Среди индейцев Западной и Северо-Западной Амазонии - Андрей Матусовский

Кемпери у себя в хижине

Как говорят сами ваорани, они больше не воюют с соседями индейцами хибаро – своими бывшими врагами. Теперь вражда в прошлом, как и обычай кровной мести.

Живущий в Бамено мужчина ваорани по имени Пенти занимается общественной деятельностью, представляет интересы ваорани в эквадорском обществе, состоит в Организация народа ваорани эквадорской Амазонии (Organization of the Waorani Nation of the Ecuadorian Amazon – ONHAE).

Рядом с традиционной хижиной Коминты стоит современный, из досок, четырехугольный дом на сваях, в котором живут его дочь с мужем. В один из дней, придя к Коминте, я застаю его за строительством лестницы-крыльца. К диагонально наклоненным доскам он пытается прибить самую первую нижнюю ступеньку, тщетно стараясь установить для нее опорные боковые досочки, требующие для обеспечения постепенного подъема закрепления под строго определенным углом. При этом Коминта никак не может сообразить, как же это можно вообще сделать. Придя к нему на следующий день, я вижу вместо ступенек прямой диагональный настил, выложенный из досок, – Коминта так и не смог осилить постройку лестницы со скошенными ступеньками.

Коминта с сыном

Коминта с сыном пытаются построить лестницу

Сегодня с Коминтой и его сыном Ненгереем, как договаривались накануне, отправились в лес. Оказавшись в лесу с ваорани, сразу же понимаешь, насколько он важен для них: они без особенного труда находят съедобные фрукты и целебные растения. В лесу ваорани проложили тропинки, тянущиеся на многие километры. По этим тропам ходят не только сами индейцы, выслеживая высоко на деревьях птиц и обезьян, на земле видны следы, оставленные различными животными: отпечатки лап ягуаров и броненосцев, копытец мелких оленей, сброшенная змеиная кожа. Коминта с силой выдувает из духовой трубки отравленную стрелу в самую гущу большой пестрой громкой стаи попугаев-ара, беспечно разместившихся на самой верхушке высокого дерева, и, видимо, лишь слегка задевает одного из них. Через лес мы следуем за раненой птицей, перелетающей с дерева на дерево. Под действием яда попугай становится вялым, но никак не падает на землю. Зато у подножия дерева мы неожиданно находим яркую полуистлевшую и уже издающую зловонный запах с отсутствующей головой тушку другой птицы. Коминта говорит, она, очевидно, также была ранена отравленной стрелой, но не упала, как и наша, сразу же на землю, а когда через некоторое время действие смертоносного яда возымело свою силу, охотник, не дождавшись, уже ушел. Уходим и мы.

Коминта высматривает добычу

Выстрел

Черепа съеденных обезьян

Узнав, что через день мы отправляемся в обратную дорогу, Коминта и его жена решают воспользоваться удобным случаем и поехать вместе с нами до самой Коки.

Мифы ваорани

Все этнологи, изучавшие ваорани, отмечают следующий факт: они охотно рассказывают обо всех сторонах своей жизни, но полностью замолкают, когда индейцев пытаются начать расспрашивать об их верованиях и мифологии.

Подобная же ситуация происходит во время моих бесед с Кемпери. Он готов продемонстрировать мне все, что я прошу его показать, но старик просто замолкает, без какой-либо мимики на лице, когда я задаю ему вопрос: «Кемпери, расскажи, какие духи населяют лес?» Дэтейеуэ три раза переводит ему мой вопрос, мы с ним наивно полагаем, что, может быть, Кемпери его просто не понял, – но в ответ стоическая тишина. Нас не просят тут же уйти прочь, покинуть хижину, нет. Он банально молчит при таком вопросе, продолжая преспокойно-отрешенно заниматься своими делами, разрешая нам оставаться и дальше в его доме. Как только возникает другая тема, он тут же вновь радостно вступает в разговор.

