Магия Пернатого Змея - Джеймс Уиллард Шульц

– Врагов много, отряд всадников! Что будем делать? – спросил я деда, едва добравшись до него.

Он знаком велел мне успокоиться, потом указал пальцем на часть леса справа от нас, дальше от реки. Там, всего в нескольких шагах от нас, начиналась длинная полоса высоких густых зарослей ивы. Оттуда до нас доносился глухой топот копыт – несомненно, лошадиных, потому что мы уже убедились в том, что других животных в роще не было. Он приближался. Это был всадник; мы слышали хлопки ремня, которым он подгонял лошадь. Дед знаками велел Раскрашенным Крыльям и Отаху пойти в верхний конец ивовых зарослей, а мне велел следовать за собой. Мы быстро заползли под нижние ветки, и, когда мы встали там на колени, он прошептал:

– Не стреляй из своего ружья, пока это не будет нужно для спасения наших жизней!

– Хорошо, – ответил я и подумал, что хорошо было бы сказать это и Отаху. Но было уже поздно. Быть может, Раскрашенные Крылья сам велел ему не стрелять. Всадник был уже рядом. Я молился о том, чтобы он остановился с нашей стороны зарослей. Так и случилось – он ненадолго остановился, заметив наших лошадей. Он был высоким и стройным, его длинные волосы были аккуратно заплетены в косы. Его лицо вызвало у меня ассоциацию с орлом – таким гордым и суровым он выглядел. Он носил хорошо сшитые леггинсы и рубашку из оленьей кожи, красиво расшитые мокасины. На боку у него висел колчан и сделанный из шкуры выдры чехол для лука, на коленях он держал ружьё. Он сидел на сильной чёрно-белой пятнистой лошади.

Всё это я увидел одним глазом, пока другим смотрел на деда, который нервно теребил лук с наложенной на него тетивой; его губы были крепко сжаты. Он вскочил, и я с ружьем тоже. Когда мы поднялись, всадник увидел нас и сделал движение, намереваясь поднять ружьё и выстрелить в нас, но прежде, чем он смог развернуться и прицелиться, стрела деде вонзилась ему в бок, прямо в сердце, потому что он свалился с лошади, не издав ни единого стона. Мне стало дурно, когда я смотрел на него – его широко открытые остекленевшие глаза и посеревшее лицо, потому что это был первый убитый, которого я видел. Хоть он был врагом, я все же хотел бы, чтобы этого не произошло.

Дед привел меня в чувство.

– Быстро! Возьми его лошадь, позови наших, – приказал он.

Я издал крик совы и пошёл к коню, схватив его за узду, пока он топтался рядом с тропинкой, по которой пришёл. Когда я привёл его к деду, который собрал оружие убитого, остальные уже были рядом.

– Ха! Зачем тебе это? – спросил Раскрашенные Крылья. – Разве непонятно, что нам конец?

– Мне это неизвестно! – ответил дед. – Я знаю, что сделал глупость, позволив вам настоять на своём, когда предлагал вернуться вниз по долине. Но теперь, когда вы втянули нас в эти неприятности, я вижу только одну возможность из неё выпутаться. Поторопимся! Помогите мне спрятать тело, а потом садитесь в сёдла!

Мы перенесли убитого в самую густую часть зарослей, сели в сёдла, и, ведя в поводу вьючных лошадей и захваченного коня, последовали за дедом в рощу. Скоро он привёл нас к покрытому большими камнями склону, мы спустились по нему в реку, а потом прошли вниз по её течению к большой роще, росшей неподалеку. Река сворачивала на запад, ее берега становились высокими. Я увидел, что, если мы сможем добраться до рощи незамеченными, у нас появится шанс сохранить скальпы. Рассвет только что настал: скорее всего, враги сидят вокруг костров, жарят мясо и завтракают. Пройдет некоторое время, прежде чем они начнут беспокоиться о своем пропавшем товарище, и еще больше, пока они обыщут рощу в его поисках. Да, у нас действительно был шанс избежать неприятности, в которую мы попали этой ночью. Я посмотрел на деда, который подгонял лошадь, идущую по мелкой воде. Он сидел в седле, выпрямившись, то и дело оглядываясь назад и на берега реки. Похоже, что он сбросил груз сорока зим и снова был молодым. Моё сердце возрадовалось. Я уже готов был поверить в то, что мы сможем спастись.

Наконец мы поднялись по каменистому берегу к роще, совершенно уверенные в том, что враг нас не заметил. Углубившись в заросли, мы рассыпались и поторопились проскочить через рощу, а потом еще быстрее проскакать по равнине до следующей рощи, а потом скакали от одной роще к другой, по участкам, поросшим шалфеем, и ни один всадник не появился на нашем пути. Наконец, когда Солнце было уже высоко, дед решил остановиться в роще, которая заканчивалась у подножия возвышенности, и сказал, что там мы должны будем отдохнуть некоторое время, и заодно посмотреть, не преследуют ли нас враги. Мы привязали лошадей у подножия возвышенности и не торопясь поднялись на нее – нас защищали заросли ирги, которыми был покрыт ее крутой склон. Сверху, укрывшись в кустах, мы осмотрели долину, но ничего не увидели на половину длины пройденного нами пути, кроме большого стада, которое мы обогнули. Врагов видно не было, ни одного, но мы увидели кое-что, что обрадовало наши сердца: на полпути между нами и излучиной реки стадо бизонов, растянувшееся в линию, спускалось в долину с запада, а другое с востока. Пока они вели себя спокойно, мы могли быть уверенными в том, что враги не идут по нашему следу.

– Ха! Мы избежали опасности, к которой сами пришли! А теперь, друг мой, разве не рад ты тому, что мы не последовали твоему совету и не свернули прошлой ночью вниз по долине? – спросил деда Раскрашенные Крылья.

– Да. Отчего же мне не радоваться? Я посчитал ещё один ку, получил хорошее ружьё, порох и пули, нож, лук и колчан со стрелами, – ответил он.

– Ах, ха! И ты веришь, что твоя Гром-Птица заставляла тебя повернуть назад? Что в тот раз ты ошибся?

– Не так! Не так! – воскликнул дед. – Моя магия велела мне повернуть, но потом все вы настояли на своём, и мы попали в переделку, и как мы из нее выбрались? Благодаря моей магии. Она дала мне силу, я смог понять, что нам делать – убить этого воина и вывести вас безопасным путем!

– Да, ты прав. Беру назад свои слова. Да, друг мой, твоя