Среди индейцев Западной и Северо-Западной Амазонии - Андрей Матусовский

– Нет, нет, это священная шаманская палица, ее нельзя фотографировать, – импульсивный капитан вскакивает со своей низкой деревянной скамеечки.

«Нет так нет, – думаю я про себя, – не буду я фотографировать маканá», – этнологи уважительно относятся к традиционным верованиям.

И тут Эвелио продолжает.

– Но если ты хочешь ее сфотографировать, ты должен заплатить вот тому человеку пятьдесят тысяч песо, он шаман и владелец маканá, – говорит капитан, указывая в сторону, – в гамаке со смиренным видом сидел почтенный старик.

«Это уже слишком, издевательство какое-то», – решаю я.

– Нет, спасибо, тогда я не буду фотографировать маканá, – отвечаю ему и отношу палицу обратно за плетеные циновки.

Эвелио поясняет, что раньше маканá была оружием.

В малоке есть несколько глиняных горшков – великолепных образчиков традиционной керамики юкуна и матапи. Я хочу заполучить несколько из них для этнографической коллекции. Переговоры веду с одним из мужчин. Для обмена у меня припасено много рыболовных крючков, свинцовых грузил, лесок и разноцветного бисера, расфасованного в маленькие полиэтиленовые пакетики. За три глиняных горшка я даю мужчине несколько разноразмерных рыболовных крючков, свинцовых грузил и моток лески. Сам чувствую, что этого, наверное, будет мало.

– У тебя есть жена? – спрашиваю его.

– Да.

– Тогда возьми для нее еще бисер, она сделает из него бусы.

Он охотно соглашается и передает мне горшки.

Соображая, что же предложить моему визави взамен горшков, я нащупываю в кармане брюк горсть металлических монет, в сумме составляющих небольшую сумму. Мужчину не интересуют монеты, хотя будь это более крупная сумма, он, конечно, согласился бы. Я не заметил, как случайно выронил одну из монет. Позже ее принесла мне маленькая девочка со словами: «Это твоя вещь». Какая поразительная разница в поведении: Эвелио – мужчина – девочка.

Наибольшее число праздников у юкуна приходится на ноябрь—апрель, период созревания выращиваемых на чагре и диких плодов и фруктов. Важнейшим среди них является ритуал, проводящийся ежегодно в феврале—апреле, который юкуна представляют для непосвященных как танец кукол. К нему готовятся за несколько месяцев. Это время необходимо шаману для общения с духами растений и животных, чтобы он мог заручиться их одобрением на проведение танца кукол, а также для изготовления ритуальной одежды и масок.

Свое название танец кукол получил от характерных костюмов, которые надевают участники ритуала. Тела ряженых полностью закрыты: торс рубахой, ноги длинными юбками из густого мочала, голова высоким колпаком. Колпак в нижней части имеет отверстия для глаз, поверх которых крепится плоская овальная деревянная маска, раскрашенная черными, белыми и желтыми красками, изображающая того или иного персонажа. Из зауженного отверстия колпака свисает длинное пышное мочало. Колпак и рубаха изготавливаются из луба Ficus insipida. Нижняя часть юбки и мочало выкрашены черной краской. Луб и верхняя часть юбки имеют коричневый цвет. В руках танцоры держат деревянные жезлы для отбивания ритма в танце.

Плинио надел одну из масок танца кукол

Маска Тори

Одна из масок танца кукол

Маски, крепящиеся на колпак из луба

Обратная сторона масок

Элементы костюмов, крепящиеся на спине танцоров

Юбка танцора

Погремушки, подвязываемые к ногам танцоров

Танец кукол длится два дня и три ночи. Глава малоки, в которой он будет проводиться, приглашает на ритуал гостей из соседних малок. Приходящих гостей он встречает, произнося характерные для юкуна приветственные речи.

Начиная танец кукол, за пределами малоки один из мужчин начинает играть на флейте Пана. Затем он входит в малоку через ее восточный вход. Мужчины и женщины, выстроившись в шеренгу, танцуют, двигаясь вокруг центральных опорных столбов малоки, следуя от восточного входа к западному. В воззрениях юкуна малока является проекцией мира: пространство между ее четырьмя центральными опорными столбами – центр Вселенной. Коллективные танцы продолжаются весь день.

