Сибирский приключенческий роман 6 - Василий Владимирович Коростелев

Через несколько минут мордатого уволокли за руки надзиратели — он был без сознания, голова его беспомощно болталась. Вслед за ним эвакуировали ещё четверых — при этом кто-то сам ковылял, а кого-то пришлось поддерживать под руки. А ещё через час вывели из камеры Андрея. На этот раз его сопровождали сразу четверо. Утренняя бойня произвела впечатление на местное начальство. Надзиратели выстроились ромбом — один впереди, один сзади и двое по бокам. Андрей только усмехался про себя. Неужели они думают, что четыре человека смогут его остановить? Да будь их сорок четыре — ничего бы они не сделали. Правила ближнего боя диктовали свои условия.

Они прошли гулкими коридорами положенный путь, миновали несколько внутренних решёток и, наконец, приблизились к выходу. Потянуло холодом, воздух посвежел, Андрей расправил плечи и глубоко вздохнул. Он понял, что его увозят из этого гиблого места. Вернуться сюда он не рассчитывал.

Снова полицейский бобик, холодная скамейка, забранное решеткой оледеневшее окно. Ехали минут двадцать. Конечный пункт — знаменитый серый дом на улице Литвинова — областное УВД. Снова остановка перед железными воротами, проверка документов и — въезд во внутренний двор. Тут была своя тюрьма — следственная.

— Следователь по особо важным делам — Баранов Юрий Николаевич!

Из-за стола вышел мужчина лет сорока, среднего роста, коренастый, с крупной головой. Глаза навыкате, нос закруглен. Он протянул руку в знак расположения, которую Андрей спокойно пожал. Потом показал на стул возле стола.

— Садитесь, Андрей Викторович.

Андрей сел, следователь обошел стол и занял место с другой стороны. Они остались одни в кабинете. Это было весьма символично — следователь ему доверял.

— Много слышал про вас хорошего, Андрей Викторович, давно мечтал познакомиться, но не думал, что в такой обстановке придётся, — проговорил внушительно. Заметно было, что это очень серьезный, уравновешенный человек, не разменивающийся на пустяки.

— Ничего, — сказал Андрей. — Всё нормально. Я вас слушаю.

Следователь положил на стол узловатые кулаки, каждый величиной с блюдце. «Сила есть, — машинально отметил Глотов, — в ближнем бою должен быть неплох».

— Такое дело, Андрей Викторович, — усиленно величал следователь подследственного, — заявление на вас поступило. Выдвигаются серьёзные обвинения.

— В чём меня обвиняют?

— Вы человека покалечили. Тяжкие телесные. Проникновение на частную территорию. Мордобой, увечья, огнестрел…

— Вы Меченого имеете в виду?

— Волкова Николая Сергеевича, директора компании «СибТранс», уважаемого в городе человека.

— И что с ним? — спросил Андрей.

— Ничего хорошего. Сломана челюсть в нескольких местах, восемь зубов ему удалили, шины наложили. Сотрясение мозга, психическая травма. Может на всю жизнь остаться инвалидом.

Андрей отвёл взгляд.

— Он моего ученика убил, Колю Гинкулова.

— У вас есть доказательства?

— Я знаю это.

— Знать мало. Вы можете ошибаться.

— Колю убили его люди. Метили в меня, да промахнулись.

— А-а, всё-таки не он, а его люди! — неожиданно обрадовался следователь.

Андрей строго посмотрел на него.

— Вы разве не понимаете, что это одно и то же? И даже ещё хуже! Он чужими руками устраняет неугодных, сам при этом остаётся чистеньким. Ведь так он может дойти неизвестно до чего. Его нужно остановить!

Следователь с полным вниманием выслушал эту тираду. Сцепил руки на столе перед собой и кивнул головой.

— Допустим, что я полностью с вами согласен. Но я ещё раз повторяю свой вопрос: как быть с доказательствами? У нас ведь правовое государство. Мы не можем чинить самосуд.

Андрей отмахнулся.

— Мне достаточно того, что я знаю сам. А остальным до этого нет никакого дела.

— Ошибаетесь! — вдруг воодушевился следователь. — Остальным до этого тоже есть дело! От потерпевшего поступило заявление в прокуратуру, а дальше всё происходит по известной схеме. Не мне вам объяснять. — Следователь вдруг переменился в лице. — Хотите кофе?

— Чай, если можно, — ответил Андрей.

В углу была раковина, кран с холодной водой. Следователь наполнил чайник «Тефаль», водрузил его на подставку, надавил большим пальцем на синюю выпуклую кнопку. Чайник сразу зашумел, совсем по-домашнему. Вообще, весь разговор вовсе не походил на допрос, каковым он, вероятно, и являлся.

— Так что же мы будем делать, Андрей Викторович? — спросил следователь. Всем видом он выказывал симпатию подследственному, в то же время подчеркивая свою подневольность.

— Не знаю, — пожал плечами Андрей. — Что хотите, то и делайте.

— Отпустить я вас не могу. Мотать вам срок — не хочу. — Он наклонился к столу, заговорил пониженным голосом: — Если бы вы знали, как мне надоела вся эта мразь. Эти меченые, краплёные, белые, черные, конопатые… Я бы их всех давил, но…

— Что?

— Не могу.

— Отчего же?

— Положение не позволяет.

— Кто же тогда будет их давить? — воскликнул Андрей. — Кто, если не вы, не полиция? Или вы ждёте, когда они передавят нас?

— Мы должны соблюдать законы.

— Опять законы, — поморщился Андрей. — А они как, по законам убивают и грабят?

— Нет, не по законам, — с сожалением проговорил следователь.

— То-то и оно.

Чайник уже кипел. Следователь бросил в два стакана по пакетику с чаем, сыпанул сахару с избытком. Через минуту Андрей отхлебывал обжигающий чай из граненого стакана и закусывал мятным печеньем. Он не постеснялся угоститься от следователя, поскольку всё еще считал, что они находятся по одну сторону баррикад.

Они выпили в молчании по стакану, налили по второму. Следователь никуда не торопился и не лез с вопросами. «Хороший мужик, — подумал Глотов, — деликатный, не жлоб, не дурак».

— А вы давно в полиции? — спросил он.

— Пятнадцать лет. После университета как распределился, так до сих пор служу.

— Так вы университет заканчивали? — вскинул брови Андрей.

— Точно! Так же как и вы! — ответил лукаво следователь. — Только вы математический факультет заканчивали, а я прикладную физику.

— Надо же, — присвистнул Андрей. — Тесен мир.

— Не то слово, — подхватил следователь. — Яблоку некуда упасть.

— Это в каком смысле?

— В ньютоновском, — многозначительно молвил следователь.

— Которому по башке прилетело?

— Точно. Ему!

Разговор приобретал игривый характер, никак нельзя было догадаться, что беседуют следователь и преступник, которому светит убойная сто одиннадцатая статья. Андрей отметил про себя это обстоятельство, но разговор решил не прерывать. Следователь гнул какую-то свою линию, а Андрею, по большому счету, было все равно.

— Ещё чаю? — спросил следователь.

— Давайте, отчего не выпить. В изоляторе такой не предлагают.

Следователь пошёл в угол возиться с чайником. Андрей глянул на часы, висевшие на стене. Половина первого была, к обеду дело шло. Ему как-то скучно вдруг стало. Что за пустая болтовня? К чему это всё?

— Так о чём мы говорили? — спросил следователь, поставив перед Андреем дымящийся стакан.

— О яблоке, — сказал Андрей.

Следователь улыбнулся.

— Всем бы так прилетало!