Ужас, новый директор школы – вампир! - Анна Барнс

всегда полагаюсь на нос и уши. – Проворно забравшись на кучку земли, он повернулся в сторону дерева и прислушался. – Чу! Повсюду странные тени!

– Где? – я посмотрела вверх, но ничего не увидела. Зато краем глаза заметила Ланселота, крадущегося в траве. – Только не пугайтесь, сюда идёт мой кот, – предупредила я крота.

Увы, слишком поздно. Эдди юркнул в норку.

– Мадемуазель Мирелла, – промурчал Ланселот. – Разве мы не договорились, что ты не будешь летать по округе без меня?

– Да, только с тобой и Маноло. Но никого из вас рядом не оказалось, – попыталась оправдаться я.

– Как мне стало известно, твой летающий приятель сидит под домашним арестом. А я совершал обход окрестностей, – кот приблизился ко мне и уставился на норку. – Там прячется маленькая землеройка? Они очень вкусные!

– Эй! – строго осадила я Ланселота. – Ты отлично знаешь, что это крот. И ты обещал больше не есть мышей и других животных.

– La vie est dure, – пропел Ланселот и вздохнул. – Жизнь тяжела. Разумеется, я сдержу слово. Это дело чести. Недаром же меня зовут Ланселот, – он гордо поднял голову. – Сэр Ланселот, ты и сама знаешь.

– Да, – я рассмеялась, потому что много лет назад, когда мама принесла кота домой, я назвала его Пеппином.

– Возможно тебе стоит объяснить кроту, что я не угроза, – посоветовал кот.

Тем временем неподалёку появилась новая горка земли. Ланселот её тоже заметил.

– И донеси до него, что у него будут проблемы с хозяевами дома, если он перекопает весь газон в саду.

– Так и сделаю. Не уходи пока.

Вжух! Превратившись в летучую мышь, я подлетела к Эдди, настороженно выглянувшему из насыпи.

– Мой кот тебя не тронет, – заверила я. – Правда. А вот мама разозлится, если ты выкопаешь ещё норки. Пожалуйста, можешь построить ловушки для червей в другом месте?

– Конечно-конечно, – согласился Эдди. – Так и сделаю. Я лишь хотел поблагодарить тебя, Мирелла, человеческое дитя и летучая мышь. Однако от кота мне лучше держаться подальше. Не доверяю я ему. И теням, которые здесь кружат, тоже.

– О каких тенях ты говоришь?

Я ещё раз осмотрелась и не обнаружила никого, кроме Ланселота. Эдди не ответил. Он уже исчез под землёй.

* * *

Я впорхнула в спальню. Ланселот последовал за мной.

Прежде чем принять человеческий облик, я села на подоконник и окинула сад взглядом. В траве мелькнула пушистая зверюшка. На яблоне хрипло застрекотала сорока. Странное ощущение. Будто за мной следят.

– Ты видел снаружи какие-нибудь тени, Ланселот? – поинтересовалась я.

– Имеешь в виду ту старую чёрно-белую птицу на дереве? – Ланселот пристроился рядом со мной.

Значит, я не ошиблась.

– Сорока?

– Да, птица уже давно там сидит. Она безобидна. Наверное, устала, – Ланселот зафыркал. – Или примеряется к твоим сокровищам, chérie. Знаешь ли, сороки – воровки. Им нравятся блестяшки.

– Тогда лучше следи за своим ошейником, – поддразнила я Ланселота. – Зелёный камень ей точно понравится.

Ланселот запрыгнул на кровать.

– Я кот, – заявил он, гордо вздёрнув голову. – Птицы боятся меня.

Я плюхнулась рядом и превратилась в девочку.

– Как хорошо, что у меня такой отважный защитник!

– Который, к слову, был бы рад, если бы его погладили, – Ланселот потянулся. – Не уделишь мне минуточку? За правым ухом есть одно местечко…

– Без проблем!

