Магия Пэри против правил! - Фабьенна Бланшю

– И что на этот раз стряслось? – вздохнув, спросил Дедус.

– Всё из-за бала. И обычая запугивать до смерти Тленнника. Это совсем не круто!

– Ты же знаешь, мы должны мстить…

– …за ведьм, сожжённых на костре, знаю, – перебила его Пэри. – Но, Дедус, целые века прошли, пора забыть. Теперь Тленники отмечают Хэллоуин, наряжаются в колдунов, мумии, зомби и привидения. Другой мир почитает нас, хотя сами люди об этом не догадываются.

– Ты приводила эти аргументы? – спросил дедушка.

– Мама даже слушать меня не стала.

– Попробуй раз поймёт она ещё…

Связь снова стала плохой и в итоге прервалась. Тогда Пэри поднялась и достала ключ – он хранился в специальном кармашке, в полях остроконечной шляпы на памятнике. Дошла до склепа, который располагался неподалёку, открыла дверь и зашла «к себе». Как и каждая Верховная – ею становилась самая старшая девочка в семье, – Пэри получила склеп в качестве подарка на своё столетие[5]. Здесь, в смертельно вдохновляющей тишине ей думалось лучше всего.

Когда-нибудь, когда у неё будут такие же чёрные волосы, как и у Бабигейл, Пэри станет главной Верховной колдуньей, покровительницей своего народа. А пока Пэри уверена: надо встряхнуть стеклянки, приготовить всех к переменам, вытащить их из закостенения прошлых веков.

У Тленников есть чему поучиться, Другой мир не так плох, как кажется. Но каждый раз, как только Пэри начинает разговор об этом, Бабигейл чешет одиннадцатым пальцем коленку, пропуская всё мимо ушей, а Энора тут же заводится. Их послушать, так жизнь колдуньи – сплошная древность и под современный уклад не надо подстраиваться.

Только тётушка Бет понимала Пэри: она интересовалась тем, что происходит за пределами Ужассии, и рассказывала всё, что знала о мире Тленников.

Глава 4

Нежданный гость

Пэри улеглась на разноцветные подушки – подарок тётушки Бет. Глядя в потолок, она гоняла в голове мысли: идти на бал или не идти? Послушаться или встать в позу?

– Козлиная борода! – выругалась Пэри. – Должен же быть выход!

Вдруг у входа в склеп послышался шум. Сигнализация-сова не сработала, значит, вошёл кто-то, кому разрешено находиться на ЕЁ территории. Она пускает к себе только троих: ворона Фэрроу, дворецкого замка Скелета и, конечно же, тётушку Бет – она-то и помогла Пэри украсить склеп.

По стуку косточек Пэри угадала, что это Скелет.

– Добрый день, мисс Пэри. Могу войти?

Вежливый и всегда с хорошими манерами, Скелет никогда не переступит порог личного склепа и не поставит на пол свою пяточную кость без разрешения.

– Конечно, Скелет, – Пэри встала, чтобы его поприветствовать. – Ты же знаешь: я всегда тебе рада. – Она крепко обняла его тоненькие кости.

– Благодарю, мисс Пэри. – Вместо смеха он заклацал челюстью. – Ваши волосы, мисс Пэри, мне щекотно.

Юная колдунья, широко улыбаясь, разжала объятья. Она достала две волшебные палочки, которыми когда-то колдовали, и заколола ими волосы. Затем предложила дворецкому сесть, но тот, как всегда, отказался от мягкой подушки, обитой паучьим шёлком. Вместо этого он достал свой коврик для йоги, который всегда хранил здесь, расстелил его на полу и сел в позе лотоса.

Здоровый образ жизни для Скелета превыше всего! Он ничего не ест, много ходит и медитирует. Любит вести долгие беседы с Пэри – она росла у него на глазах.

– Стены в замке не такие уж и толстые, – начал он.

– Говори прямо, Скелет, – попросила Пэри. – К чему подбирать слова? Да и ты прекрасно знаешь, что толщина стен больше метра…

– Позволь мне остаться тактичным, – возразил дворецкий.

Пэри ему улыбнулась.

– Знаю, ты не любишь, когда мы с мамой ругаемся.

– Всегда считал ярость плохим советчиком. И это правда: мне очень больно и неприятно слушать ваши ссоры.

– Она всё время командует! Навязывает мне свой выбор, заставляет жить по правилам Ужассии! Будто по уставу прописанному… – надулась Пэри.

– В вашей семье все женщины с характером: Верховная, ваша мама, тётя, ну и, конечно, вы…

– Мама будто повёрнута на древних правилах. Она заставляет меня делать никому не нужные вещи: летать на метле, зазубривать вековые заклятия, готовить варево по разваливающейся книге… Хватит, мне надоело!

Глава 5

Откровения Скелета

Дворецкий встал в позу дерева. Значит, сейчас будет с безмятежным видом раздавать советы. Пэри хорошо его знала. Она легла рядом на живот, подперев голову руками.

– Мисс Пэри, вам надо бы разбавить яд водой. Вы предложили ей какой-то свой вариант, от я до а?

Пэри пришлось признать, что нет.

– Не всё завязано на традициях. Станете взрослой – поймёте.

– Но этот бал… Он уже не нужен! – вспылила Пэри.

Скелет принял позу собака мордой вниз.

– Хотите знать, как я здесь оказался? – спросил он.

Пэри закивала. А она-то думала, Скелет всегда тут был, как Бабигейл, как мама, тётушка Бет и вообще все жители Ужассии.

– Когда-то я был Тленником.

От удивления у Пэри рот открылся так широко, что в него бы даже летучая мышь залетела.

– Когда Бабигейл была в вашем возрасте, в Ужассии устроили бал. Это были времена мести. Кровавой мести. Человека, или Тленника, как их тут называют, запугивали до смерти. Не знаю, почему выбор пал на меня. Меня похитили вечером 30 апреля. Я как раз вышел из дома, держа в руках книгу одного миссионера о йоге. Я был в отчаянии – меня бросила невеста прямо перед свадьбой. Она разбила мне сердце!

Теперь Пэри широко открыла глаза, они стали как два блюдца.

– Мне надели мешок на голову и бросили будто в стиральную машину – меня так и крутило из стороны в сторону. Потом я очнулся и увидел, что окружён, как мне казалось на тот момент, гадкими, неприятными людьми. Все жители Ужассии были в праздничных нарядах. Ну, вы понимаете: в мантиях, остроконечных шляпах, с книгами заклинаний, котелками, пауками, крысами. Они что-то твердили, но что – я не понимал. Повсюду факелы, костры… Со всех сторон когтистые руки, лица с бородавками и крючковатыми носами. Моё сердце не выдержало этого мрака, и тем же вечером я умер.

Пэри закрыла рот руками.

– Ваша бабушка не позволила меня похоронить на аллее Тленников. Её мать Корделия, ваша прабабушка, придерживала меня на коленях, а Бабигейл вернула меня к жизни, прочитав заклятие: