Супер Нос, или Димка идёт по следу - Анастасия А. Лютикова

Тётя Тоня отпила чаю и продолжала задумчиво, как будто смотря вдаль, в прошлое своей семьи.

– Аркаша свой дар достойно принял. Сразу задумался, что ему с ним делать. На биологический факультет поступил, хотел это явление изнутри изучить. Так сказать, со всех сторон. А вот Тимофея дар с толку сбил. Вроде и отец рядом, и брат старший – пример для него какой! А вот выбрал он по жизни кривую дорожку. Нет чтобы людям помогать или учиться – стал в игры азартные играть, ставки делать большие. Он носом карту чуял. Сила ему великая была дана. Может, даже сильнее, чем у старшего брата. А он её так разбазаривал! В общем, доигрался Тимофей, дожульничался. Избили его как-то раз крепко и без памяти лицом в снегу оставили. Он так всю ночь пролежал и нос себе отморозил. С тех пор нюх у него начисто пропал, даже обычный. Словно и не было вовсе. Как же он горевал! По бабкам ходил, по врачам, а те только руками разводили – ничего сделать не могут. Запил Тимоша с горя-то да и сгинул. Рано на тот свет ушёл, совсем молодой. А ведь мог бы столько хорошего сделать, и след после себя добрый оставить.

Тётя Тоня снова вздохнула и посмотрела на Димку, который сидел, открыв рот.

– Что, милок, заговорила я тебя? Напугала семейными историями?

– Да нет, что ты, бабушка, – встрепенулся Димка, – мне очень интересно. Ну а дед-то что?

– Ну, а что дед? Институт окончил, потом работать стал, а кем – толком не говорил. Тогда без трудовой книжки прожить нельзя было. Так по ней он лаборантом числился всю жизнь. Но я всегда знала, что работа его полезная и с нюхом связанная. А больше мне ничего знать не полагалось.

– Бабушка, а родителям мне нужно рассказать о том, что со мной произошло? Или лучше скрывать?

– Тут, Димочка, тебе решать. Родители у тебя хорошие. А маме давно твоей пора глаза открыть. Ладно отец скрывал, а то сын!

Ушёл Димка от тёти Тони под впечатлением.

Тетрадь он на место так и не положил – не представилось возможности. Впрочем, его это даже обрадовало, хоть и было немного стыдно, что он вот так стащил чужую вещь. Но уж очень ему хотелось разобраться в дедовых записях.

«Я ведь не чужой человек, – подумал Димка, оправдываясь перед самим собой, – всё-таки внук родной и наследник. Может, в этой тетради ещё какие-нибудь ответы для меня есть».

Дома Димка снова открыл тетрадь и минут пятнадцать тупо пялился на строчки, пытаясь разгадать шифр. Поняв, что это бесполезно, Димка сунул тетрадь под матрас и лёг спать со словами:

– А, потом разберусь!..

Глава 11

Вперёд, в предгорье!

К субботе погода прояснилась. Выглянуло солнце, и экскурсия обещала быть отличной. К автобусу собрались к восьми утра. Ехать нужно было долго. Автобус, хоть и оказался большой, еле-еле вместил в себя всех ребят. Да ещё их рюкзаки, надувные плюшки, санки, ледянки! Всем хотелось покататься на плоскогорье по свежему снегу.

– Что у вас там набито в ваши рюкзаки? – возмущалась Тамара Михайловна, кутаясь в клетчатый шарф.

– Еда!!! – заорали дети.

– Вы прямо как с голодного края! Мы же не на неделю едем.

Очки у Тамары Михайловны запотели от дыхания, и она всё время пыталась их протереть краем шарфа.

Димка тоже взял с собой чай в термосе, несколько бутербродов с колбасой и сыром и небольшую ледянку. Так её папа называет. Другого варианта у него не было, только разве что санки детские. Так на них он ещё в детском садике катался. Сейчас уже несолидно как-то.

Костик припёр кусок линолеума величиной с дом. Тамара Михайловна даже в автобус его пускать не хотела.

– Ну что ты, Веточкин, куда ты со своей простынёй лезешь? Хочешь ремонт в автобусе сделать?

Ребята кругом рассмеялись, а водитель покачал головой и предложил линолеум свернуть и уложить в багажник.

У Тольки вообще ничего для катания не было.

– Философу не положено кататься с горок, он должен думать, – сказал он. – А если что, то кататься можно и на пятой точке.

Он даже одет был в повседневный пуховик, тогда как почти все ребята были в лыжных куртках и штанах.

К большому Димкиному сожалению, Букин тоже был здесь. Что удивительно, без компании.

«Двоек, наверное, нахватались», – злорадно подумал Димка. Без своих дружков Букин больше был похож на человека.

Зато Ленка Курочкина тоже была здесь. Как всегда красивая, в розовой лыжной куртке, в шапке с огромным помпоном. Помпон её качался в такт шагам, ресницы были лохматые и пушистые. Она даже посмотрела пару раз на Димку и улыбнулась. И настроение у Димки поднялось выше гор.

Тамара Михайловна и ещё одна мамочка из родительского комитета с трудом распихали детей по местам, и они наконец-то тронулись в путь.

Какое-то время весь автобус благоухал ароматами чипсов. Стоял такой хруст, словно это не школьники пятых классов, а куча мышей, грызущих огромный сухарь. Тамара Михайловна тщетно пыталась вразумить голодающих учеников.

– Да вы же только из дома вышли, – причитала она.

– Тамара Михайловна, мы рано встали, не успели позавтракать! Не дайте умереть голодной смертью.

Димка позавтракал прилично, и есть ему не хотелось. Думал было поговорить с друзьями, но Костик и Толька тут же задремали – видимо, сказался ранний подъём. Поэтому Димка просто смотрел в окно, наслаждаясь видом.

И правда, было на что посмотреть. Через каких-то полчаса показались огромные ёлки. Они устремлялись в голубое небо острыми пиками верхушек. Потом началась гористая местность. Дорога петляла, словно белая лента. Было красиво и сказочно, как на рождественской открытке.

Димка часто бывал тут с родителями летом. А вот зимой выехать им было трудно: то работа, то учёба, то машина в ремонте. Он вспомнил, какие летом горы – зелёные и кудрявые, как брокколи. Конечно, летом с горок не покатаешься, зато Димка любил собирать грибы.

– У тебя на них нюх, – говорила мама.

Знала бы она, что теперь у него нюх вообще на всё…

Димка пока ничего не рассказал родителям. Как-то некогда было, да и не готов был ещё. И что в письме было, тоже маме не сказал. А она тактично не спрашивала, а может быть, забыла уже.

«Будет ещё время, – подумал он и снова посмотрел на дорогу. – А вот