Ностальгическая Москва. Где жили советские физики и лирики - Татьяна Игоревна Матросова

120 лет ею владели грузинские цари. В ходе междоусобных войн царь Имеретии и Кахетии Арчил II присягнул на верность русскому царю, и с тех пор село Всехсвятское стало резиденцией представителей грузинской власти. Их поместья включали в себя огромные территории с садами, оранжереями и лесными зонами.

Проблемы начались в 1830-х, когда Петербургское шоссе превратилось в оживленную магистраль с дачными домиками для богатой публики. Тогда последние представители Грузии продали свою собственность во Всехсвятском, а новые владельцы практически полностью зачистили территорию под дачи. Бо́льшая часть построек XVIII века были снесены, остался лишь тот самый Серебряный Бор, который сегодня тоже сильно поредел.

В советское время Ленинградское шоссе стало большим полем для жилищных экспериментов, поэтому дореволюционных построек здесь почти не осталось. Но мы все-таки постараемся прикоснуться к истории XIX века и отыщем дом 2а по Малой Песчаной улице. А пока продолжаем разбираться в тонкостях выбора участка. Густой парк Серебряный Бор в 1911 году настигла беда: по нему прошел большой ураган, уничтожив часть вековых деревьев. Здесь и было решено основать новый поселок.

С названием тоже пришлось сложно. Оставлять село Всехсвятское с явной отсылкой к религии никто не собирался, а вот Сокольники, где раньше охотились на птиц, было довольно нейтральным наименованием для советского рабочего поселка. Таким образом здесь осталась память о первом проекте в Сокольниках, которая сегодня сохранилась в названии Сокол. Постепенно его приняла вся местность в округе и даже станция метро, открывшаяся в 1938 году.

Новое место понравилось всем участникам правления, но для оформления прав пришлось заключать договор аренды с МУНИ (муниципальное управление недвижимого имущества) – именно ему принадлежал лакомый кусочек с сосновым бором внутри города. Забегая вперед, скажу, что первый договор предусматривал аренду на срок 35 лет с последующей продажей всех построек арендодателю. Темпы строительства заранее прописывались в договоре[5]. Кооператив обязан был ежегодно отчитываться о возведенном жилье, причем порой планы достигали восьми-девяти тысяч кубометров в год.

Сегодня это кажется нам совсем крохотной цифрой, но вспомним о технологиях и, самое главное, о взносах – все эти постройки возводились на личные вклады пайщиков, которые и принимали жилье: 10,5 золотого червонца при вступлении в товарищество, 30 – при выделении участка и 600 – на само строительство коттеджа. В первые два года пайщиками стали 255 человек, на деньги которых возвели 42 коттеджа. Правда, их взносов не хватало, и поселок активно кредитовался.

Строительство на Телефонной улице

Первыми застройщиками были люди достаточно обеспеченные: чиновники наркоматов, инженеры, экономисты, ученые, архитекторы. Для них строились одноэтажные коттеджи с садом. Для рабочих предусматривалось жилье в многоквартирных домах. Комнаты и квартиры там получали преимущественно трудящиеся завода «Изолятор», расположенного неподалеку. Каждый дом возводился по индивидуальному плану.

Почти десять лет все работы здесь выполнял Николай Марковников. Русский и советский архитектор, археолог, реставратор, с 1914 по 1919 год он являлся главным архитектором Московского Кремля, руководил реставрацией его стен и башен, спроектировал и построил Малую кольцевую железную дорогу. До участия в проектировании и создании поселка Сокол Марковников неоднократно выступал с докладами о преимуществах малоэтажного строительства, говоря не только об экономике, но и о позитивном влиянии жизни в малоэтажном доме на формирование личности. Он курировал строительство с 1923 по 1929 год.

В поселке Сокол не допускались одинаковые дома. (Как все поменяется спустя каких-то 25 лет!..) Здесь можно было увидеть рубленые вологодские избы, «сторожевые башни» – прообраз сибирских острогов – братьев Весниных, остроконечные силуэты зданий, заимствованные в американских пригородах, и дома, напоминающие дачи Петербурга, построенные Иваном Кондаковым. Кроме архитектурных решений зодчими применялись и новаторские инженерные идеи. Впервые при возведении коттеджей был применен фибролит – спрессованная с цементом деревянная стружка.

В 1929 году начинается активная фаза опытного строительства, которая продлится до 1933 года. В 1930-х деревянные срубы признаются неэффективными, начинаются поиски новых материалов. Здесь-то и происходит главный конфликт между Марковниковым и Кондаковым, который забирает бразды правления. У последнего уже был большой послужной список: он участвовал в проектировании и постройке дома товарищества Учительского института на Малой Ордынке, 31 (ныне Театр Луны), производственного корпуса товарищества Шелковой мануфактуры Мусси на Электрозаводской улице, 27, доходного дома Михалкова на Волхонке, 6 и др. Кондаков шел в ногу со временем и понимал, что индивидуальные деревянные коттеджи малопригодны для массового строительства, – романтизм Марковникова уходит в прошлое.

Первоначально названия улиц поселка были обычными: Центральная, Вокзальная, Школьная… Но в 1928 году по инициативе художника-графика Павла Павлинова их переименовали в честь выдающихся русских художников: Сурикова, Поленова, Шишкина, Верещагина, Левитана, Врубеля. С тех пор это место стало называться поселком художников Сокол. Сегодня в Москве можно услышать очень много мнений по поводу проживания здесь живописцев и скульпторов. Конечно, в Соколе они имелись, но не формировали основной контингент пайщиков, в отличие от других мест, таких как городок художников на Верхней Масловке или поселок писателей в Переделкине. Комплекс домов на Верхней Масловке строился в 1930-х годах исключительно для художников и планировался как подобие парижского Монмартра. Переделкино создавалось в эти же годы по инициативе Максима Горького для писателей и поэтов молодой России – о нем мы еще подробно поговорим дальше. А вот наш с вами поселок своим названием обязан только улицам, расположенным на его территории. Правда, многие вспоминают кружки и собрания в доме Павла Павлинова. К нему действительно приезжали молодые дарования, просили совета, протекции и часто рисовали на открытом воздухе. Среди гостей были Юрий Пименов, Кукрыниксы, Петр Кончаловский, Иван Шадр. Павлинов был очень талантливым учителем, поэтому его учеников мы помним и по сей день.

Улица Верещагина, 6

Строительство шло медленно, большое количество пайщиков с разнонаправленными представлениями о хорошей жизни сильно тормозило процесс. Но к 1935 году здесь были возведены 114 домов, спортивная площадка, библиотека, столовая и детский сад, высажены деревья различных пород. По инициативе известного агронома А. Н. Челинцева каждую улицу засадили различными породами деревьев: на улице Сурикова – липы, Шишкина и Врубеля – ясени, Поленова – серебристые клены. До сих пор летом поселок наполнен шелестом этих деревьев и запахами цветущих аллей.

Особое внимание при проектировании поселка уделялось траектории улиц. Сокол расположен на сравнительно небольшой территории, 20 гектаров, но во время прогулки по нему создается впечатление большого пространства. Это достигалось воплощением идеи «движимого пространства», предложенной философом П. Флоренским и художником В. Фаворским: улицы расширяли, сужали, укорачивали, меняли их траекторию. Так, улица Поленова в центре повернута на  45 градусов, поэтому визуально кажется бесконечной. Различное размещение зданий тоже играет свою роль: угловые дома на перекрестках отодвинуты в глубину и слегка развернуты, спрятаны, что визуально расширяет и удлиняет перспективу.

Во время Великой Отечественной войны Сокол находился почти вплотную к линии обороны Москвы,