Среди индейцев Западной и Северо-Западной Амазонии - Андрей Матусовский

Мне приходится хитрить, говорить, что я мечтаю увидеть природу в верховьях Миритипараны. Я не могу напрямую сказать о своих задумках отыскать следы уруми. Индейцы соглашаются, что в верховьях Миритипараны можно сделать красивые фото, интересуются, как мы будем спать в лесу. Пока неясно, какое решение будет принято. Наконец, после пары часов дебатов юкуна соглашаются пропустить нас за порог Харие. В качестве сопровождающих и помощников с нами пойдут четверо мужчин юкуна, в том числе Хосе-секретарь.

В конце XIX – начале XX века индейцы бассейна Миритипараны были вовлечены в процесс сбора каучука. В то же время здесь появились первые христианские миссионеры. Сегодня хозяйственная и миссионерская деятельность на Миритипаране не ведется. Из-за географической изоляции контакт местных индейцев с пришлым населением сведен до минимума и ограничивается мелкими торговцами, государственными служащими и учеными. В общинах на Миритипаране отсутствуют взлетно-посадочные полосы.

С точки зрения организации логистического сообщения, бассейн реки Миритипараны остается труднодоступной областью. Водный транспорт является единственным средством сообщения. Западнее семьдесят первого меридиана река перегорожена многочисленными порогами и стремнинами, значительно затрудняющими передвижение по Миритипаране. Плавание на лодках становится возможным только на участках между порогами. Если юкуна отправляются в верховья реки, лодки через пороги перетаскивают на руках или волоком через лес в обход стремнины. За порогами в верховьях Миритипараны отсутствуют людские поселения. Все деревни располагаются ниже порогов, в среднем и нижнем течении Миритипараны, восточнее семьдесят первого меридиана. Здесь фиксируется высокая плотность расположения индейских общин: деревни удалены друг от друга в среднем на расстояние около десяти километров.

Утром мы сели в лодку и направились к порогу Харие. С нами вместе пошли Хосе-секретарь, пятидесятипятилетний Хосе, носящий индейское имя Перенапу, тридцатилетний крепыш и весельчак Уачиман по прозвищу Кайман и еще один молчаливый мужчина, имя которого я так и не узнал. Подойдя вплотную к порогу, мы вышли из лодки на берег и отправились обходить опасный участок реки по лесу. Тем временем несколько молодых юкуна, подоспевших нам на помощь, стали перетаскивать нашу лодку через перекаты.

Перетаскивание лодки через порог Харие

Достигнув спокойной воды выше порога Харие, мы вновь сели в лодку. Однако вскоре мы увидели новый порог – Касабе, получивший свое название от расположенных рядом с ним замысловатых известняковых образований, сточенных водой и трущимися о них деревьями до плоских круглых пластин, по форме напоминавших маниоковые лепешки касабе. Этот порог мы миновали, не вылезая из лодки, – наш моторист умело маневрировал между вздымавшимися невысокими волнами.

Каменные глыбы около порога Касабе

Еще через десять—пятнадцать минут движения вверх по реке путь нам преградил мощный порог, уже больше напоминавший водопад, – многоярусный водосброс Текендама с перепадом высоты в несколько метров.

– В Текендаме живет Хозяин вод, – говорит Хосе-секретарь, – поэтому кто первый раз видит порог Текендама, должен нанести ритуальные защитные мазки мамбе и уруку себе на тело: два зеленых мазка мамбе слева и справа у основания шеи и красные уруку – крестик в центре груди и мазок у пупка. – С этими словами он протягивает нам заранее припасенные баночки с мамбе и уруку.

Порог Текендама…

Я беру маканá и выхожу с ней в центр малоки. Мои действия не вызывают у Эвелио и окружающих никаких эмоций. Я кладу палицу на землю и направляю на нее объектив фотоаппарата. Реакция Эвелио моментально меняется.

…больше похож на водопад

Вид на порог Текендама сверху

Вода с грохотом пробивается сквозь нагромождение каменных глыб

Пройти порог на лодке не представляется возможным

Камни вокруг порога изобилуют причудливыми углублениями

На камнях возле порога я вижу следы костра.

