Развод со злым ёкаем - Кира Иствуд

Демон явился к нам в одной лишь тёмной накидке, закреплённой на бёдрах. Огромное мощное тело. Сильные мышцы рельефно проступали под кожей. У ног ёкая кружились вихри тьмы. Длинный хвост с раздвоенными острыми кончиками, напоминающими лезвия, лениво рассекал воздух. На шее монстра сиял иссиня-белый обод… но ещё ярче светились золотые глаза ёкая.

Монстр был человекоподобен… но ничего человеческого в нём не было! От существа исходили волны сотрясающей душу мрачной ледяной энергии.

Аура ужаса обрушилась на меня. Я не могла дышать. Не могла даже моргать! Давление было настолько явственным, что казалось, сейчас хрустнут кости! Сквозь вуаль я смотрела как на поляну ступает смерть… и не только моя!

Длинные черные волосы ёкая струились в воздухе, не подчиняясь притяжению земли. Глаза — золотые и холодные, как зимнее солнце, скользнули взглядом по дрожащим жрецам. Тот что в красном заголосил:

— Господин! Мы ждали вас! Наше желание вы знаете, оно…

— Слишком много болтаешь, червь, — холодно произнес Ваалморт-ас. Его голос звучал тихо… но сотряс моё тело как гром. Пронзил тысячами иголок. А когда взгляд монстра оказался направилен на меня, я порадовалась, что моё лицо полностью скрыто за вуалью.

— Господин… моя просьба… — лебезил тем временем жрец.

— Твои жалкие желания мне уже известны, смертный. Сначала покажи мне ту, что сегодня станет моей женой. И молись, чтобы блюдо пришлось мне по вкусу.

Последнюю фразу ёкай произнес с хищной усмешкой, обнажив клыки. Заострённые, длинные — такие могут быть у зверя, но не у человека.

— Она вам понравится, господин! Нетронутый цветок! И в ней есть искра магии, как вы и приказывали. Сейчас-сейчас мы вам её предоставим!

Двое жрецов в белом, не поднимая головы, поползли ко мне на коленях. Их дрожащие от страха руки схватили меня за плечи и грубо стащили с паланкина. От слабости я рухнула коленями на холодную землю. Жрецы уж было собрались тащить меня дальше, но тут раздался щелчок.

Те, кто держал меня — замерли. И вдруг — отшатнулись, закричали — пронзительно, жутко. Их тела окутали тени — оплели жгутами, сжались, с хрустом ломая кости, а затем поглотили жрецов с головой…

В следующий миг на землю рядом со мной упали две груды обглоданных костей, от которых еще шел пар.

Ужас лишил меня голоса.

Лишь сдавленный, хриплый вскрик вырвался из моей груди.

Я дернулась, пытаясь отползти.

— Господин! — пронесся вопль ужаса среди оставшихся жрецов. Дрожа и всхлипывая, они вжались лицами в грязь.

И только Ваалморт-ас оставался спокойным.

— Ничтожные смертные грубо обращались с тем, что принадлежит мне, — скучающе произнес он, — никто не смеет прикасаться к моей жертвенной невесте своими грязными руками.

— Они виноваты, господин! Они получили справедливое наказание! — тут же подобострастно затараторил алый жрец.

Я же зажмурилась. Так и замерев на коленях в нескольких шагах от ёкая из Бездны, хватала ртом воздух. Крики умерших продолжали отдаваться эхом в моём разуме. А потом… я ощутила шестым чувством — Ваалморт-ас направился ко мне. Словно это приближалась сама смерть текучими хищными шагами.

Когда я открыла глаза — монстр уже стоял рядом, закрыв своей фигурой от меня небо, скрыв даже тусклый свет звезд.

Его чёрный хвост изогнулся волной. Раздвоенные кончики приблизились к моему лицу и резко с металлическим лязгом сложились вместе. Откуда-то я знала, что этими лезвиями можно резать даже сталь. Один мой неловкий жест — и демон отсечет мне голову!

Но тут хвост сместился. Миг! И он одним точным движением срезал мою вуаль.

Теперь не осталось никакой защиты. Моё лицо открыто…

Хвост коснулся моего подбородка, заставляя меня поднять голову. Сила, исходящая от этого жеста, была невыносимой. Меня бросило в холод, во рту пересохло.

— Посмотри же на меня, невеста, — приказал монстр. Почти ласково.Почти…

Мне ничего не оставалось, кроме как поднять взгляд.

Посмотреть в лицо своему року.

Он был чудовищно прекрасен.Эта мысль, неуместная и кощунственная, обожгла изнутри. Но она была правдива. Я видела над собой лицо с острыми, аристократичными чертами, бледное, как лунный свет. Длинные черные волосы обрамляли его, создавая контраст с золотом глаз, в которых не было ни капли человеческого тепла. Только голод и холодная, расчетливая жестокость.

Ёкай смотрел на меня, как на вещь. Как на блюдо, которое ему подали. Его взгляд скользнул по лицу, задержался на губах, спустился к шее, туда, где бился мой пульс.

Кончик хвоста медленно провел по моей щеке, оставляя ледяной след. Я чувствовала, как вибрирует эта смертоносная конечность рядом с моей кожей. Небрежным жестом монстр повелел мне подняться с колен. Тело, к моему вящему ужасу, подчинилось его воле.

Я поднялась.

— Дрожишь… — оскалился Ваалморт-ас, чуть наклонившись, — так не терпится стать моей женой?

“Жена” звучало как “закуска”.

— Никогда бы не подумал, что женюсь на человечке. Ничего нелепее нельзя вообразить.

А у меня не было воли ответить. Её отняли. Я едва не падала от слабости и ужаса.

— Вам нравится, господин? – пролепетал жрец.

— Посмотрим, какая она будет на вкус, — монстр выпрямился, и тени вокруг него зашевелились с новой силой. Он протянул свою руку в сторону алого жреца. Широкую ладонь с длинными пальцами, увенчанными острыми когтями. — Начинай обряд. Сегодня у меня появится жена. Пусть и не надолго.

Жрец суетливо приблизился и, не прекращая подобострастно кланяться, дрожащими руками вложил в ладонь ёкая два свадебных браслета с крупными рубинами. Они тускло блеснули в свете луны.

Я стояла как статуя. Словно меня вморозили в землю.

Повинуясь жесту монстра, алый жрец, заикаясь и глотая окончания, начал скорее зачитывать текст. Я слышала слова как в тумане. «Соединение крови», «нерушимая связь», «супружеская верность и вечная любовь». Обычные слова свадебного ритуала сейчас звучали как издевательство.

Не такую свадьбу я хотела!

Не о таком мечтала!

Горячая слеза потекла по моей щеке.

В мыслях возникли лица матери и сестры. Они будут искать меня… Ждать, молиться… а я останусь просто костями на этой проклятой поляне.

Нет! Несправедливо!

Изо всех сил я вновь постаралась раскачать свою магию.

Отчётливо представила, как искра, что живет у меня в груди, разгорается, заполняет вены жидким огнем, приливает к рукам и ногам. Так мне объясняли раньше… Пусть это никогда не работало, но говорят, что в смертельной опасности магия просыпается. Что способна к невозможному! Что она — последний крик души перед гибелью. Я