На второй день в полдень в малоку через ее восточный вход проникает один или несколько персонажей, которые юкуна называют Тори. Из всех масок, представленных на танце кукол, маска Тори самая уродливая. Тори – антропоморфный персонаж с крупными чертами лица и искривленным ртом. На уровне лобковой области он держит деревянную палку, изображающую пенис в состоянии эрекции. Тори – центральный персонаж танца кукол. Он ведет себя агрессивно: провоцирует хозяина малоки, угрожает другим мужчинам, пристает к женщинам. Следуя символической игре, мужчины пытаются противостоять Тори.

Колумбийские исследователи Л. Фиори и Х. Монсалве предполагают, что Тори, заходящий в малоку во время зенита солнца через ее восточный вход, чей вектор движения направлен от востока к западу, олицетворяет солнце, а эрегированный деревянный пенис персонажа символизирует плодовитость, продолжение жизненного цикла.

В мифологии индейских групп социокультурной общности Ваупес Отец-солнце центральный персонаж, определивший и установивший социальные и сексуальные правила поведения между людьми.

Отталкивающий образ Тори и его агрессивное поведение демонстрируют негативную энергию солнца, способного разозлится, если люди нарушают установленные им правила. Ужасная черная маска и закрытое костюмом тело – это аллегорический образ негативной энергии Солнца, его ритуальный двойник.

Женщины имеют право ответить на домогательства Тори, любая из них может ударить Тори по эрегированному пенису.

Вслед за Тори в малоку приходят ряженые в масках обезьян. Они держат в руках зеленые ветви и, имитируя движения обезьян, перемещаются короткими торопливыми шагами вокруг четырех центральных опорных столбов малоки, поют.

Присутствующие в малоке участвуют в коллективных танцах. Мужчины раскрашивают запястья, колени, лодыжки, иногда лоб черной растительной краской; женщины, помимо черной, также используют красную краску. К лодыжкам танцоры привязывают погремушки из скорлупы плодов, в руках держат деревянные жезлы для отбивания ритма. Многократно повторяющиеся ритмичные движения вводят танцоров в состояние транса. В паузах между танцами люди едят (рыбу, мясо, маниоковые лепешки) и пьют чичу, приготовленную из плодов персиковой пальмы, мужчины принимают мамбе.

В малоке появляются новые ряженые в масках, изображающих различных насекомых, животных и рыб, населяющих окружающий юкуна мир.

Помимо колпаков из луба, у юкуна имеется еще один тип масок – изготовленные из дерева бальсы два полых цилиндра, которые надевают поверх колпаков. На одном из них нарисовано мужское лицо, на другом женское. Мужская маска символизирует хозяина танца кукол, женская – его жену. Маски исполняют песни, каждая свою. Матапи говорят, что в женской маске танцует женщина. Маски-цилиндры окружены другими масками, изображающими животных, птиц и рыб, живущих вокруг юкуна.

Я подозреваю, что мои информанты описывали мне, вероятно, два разных ритуала, на которых используются различные типы масок. По крайней мере, в описаниях исследователей, наблюдавших танец кукол у юкуна, где главным персонажем выступает Тори, нет упоминаний масок-цилиндров.

Ряженые появляются в малоке только для исполнения танцев. Они отдыхают за пределами малоки. Для Тори и его свиты женщины оставляют угощение около восточного входа малоки.

Танец кукол завершается коллективными танцами, в которых участвуют ряженые и зрители. Юкуна считают, что в танце кукол малока и все присутствующие в ней переносятся во времена сотворения мира.

На следующий год к танцу кукол изготавливаются новые одежды и маски из луба. Реквизиты с прошедшего ритуала повторно не используются, их, как правило, оставляют лежать без внимания на хозяйственных настилах малоки.

Вероятно, раньше они сжигались или выбрасывались в лес.

В отличие от колпаков из луба, цилиндрические маски из бальсы используются многократно. Их хранят в малоке до следующего танца кукол.

Маски танца кукол наряду со своей основной поучительно-игровой функцией