На носу Средневековья. Книги, пуговицы и другие символы эпохи, изменившей мир - Кьяра Фругони

прыгая); если мне позволят вставить шутку в это серьезное описание, река освобождает их от гнета всех их грехов <…>. Действительно, сколько бы спин лошадей и людских рук сломала тяжесть шерстепрядильного труда! Река же избавляет от этого бремени и дарует благодать; более того, как бы мы смогли одеться и утолить голод без реки? Река все отдает в общее пользование и за свою работу, исполненную под палящим солнцем, не требует другого вознаграждения, кроме позволения катить дальше свои воды, управившись со всеми делами с заботой и усердием.

Когда затем река своей энергией заставляет быстро вращаться все колеса, образуя пену, кажется, будто она перемолола сама себя и устала. Затем она входит в дубильню, где посвящает свои заботы и работу подготовке нужного материала для обуви монахов; потом она разделяется на множество маленьких потоков и по ходу своего прерывистого течения проходит сквозь различные отделы, пробираясь туда, где ее услуги необходимы для разных целей: для приготовления еды, вращения зубчатых колес, дробления, орошения, мытья, перемалывания, размягчения, всегда охотно предлагая свои услуги; наконец, чтобы полностью заслужить благодарность и не оставлять ничего незавершенного, уносит с собой отходы и оставляет все чистым[210].

Давильный пресс, лесопилки, сукновальные машины, мельницы для бумаги и муки оживляли окраины городов XIII и XIV веков, тех, которым повезло стоять рядом с потоком воды. Водяные мельницы были известны и римлянам, но они не использовали их не только потому, что рабский труд делал бесполезным обращение к альтернативным формам энергии, но прежде всего потому, что античный менталитет презирал ручной труд как рабский; поэтому им никогда не приходило в голову применить на практике свои изобретения[211]. Например, греки открыли силу пара (наши первые поезда двигались именно за счет паровоза), но использовали его только для игр, чтобы удивить людей. В Средние века, наоборот, изменившиеся культурные и исторические условия (хотя и медленно, например, художественное изделие стало оцениваться как гениальное произведение, а не только как продукт простого ручного труда) позволили полностью понять полезность и широкий спектр использования мельницы. Там, где было ветрено, воду заменяли воздухом в качестве движущей силы: начиная с XII века появились первые. Ветряные мельницы, центральный корпус которых вращался в соответствии с направлением ветра, что и сегодня делает голландские пейзажи столь живописными, хотя большие лопасти теперь вращаются только на радость туристам.

Питер Брейгель Старший. Ветряная мельница на фрагменте картины «Путь на Голгофу», 1564. Вена, Музей истории искусств

5

Чтобы воевать

С копьем наперевес

Мельницы, которые для их владельцев представляли важный экономический ресурс, именно по этой причине и становились источником бесконечных споров, например из-за арендной платы, которая не всегда выплачивалась деньгами. Из документа 1249 года, хранящегося в Государственном архиве Сиены, мы узнаем, что некий Пьетро Инджилезе более десяти лет владел шестой частью мельницы аббатства Сан-Сальваторе на горе Амиата, не платив соответствующей платы «в две лошадиные подковы»[212].

В течение всех Средних веков железо оставалось ценнейшим металлом, не случайно лопата или сошник плуга обычно были деревянными и только кончик был окован железом.

Знаменитый фрагмент описывает отчаяние короля Дезидерия и лангобардов, осажденных в Павии в 773 году, когда они внезапно увидели «поля, ощетинившиеся железом» (segetem campis inhorrescere ferream) войска Карла Великого:

И тогда они увидели железного Карла, в железном шлеме, в железных рукавах, железном нагруднике, железной броне, защищавшей плечи, в левой руке которого высоко поднятое железное копье, а правая протянута к непобедимому мечу. Внешняя часть бедра, которую обычно оставляют без лат, чтобы легче было садиться на коня, у него была защищена железной пластиной. Щит был полностью железным. Даже его конь сверкал как железо. И все те, кто шли перед ним, по бокам или за ним, в меру своих возможностей подражали этому виду. Железо наполняло поля и равнины. Лучи солнца отражались в железных рядах. Народ преклонялся перед холодным железом в еще более холодном ужасе; горожане вопили в замешательстве: «Железо! Горе нам!»[213]

Человек, вооруженный мечом и копьем, крепко держащийся в стременах, неуязвим против пешего противника, потому что обладает силой несокрушимого удара, ведь благодаря стременам он составлял единое целое со своей лошадью. Это важнейшее техническое изобретение родом с Востока, которое в корне изменило систему ведения боя, поскольку основным элементом стала конница, распространилось как раз во времена Карла Великого. Стремена, неизвестные римлянам (именно поэтому применение конницы во время войны было ограничено), использовались аварами: столкновение со степным народом способствовало их распространению сначала внутри Византийской империи, а потом на Западе[214]. В классической латыни equus, термин для обозначения лошади, в раннее Средневековье был вытеснен словом caballus. В указе лангобардского короля Ротари от 643 года много места посвящено caballus, где предусмотрено подробное перечисление в том числе и упряжи: для кочевых народов конь – действительно очень ценный элемент[215].

На знаменитом золотом и серебряном алтаре Сант-Амброджо в Милане, заказанном великому Вольвинио Ангильбертом II, епископом города с 824 по 859 год, святой Амвросий дважды изображен на коне, его ноги крепко держатся в стременах, сначала имперским префектом в Эмилии и Лигурии, затем при побеге из Милана, когда он пытался избежать народного призыва, пожелавшего его на должность епископа, но был возвращен божественной рукой[216]. На первой из двух сцен художник также тщательно изобразил шпоры.

Дальнейший прогресс значительно повлиял на процесс использования лошади и сделал ее более крепкой: копыта стали защищать железом, непосредственно прибитым к плотному роговому слою. С XI века животных начали подковывать железом, чтобы они могли свободно передвигаться по неровной и пересеченной местности. Вспомним, что Ричард I в преддверии Крестового похода попросил выковать 50 000 подков![217]

Как мы уже видели, Карл Великий нес «в левой руке высоко поднятое железное копье», готовый метнуть его как дротик. Именно норманны в XI веке освоили новую технику. Они держали копье плотно прижатым согнутой рукой к телу под мышкой, чтобы оружие было неподвижным, и шли в лобовую атаку, сполна пользуясь как устойчивостью на лошади благодаря стременам, так и ударным зарядом, который они набирали во время галопа. В последующие века появились новые улучшения: наконечник копья был установлен в «упоре» – железная деталь, приложенная к правой части нагрудника кирасы. Итак, они отправлялись «с копьем наперевес», «пришпоренные» и на «подкованных» конях; оставалось не «терять самообладания»[218]. Кажется, и сегодня мы пользуемся подобными фразами.

Цветные знамена

Воины противостояли друг другу среди развевающихся знамен, украшенных символическими фигурами. Флаг родился из необходимости распознать с некоторого расстояния различные группы войск и показать тем,