении Сашка. Но, как показало время, кишка оказалась тонка. Аваков ещё много лет занимал свой пост, откуда спокойно ушёл в отставку. Нарушился силовой баланс. «Правый сектор» перестали уважать на майдане, перестали уважать бандеровцы, в результате чего он просто схлопнулся как политическая сила, которая до этого наполнялась кровью «небесной сотни» и представлялась в качестве серьёзной перспективной политической организации, претендующей на реальную власть. «Кровь за кровь» не была отплачена, после чего у них не осталось даже внутреннего согласия.

Сам Музычко, как известно, угрожал не только Авакову, но и прокуратуре. Он шёл на открытый конфликт с новой так называемой «властью» сознательно. И делал это потому, что знал их подлинную цену. Знал, с кем в реальности имеет дело. Ибо для него это были люди, которые ещё недавно стояли с ним плечом к плечу на майдане, призывали к насилию, а значит, по сути, были соучастниками вооружённого мятежа и насильственного захвата власти. Они вместе с ним бросали бутылки, вместе с ним формировали отряды боевиков, жгли «Беркут» и стреляли в его бойцов. Это такие же полевые командиры, как и он сам, то есть такие же, как и он, бандиты. Именно поэтому Билый не воспринимал их как государственную власть, какой она и не является на самом деле, но воспринимал их как своих подельников, как людей, имеющих точно такие же основания на власть, как и он сам. Просто волею случая их вынесло на гребень революционной волны. Он же по какой-то причине, по какой-то совершенной несправедливости, как он