– Ты же говорил, что здесь нет людей? – спрашиваю Хосе.

– Да, люди тут не живут, этот костер разжигали рыбаки юкуна, которые приходили сюда.

Перетащить лодку по воде через порог Текендама не представлялось возможным. Поэтому юкуна в течение нескольких часов переносили вещи и саму лодку в обход порога по берегу через джунгли. В общей сложности это расстояние составило около километра. Для перетаскивания лодки индейцы сооружали волоки, срубали средней толщины деревца и подкладывали их под днище лодки, перекатывая ее по ним.

Миритипарана не дает расслабиться. За Текендамой следует Чимборасо – широкий каскад с каменистыми отмелями. Рядом с ним находится песчаный пляж с белым крупным песком, на котором мы разбиваем лагерь для ночевки. Чтобы не задерживаться утром и плыть дальше, юкуна перетащили лодку через Чимборасо и возвратились обратно в лагерь. Всем нам сегодня требуется хороший отдых. Гамаки развешиваем между деревьев. На каменистой отмели много углублений, в которых оказалась плененной рыба. Индейцы ходят по отмели и ловят рыбу руками, крупную бьют мачете. Вскоре они развели огонь и сварили рыбный суп.

Юкуна перетаскивают лодку по лесу…

…используя для этого волокуши

Порог Чимборасо

Прохождение порога Чимборасо

Каждую ночь на Миритипаране я наблюдаю красивейшее звездное небо, усеянное мириадами. Также отчетливо видны планеты, созвездия, Млечный путь, летящие где-то в космической дали спутники.

До глубокой ночи мы сидели у костра, юкуна рассказывали всякие небылицы про карабайо, которых сами никогда не видели.

– Карабайо – каннибалы, – говорили юкуна, – они убивают всех, кто отваживается путешествовать по их земле.

Ночные посиделки у костра

В котелке бурлит рыбный суп

Вместо зажигалки

Я решаю показать нашим проводникам фотографии мифологических сюжетов, которые я сделал в кафе в Ла-Педрере. Вдруг кто-то из них сможет что-то сказать о них. Так и есть. Молчаливый юкуна уверенно заявляет, что это сюжеты из мифологии юкуна: персонаж в каноэ – первый мужчина, круги-изображения по сторонам – братья Солнце и Луна, женщина-сирена – жена первого человека. Но я думаю, что к его информации следует относиться критически.

Вернувшись обратно в Текендаму, я узнал, что на камнях порога Чимборасо есть наскальные рисунки, нарисованные красной растительной краской. Юкуна сказали, что эти рисунки иллюстрируют историю их народа. К сожалению, во время прохождения порога Чимборасо наши проводники не показали эту древнюю живопись или не захотели этого сделать.

Наступило утро, и мы вновь отправились в путь. Вокруг царила первозданная природа. Местами пейзажи выглядели инопланетными, настолько они были завораживающе первобытными, не испорченными вмешательством человека.

Постепенно мой энтузиазм по поводу возможной встречи группы уруми в верховьях Миритипараны угасает. Приходится довольствоваться лишь рассказами юкуна об изолированных группах региона. Ну что ж, это тоже информация.

Чтобы добывать каучук, белым нужна была дешевая рабочая сила, в роли которой могли выступить индейцы. Желая усилить контакт с местным индейским населением, белые предложили юкуна переселиться ниже порога Текендама. Многие юкуна хотели получать от белых промышленные товары, поэтому они пошли на это. Только уруми остались жить в верховьях Миритипараны. Хосе-секретарь произносит уруми как хуруми. Для обозначения ближайших индейских соседей юкуна используют выражение «другие группы». Хосе-секретарь говорит, что на Миритипаране всегда жили юкуна, матапи и танимука.

Первые миссионеры появились на Миритипаране во времена каучукового бума. До их прихода в этих краях практиковался каннибализм.

В начале экспедиции я не понимал, откуда у юкуна