Ланселот – мой зверь-защитник. Он присматривает за мной. Но в то же время он обычный кот.

– А почему Маноло под арестом? – вспомнила я снова о лучшем друге.

– Без понятия. Мне об этом рассказала госпожа Галка, но причину не раскрыла. Сама знаешь, какая она скрытная.

– Она – защитница Маноло. Как ты – мой. Ты ведь тоже не станешь обо мне сплетничать, – возразила я. – Или?..

– Ты права. Об этом я не подумал, – Ланселот замурлыкал. – Почешешь и за другим ушком? Да-да, вот тут…

Рука у меня почти отваливалась, когда Ланселот наконец сказал:

– Merci beaucoup, спасибо большое. А теперь пора спать, маленький ночной призрак.

– Вампир! – поправила я.

Вампир, который спасает животных. Ну разве не суперкруто?

Глава 2. Опять эта вонючая гадость

Я проснулась посреди ночи из-за зубной боли. Снова! Осторожно проведя языком по десне, я вздохнула.

– Что случилось? – Ланселот, свернувшийся в изножье кровати, заспанно заморгал. – Всё в порядке, мадемуазель Мирелла?

– Зуб болит.

– Твой вампирский клык?

– Нет, в другом месте. Справа сверху.

Прошествовав по постели, Ланселот приблизился к моему лицу.

– Покажи-ка.

Я открыла рот.

– Mon dieu! Боже! – пробормотал кот. – Не хочу сгущать краски… – Он провёл лапкой по усам. – Но если хочешь знать моё мнение…

– Что? – сев, я строго посмотрела на него. – Хватит водить меня за нос. Скажи уже!

Кот продолжал играть усами.

– Порой человеческий язык изумляет, маленькая мадемуазель, – он покачал головой. – Водить за нос… Это какая-то поговорка?

– Ну же, Ланселот! – рассердилась я.

– Ладно, – вернувшись в конец кровати, Ланселот свернулся калачиком. – Кажется, у тебя проклёвывается второй вампирский клык. Десна у молочного зуба покраснела.

– Второй вампирский клык вырастает в двенадцать лет. А мне всего десять, я слишком маленькая.

– Как знаешь, – ответил Ланселот.

И всё же, вдруг он прав? Первый клык у меня тоже вылез раньше времени.

– Пойдёшь со мной в ванную?

– Разве ты не перестала бояться темноты, узнав, что вампир? Ты ведь летаешь снаружи совсем одна, ещё и по ночам.

Странное дело: превращаясь в летучую мышь, я совсем не боюсь. Но в облике обычной девочки мне не по себе, когда дома темно и тихо.

– А я думала, что зверь-защитник всегда за мной присмотрит. Даже если он устал и ленится, – парировала я.

– Tu as gagné, твоя взяла. Я с тобой, – сдался Ланселот. Этот воображала пробормотал себе под нос ещё несколько фраз на французском, которые я не поняла. Иногда Ланселот жуткий зануда. Но я знаю: если что-нибудь случится, он всегда к моим услугам.

– Зачем мы здесь, мадемуазель Мирелла? – уточнил Ланселот, неспешно зайдя за мной в ванную.

– Чтобы посмотреть, – ответила я.

Включив свет и встав перед зеркалом, я широко открыла рот и приподняла верхнюю губу.

Сперва я полюбовалась на вампирский клык. Такой красивый! Никогда не устану им восхищаться. Идеальный, белоснежный и острый.

Затем я перевела взгляд на молочный клык справа. Десна правда покраснела и отекла. Я осторожно потрогала зуб большим и указательным пальцем.

– Шатается!

– C’est correct, верно, – подтвердил Ланселот. – Твой второй вампирский клык на подходе.

– Нет, не так быстро. Сперва должен выпасть старый, – я пошатала зуб ещё раз, сильнее – и совершенно неожиданно он выпал, оставшись у меня на ладони. Совсем без боли. – Упс!

Ланселот зафыркал. Нет, кот не заболел: он так