Сокровища старого Яна - Роджер Уиндл Пилкингтон

Девочки инстинктивно поняли, что Питер прав, и выполнили его распоряжение. Питер и Майкл с трудом пробрались на корму. Питер, держась одной рукой за шлюпбалку, другой рукой развязал веревки парусины, которой был прикрыт ялик. Затем он помог Майклу забраться в лодчонку, продолжая придерживать ее, так как иначе, при спуске с палубы на воду, она могла разбиться о катер. Керол и Джилл тем временем ползли на нос с веревкой, которую Керол, сделав петлю, быстро накинула на один из швартовых кнехтов.

— Море успокаивается, — крикнул Питер, пытаясь подбодрить девочек. — Мы сейчас подгребем к вам и возьмем веревку. Если кто-нибудь из вас упадет за борт — плывите к берегу. До берега недалеко, а с приливом легче его будет достичь.

Керол помахала рукой в знак того, что они все поняли. Питер повернулся к Майклу.

— Слушай, Майкл, — мягко сказал он. — Нам нужно проделать все это как можно лучше. Я выведу лодку вместе с тобой за борт катера с подветренной стороны и при первой же возможности спущу ее на воду. Как только лодка коснется воды, отцепи гаки талей, но держись за них руками. Потом я сам как-нибудь переберусь в лодку.

Как ни странно, но Майкл совсем не испытывал страха. Он любил ездить на ялике, и даже теперь, глядя вниз на бушующие волны, он не смог удержаться от улыбки. Питер, как только «Нырок» накренился вправо, вывел лодку за борт и освободил храповик лебедки. Ялик быстро пошел вниз и шлепнулся о воду. Не успел Майкл выпустить из рук тали, как Питер уже оказался в лодке и, схватив весла, начал энергично грести к носу катера.

— Бросай! — крикнул он, и в ту же секунду Керол бросила ему конец веревки. Она немного не долетела до ялика, но Майкл молниеносно вытянул руку и схватил ее.

— Молодец, — похвалил его Питер. — Привяжи веревку за кормовое сиденье или за что угодно.

Он налег на весла, пытаясь оттащить катер подальше от пирса. Всего только ярдах в ста от того места, где они дрейфовали, ближе к берегу, Питеру видно было, как волны дробились о края волнорезов, протянувшихся от стенки набережной в море, подобно длинным пальцам. Взглянув налево, Питер увидел, что уходивший далеко в море пирс остался позади, но катер был еще настолько близок к пирсу, что Питеру ясно были видны фигуры рыбаков на нем. При помощи маленьких подъемных кранов они опускали в воду какие-то небольшие плоские сетки.

— Мы все же оттащим отсюда «Нырок»! — воскликнул Питер, полный не столько уверенности, сколько решимости добиться своего. — Оттащим во что бы то ни стало!

По его лицу текли струйки пота. Он уже промок с головы до пят, и одежда на нем стала скользкой, холодной.

— Мы все больше отходим от пирса, Питер, — ободрил его Майкл. — Я вижу это по балкам пирса.

— Вот и хорошо.

Питер так налег на весла, что они даже гнулись от его усилий. Ялик прекрасно держался на бурных волнах, но беспомощный «Нырок» неуклюже болтался среди них.

Ярдах в восьмидесяти от конца пирса они попали в быстрое течение. Оно неожиданно подхватило катер и с удивительной быстротой повлекло его к купальному пляжу в углу между пирсом и набережной. Питер из последних сил заработал веслами, но все его усилия оказались напрасными.

— Может быть, нам бросить якорь? — закричала Керол.

— Нет, пока не нужно. — Руки Питера мучительно ныли от сильного напряжения.

Поблизости от берега волнение уменьшилось настолько, что Керол и Джилл смогли подняться с палубы и встать на колени. С тревогой наблюдали они, как течение несло катер кормой вперед к песчаному берегу… Сто ярдов… восемьдесят… пятьдесят… тридцать… Вот они уже почти у самого берега.

— А теперь можно бросить якорь?

Питер уже готов был крикнуть «да», но заметил, что катер изменил свое направление, и, действительно, сначала течение понесло их вдоль берега, а затем по широкой кривой обратно в море.

— Нет! — закричал он и снова из последних сил налег на весла.

Теперь они были ярдах в шестидесяти от пирса; Питер разглядел, что он на всем своем протяжении стоит на прочном сплошном каменном фундаменте.

— Майкл, — задыхаясь от волнения, проговорил он, когда понял, что это значит. — Слава богу, приливное течение под пирсом не проходит. Стена сплошная до самого низа!

Питер оказался прав. В следующую минуту «Нырок» отвернул от берега под прямым углом и пошел почти параллельно пирсу, не больше чем в пятидесяти ярдах от него. Питер отчаянно работал веслами, и, когда они достигли дальнего конца пирса, течение стало заносить «Нырок» и ялик вокруг его оконечности. За первым пирсом оказался другой, а между ними открывался вход в порт. Катер и ялик с большой скоростью дрейфовали поперек входа в гавань.

— Теперь мы должны ввести «Нырок» в порт, — пробормотал Питер сквозь зубы. — Пусть девочки держатся покрепче. Сейчас или никогда.

— Держитесь! — крикнул Майкл.

— Слушай, я буду грести, а ты тоже возьмись за весла и толкай их на меня, — приказал Питер. — Если счастье нам улыбнется, может быть, мы…

— Мы почти в гавани! Мы почти в гавани! — кричал Майкл. — Питер, мы в гавани!

Он изо всех сил нажимал на руки Питера; наконец ребята забуксировали беспомощный катер в проход между пирсами. Близ оконечности южного пирса «Нырок» чуть не стукнулся о стенку, но его сразу же перестало бросать из стороны в сторону, как только он оказался под защитой двух пирсов, где вода была сравнительно спокойной.

— Еще, еще нажимай, — свирепо сказал Питер, — пока мы не пройдем совсем внутрь гавани.

— Молодцы! — крикнула Керол, поднимаясь на палубе во весь рост. — Мы в безопасности.

Из громкоговорителя, установленного на контрольной вышке, прогремели какие-то слова, сказанные, видимо, по-фламандски. Питер только покачал головой, продолжая грести. Майкл помогал ему. Теперь было легче продвигаться, и он снизил темп гребли. Его пальцы сводила судорога, спина и руки болезненно ныли.

Оглушительный вой пароходной сирены заставил их вздрогнуть от неожиданности. Майкл обернулся, а вслед за ним и девочки, стоявшие на носу «Нырка». Прямо к входу в порт шло огромное