Книгоед - Владимир Константинович Пузий

уже в сопровождении новых соплеменников. Среди прочих выделялся один, носивший на голове венец, усыпанный драгоценными камнями. Одет человечек был в светло-зеленую мантию, подбитую мышиным мехом, с длинным шлейфом, который несли двадцать маленьких пажей в пунцовых платьях. Когда король скакал, они находились по обе стороны от него и каждый одной рукой держал краешек монаршего платья.

«Какая глупость и напыщенность», — подумал Эмка.

Сойдя со «скакуна», человечек с венцом бесстрашно приблизился к коту и его пленнику.

— В чем дело? — спросил прибывший. — Почему ты угрожаешь жизни моего подданного, Молниеносный? Тебе ведь отлично известно, как мало нас и как мы дорожим каждым представителем подземного народа.

— Известно, — оскалился Аполлон. — Именно поэтому я сделал то, что сделал. Но теперь я хочу узнать кое-что, король… Ты ведь король, не так ли? — И кот вопросительно посмотрел в тот угол, где, до сих пор не замеченные, прятались курица-Алеша и Эмка.

При последних словах Аполлона птица выскочила в коридор и яростно клюнула двадцатого пажа, самого маленького и невзрачного. А в следующее мгновение кот уже оставил пленника и теперь сбил с ног указанного Алешей карлика.

— Что ты творишь?! — возмутился человечек с венцом. — Как смеешь ты нападать на моих пажей?

— Прости, парень, — удовлетворенно мурлыкнул кот. — Я просто хотел проверить кое-что — и проверил. Мне ведь отлично известно, что настоящий король никогда не надевает королевскую мантию — он всегда остается в тени, заботясь о собственной участи. Только вы, карлики, знаете о том, кто же из вас на самом деле повелитель, а кто — подставная пешка. Вот Алеша, — Аполлон указал на курицу, — и помог мне разобраться. А тебя я знаю — ты слишком приметен из-за запаха кротов и землероек, которым ты весь пропитался. Ступай в зверинец короля, где ты и работаешь, — и оставь дела государственные решать королю. А мы уж с ним побеседуем по душам. — И кот хищно облизнулся.

Паж-король испуганно дернул ручонками:

— Чего ты хочешь, чудовище?! Неужели ты решил осиротить мой народ? Или…

— Помолчи, — мяукнул Аполлон. — Я желаю, чтобы хоть раз в жизни ты сделал полезное и доброе дело. Если не станешь хитрить, я отпущу тебя и велю крысам не трогать твоих подчиненных. Если нет… — И кот на миллиметр выпустил когти, но и этого хватило, чтобы карлик задрожал сильнее. — Выбирай, о великий! — насмешливо подытожил зверь.

— Говори! — вздохнул человечек.

— Эммануил, выйди к нам, — велел кот. — Необходимо, чтобы к утру все книги, в которых этот молодой человек рисовал фломастером или ручкой, обрели первозданный вид — посторонние художества должны быть полностью устранены. С вами отправится несколько крыс, дабы проследить и подтвердить, что задание выполнено.

— Вы слышали? — обратился король к своим подчиненным. — Ступайте же и не мешкайте!

Несколько человечков в сопровождении крыс отделились и исчезли в одном из коридорных проходов.

— А мы подождем, — мурлыкнул Аполлон, устраиваясь поудобнее. — До утра не так уж долго осталось.

Он закрыл глаза и даже, как показалось Эмке, задремал, — но стоило только одному из карликов подойти к коту слишком близко, как пушистый хвост тотчас сбил его с ног.

— Поосторожнее, — проворчал Аполлон. И крысы переступили с лапы на лапу, хищно поглядывая на человечков.

Прошел ли час или целая ночь — Эмка не знал. Он уже начал клевать носом, когда явились первые крысы из тех, что уходили проследить за работой карликов.

— Задание выполнено!

— Отлично! — зевнул кот. — Давно пора. — Он поднялся и отпустил короля.

И вдруг раздался страшный гул, стены и пол с потолком задрожали — и из щелей, из-за поворотов, откуда только можно посыпались карлики. Их было столько, что Эмка в первые мгновения опешил — а потом стало слишком поздно. Аполлона мигом окружили и после непродолжительной борьбы связали. Крысы, едва только ощутили перевес сил на чужой стороне, бросились наутек, черная же курица, хоть и отчаянно дралась, вскоре тоже оказалась плененной. Лишь к мальчику никто из подземного народа подступиться не решался — они толпились вокруг, угрожающе выставив сабельки, но, глядя на спутанного и раненого Аполлона, Эмка понял, что оружие карликов не такое игрушечное, каким кажется.

— Стой спокойно, мальчик, — сказал король. Теперь он приосанился и выглядел настоящим королем. — Стой спокойно и не делай резких движений, если тебя хоть немного заботит дальнейшая судьба твоих спутников.

Карлик был вне себя от злобы из-за того, что пришлось выполнить приказ кота, не говоря уже о том, что на глазах своих подданных он был повержен и молил о пощаде! Теперь король намеревался сполна получить расплату за все унижение, которое перенес.

— Как же нам быть? — молвил он задумчиво. — Возвращать в книги обратно твои рисунки слишком долго и бессмысленно. Заклятия, наложенные моими слугами, сделают так, чтобы к утру твои художества исчезли, а чародействовать в противовес сейчас кажется мне излишне сложным делом. Ладно. Зато у нас имеешься ты. Мальчик ты, в сущности, неплохой и вполне можешь стать одним из нас.

— Никогда! — отчаянно выкрикнул Эмка.

— Не торопись, — предостерег его карлик. — Ведь если ты будешь сопротивляться, пострадают твои друзья.

— Не соглашайся! — фыркнул кот. — Они обманут тебя. Помни, что я говорил…

— Молчать! — рявкнул король подземного народа. — Не выводи меня из терпения, мешок когтей и усов!

— Хорошо сказано, — вкрадчиво произнес Аполлон. — «Мешок когтей и усов». Хм… Непременно запомню.

— Не пугай меня, — надменно произнес король. — Лучше присоветуй своему хозяину, как правильно поступить.

— У меня никогда не было хозяев… хотя тебе этого не понять. А Эммануилу я могу посоветовать только одно: не соглашайся, мальчик. До утра осталось не так уж много времени, а утром…

— Я согласен, — сказал Эмка. — Только сперва отпустите Аполлона и Алешу.

Карлик деловито кивнул:

— Вот, наконец-то я слышу разумные слова — едва ли не первые за всю эту ночь. Отпустим, конечно, отпустим. Да тут есть пара деталек — так, ерунда, но нам необходимо их обговорить. Например, твоего согласия мало. Чтобы ты как следует измельчал, тебе необходимо пожелать чего-нибудь. Мы выполним твое желание, а ты тогда превратишься в одного из нас. Как, годится?

— Годится, — прошептал Эмка.