Озорные хлопоты - Штефан Лука

реках вода скапливается, гневно клокочет и бурлит в широких омутах. Это там, где скалы громоздятся одна на другую и задерживают течение. Но вода не хочет останавливаться. Она собирается с силами, как перед штурмом, и летит под гору, вниз, рассыпая в воздухе водяную, легкую, как дымка, пыльцу.

Такое нагромождение скал стоит и на пути нашей горной речки Бистры. Место это прозвали Скалами Близнецов, потому что здесь речку подстерегают две скалы, похожие друг на друга как две капли воды. Они возвышаются над местностью и стоят плечом к плечу, будто помогая друг другу сдерживать буйный напор воды. Между скалами образуется узкий коридор, утыканный каменными зубцами и перекрытый порогом, с которого вода низвергается с оглушительным ревом.

Но перед тем как ринуться через порог в скалистый коридор, река замедляет бег и пробивает себе широкое русло. Вода здесь почти черная, с темно-синими переливами, но все-таки прозрачная. Это омут Близнецов.

Старики рассказывают, будто Скалы Близнецов в давние времена составляли одну громадную скалу, которую два богатыря-близнеца обрушили с вершины Кэлима́нских гор на войско злобного змея. Падая, скала раскололась надвое, раздавив и войско и самого змея. Люди говорят, что змей и поныне что-то яростно бормочет там, в щели между двумя скалами, как будто бранит булыжники и камни.

Омут Близнецов таит много опасностей. Купаться там никто не рискует. Только двум людям известны все его тайны, и лишь они решаются бросить вызов коварному омуту. Чтобы искупаться в этом клокочущем котле, надо уметь плавать не хуже, чем дядюшка Захари́я — чабан или второй дядюшка Захария — офицер.

Но чабан Захария ушел со стадом на гору Бэтры́на и спустится оттуда не скоро. Он умеет ловко обманывать бурное течение, обходить водовороты и, выплывая на поверхность реки, благополучно добирается до правого конца порога, где с берега свисает корень ивы, за который можно уцепиться, чтобы не затянуло в скалистое ущелье.

Самым искусным пловцом среди пионеров все считают Владу́ца То́рню, или Ду́цу, как зовут его ребята. Но и у него не хватает отваги померяться силами со страшным омутом. Правда, как-то раз, когда дядюшка Захария спустился с горы (он привез сыр), Дуцу подробно расспросил его и узнал, как надо действовать, если попадешь в омут. Самое главное: плыть быстро и внимательно следить за тем, чтобы вода тебя не понесла. В омуте три очень опасных места, которых надо остерегаться. Одно из них у дуплистой ивы, с толстым, словно вздувшимся узловатым стволом; там течение сносит, точно старается затолкнуть пловца под нависший берег. А дальше, за ивой, вода увлекает к «котлу», где она крутится на месте, клокочет и кипит. Когда же пловец решает, что все опасности наконец позади, тут-то его и подстерегает порог — третье самое коварное и страшное место. Здесь Бистра ведет себя хитрее самой хитрой лисы.

Вода с притворной лаской поглаживает пловца, а между тем пытается перевернуть его ногами вперед и перебросить через порог, притаившийся под самыми скалами. А уж там спасения нет.

Но знать все это на словах одно, а самому переплыть омут — совсем другое. Дуцу наизусть знал все о коварстве омута. Он частенько вышагивал по узеньким мосткам с перильцами, за которые нужно как следует держаться, чтобы не полететь в воду. Задумчиво смотрел на реку, которая неутомимо мчалась, бурля под его ногами. Справа он видел дуплистую иву, чуть пониже «котел» и прямо перед собой — острозубые скалы порога. Иногда он бросал сухую веточку и удивлялся, как быстро уносит ее течение, то выбрасывая на поверхность, то погружая на дно.

Мальчик не успевал даже сосчитать до трех, а веточку уже выбрасывало в коридор. Дуцу представлял иногда себя на месте этой веточки: вот он добирается до порога и подпрыгивает над водой, чтобы схватиться за торчащий из берега корень. Воображая все это, он невольно вздрагивал от едва сдерживаемого волнения.

Знать-то он знал все, что надо сделать, но попробовать еще не пытался. Ждал, когда рядом будет дядюшка Захария. А до тех пор довольствовался только тем, что представлял себе, как борется с водоворотом и побеждает его.

* * *

У Дуцу два закадычных дружка — Васили́кэ Кре́цу и Ону́ц Теслова́н. С ними он неразлучен. Они тоже подолгу рассматривают омут, но, как и Дуцу, не решаются сразиться с ним.

— Очень уж здесь вода коварная, — всегда говорит Дуцу.

— А у тебя хватит смелости полезть в воду? — частенько спрашивает его Василикэ.

Дуцу обычно ничего не отвечает, и Василикэ принимается его поддразнивать:

— Сюда, конечно, не всякий решится полезть! Надо уметь как следует плавать, а не так, как мы.

Василикэ очень любит подбивать Дуцу на всякие рискованные затеи. Потом он расхваливает его перед другими ребятами и никогда не забывает упомянуть, что самолично принимал участие в отважных подвигах своего друга.

— Ну как, Дуцу, прыгнешь в воду? — не унимался он.

— Зачем же ему рисковать, коли здесь нет дядюшки Захарии? — рассудительно замечал Онуц.

Василикэ замолкал, но не надолго. Он уже представлял, как, щедро приукрашивая, будет рассказывать, что Дуцу переплыл омут.

Такой разговор произошел однажды в субботу. Но на этот раз Дуцу, вместо того чтобы присесть, как обычно, неподалеку от «Близнецов», не сводил глаз с горы Бэтрына, на вершине которой золотились лучи заходящего солнца…

— Ждешь дядюшку Захария? — спросил Василикэ.

— Нет. Сходим лучше к деду Изидо́ру в овчарню.

— А купаться когда будем?

— После, — вмешался Онуц, который всегда слушался Дуцу.

— А что нам делать в овчарне?

— Там увидишь, — ответил Дуцу и решительно зашагал по тропинке.

* * *

Мальчики приблизились к овчарне.

Дуцу чуть призадумался, но ему не хотелось говорить друзьям о том, что его тревожит. Ведь причин для тревоги не было. Только бы дед Изидор был в хорошем настроении, а тогда все будет в порядке. Правда, он мог пообещать щенка и кому-нибудь другому. Потому-то Дуцу ничего не рассказывает ребятам, боится, как бы его не подняли на смех, если ничего не выйдет.

Дуцу давно уже мечтал о настоящей чабанской собаке. Тот пес, что у них дома, просто дворняжка, которая лает больше со страха. А какой же это дом, если нет настоящего сторожа? Зима на носу, скоро волки появятся, а их шавка умеет только трусливо скулить.

Дед Изидор обещал Дуцу щенка от своей белой собаки — Ло́ры. У чабана мировые псы, настоящие волкодавы. Он сказал, что у него есть четыре кудлатых щенка и одного из них он подарит Дуцу. Даже посулил, что, когда щенок вырастет, он