За престарелым Кемпери можно записывать и записывать, но мне неудобно целыми днями находиться у старика в хижине, мучить его своими вопросами. Он постоянно чем-то занят – то приготовлением яда оме, имеющим терпкий горький запах, то изготовлением новых стрел. Неудобно досаждать пожилому человеку. Хотя, конечно же, Кемпери живой кладезь народной мудрости, космологии и обычаев ваорани, его бы основательно и хорошенько расспросить обо всем, внимательно и скрупулезно все за ним записывая. К сожалению, если он не успеет передать кому-то из молодых свои знания, очень многое уйдет вместе с ним, мир многое не успеет узнать об быстро уходящей традиционной культуре ваорани.

Когда я попросил Кемпери поделиться со мной какими-либо историями ваорани о солнце, старик ответил, что у ваорани нет историй про солнце, зато у них есть предания про луну, и он начал их рассказывать. Речь Кемпери с ваорани на испанский язык переводит Дэтейеуэ. Очевидно, подросток прилежно старается переводить ответы Кемпери, но, похоже, Дэтейеуэ явно опускает какие-то детали повествования, считая их неинтересными для меня. Вероятно, все излагаемые сюжеты – части какого-то общего большого мифа.

Мифы, рассказанные Кемпери.

Откуда на луне появились пятна.

Два брата имели черную растительную краску для раскраски лица и тела. Как-то они раскрасились ею. Один из братьев сказал, что он в следующую ночь пойдет на небо. А поскольку у него лицо было раскрашено пятнами черной краской, люди с тех пор говорят, когда видят пятна на луне, – это тот брат, который поднялся на небо с черными пятнами на лице. Это мы видим не луну, а его лицо.

Как возникли день и ночь.

Сначала был только день. Все время было светло. Поэтому люди много работали и очень мало спали и отдыхали. Но нашелся один человек, сказавший, что он знает, где находится место, где постоянно длится ночь. Этот мужчина взял лист пальмы и наплакал в него своих слез. Потом он завернул их в этот лист и сказал: «Если кто-то из людей развернет его, тогда сразу же наступит ночь». Но люди ему не поверили, решили, что он врет. Они раскрыли лист с наплаканными мужчиной слезами. И с тех пор на земле существуют день и ночь.

Как только просишь Ауа вспомнить какой-либо миф, он начинает его рассказывать, но почти сразу повествование плавно и незаметно для всех присутствующих переходит в бесконечные истории его жизни: как он охотился, как местные ваорани убили каких-то солдат, которые когда-то очень давно приходили сюда, как он однажды добыл на охоте тапира – тите. Кажется, что Ауа может говорить бесконечно, лишь бы его кто-нибудь слушал. Ему совсем неважно, что он не знает испанского языка и говорит с нами на ваорани, даже когда рядом нет Дэтейеуэ. Вероятно, старику элементарно скучно одному (его жена вместе с группой других ваорани гостит у соплеменников в Коке), и ему очень хочется просто поговорить, выговориться.

Автор книги с Ауа и Миниуа

Позже мне удалось узнать – случай с убийством пришедших к ваорани солдат произошел не в Бамено, а на берегах реки Курарай и, по всей видимости, относился ко времени первых контактов ваорани с внешним миром. Ауа также упоминает – у тагаири, одной из общин, продолжающей вести замкнутый изолированный образ жизни, враждебно встречающей любые попытки вступить с ней в контакт, очень много копий и глиняных горшков.

Мифы, рассказанные Ауа.

Путешествие двух мужчин.

Люди видели, как солнце каждый день проходит к себе домой одной и той же дорогой. Им стало любопытно, почему оно все время проходит одной и той же дорогой, никогда не возвращаясь назад. И нашлись два человека, решивших пойти посмотреть, куда же постоянно каждый день уходит солнце.

Они отправились в путь вслед за солнцем. И на этой дороге индейцы увидели хижину, в которой жил без жены