Среди индейцев Западной и Северо-Западной Амазонии - Андрей Матусовский

информация об изолированных группах региона, если никто из них не контактировал с уруми и карабайо. Позже я осознал, что основной источник информации об изолированных группах региона у юкуна – это данные аэрофотосъемки. В 2010 году с самолета были сфотографированы две малоки, стоящие в глухих лесах где-то в бассейне реки Пуре, правого притока Какеты, которые исследователи классифицировали как жилища карабайо. Все юкуна Миритипараны были знакомы с этой информацией. Поскольку с карабайо и уруми последние несколько десятилетий не было прямых контактов, в разговорах о них остается много места для фантазии. Регион их проживания обозначают как верховья реки Сан-Бернардо, притока реки Пуре. Карабайо якобы практикуют каннибализм. Это вполне можно предположить, учитывая, что в недавнем прошлом каннибализм бытовал среди индейских групп региона. Юкуна считают карабайо воинами, которые могут убить незванных чужаков, вторгшихся на их территорию, в качестве оружия они используют луки и стрелы, макану, а духовой трубки у них нет. Местные индейцы с уважением относятся к выбору уруми и карабайо находиться в добровольной изоляции.

После прохождения всех порогов на второй день пути я неожиданно замечаю одинокого рыбака в небольшом каноэ, выдолбленном из цельного ствола дерева, а также покинутую покосившуюся хижину, стоящую посреди заросшей заброшенной чагры. Но у юкуна рыбак не вызывает никаких эмоций. Значит, юкуна иногда здесь бывают. Область верхнего течения Миритипараны – священная для юкуна земля. В верховья реки, за пороги они отправляются охотиться или рыбачить, здесь много дичи и рыбы.

Однако следующие девять часов мы двигаемся по абсолютно безлюдной местности. На берегах реки нет ни одной деревни, чагры или хижины, никаких следов присутствия человека.

На ночлег останавливаемся на месте старого заброшенного лагеря юкуна. На стволе дерева видны уже плохо читаемые какие-то латинские буквы, вырезанные прежними постояльцами.

– Это граница национальных парков Миритипарана и Чирибикете, – объявляет один из юкуна.

Самодельное весло и ружье

Мы достигли границы территории юкуна, и юкуна решили дальше не идти, а завтра отправиться обратно вниз по Миритипаране.

Я лег спать, а индейцы уплыли на ночную охоту и потом рассказывали, что видели ягуара, шедшего по берегу реки, которой случайно попал в свет их фонаря.

Весь следующий день мы медленно дрейфовали вниз по течению Миритипараны, слушая только звуки леса и журчание воды, ловили рыбу и охотились. Один из наших проводников высадился на берег, и вскоре мы услышали два выстрела. Из джунглей юкуна появился, держа в руках две большие птицы Mitu tomentosum – пахуиль, как их называют в колумбийской Амазонии.

Уачиман с добычей

Перенапу ощипывает пахуилей

Делаем остановку на обед. Индейцы запекают несколько крупных рыбин, насаживая их на прутья, которые под наклоном втыкают в землю вокруг костра, варят два вида супов: из рыбы и птицы пахуиль.

Мы наловили много пираний

У пираньи очень острые зубы

Не только пиранья имеет острые зубы

Большую часть улова решили закоптить

Обед на привале

На ночевку останавливаемся на песчаном пляже. Остающуюся рыбу и тушку птицы юкуна закоптили, положив на деревянную решетку, устроенную над костром.

С наступлением темноты отправились наблюдать за кайманами. Их легко найти, светя фонарем по кромке воды. Глаза каймана, отражая свет, горят красным цветом. Животное замирает, и к нему можно подобраться на лодке.

Ночью пошел дождь.

Утром на пляже в нескольких метрах от наших гамаков находим следы ягуара (Panthera onca). Мы наблюдали за кайманами, а ягуар следил за нами.

След ягуара

Гигантская выдра (Pteronura brasiliensis)

Семейство гигантских выдр

Стая попугаев ара

Сегодня мы включили мотор и ускорили движение вниз по реке. В одном месте индейцы остановились, чтобы набрать белой и желтой глины, которую они используют в качестве природного красителя, разрисовывая маски, лица и тела. Наощупь глина имеет значительную примесь песка.

Дождь, начавшийся ночью, утром почти стихший, в полдень превратился в тропический ливень, обрушившийся на нас сплошным потоком воды. Вскоре шквал прошел, но дождь в этот день не прекращался до темноты. Спасти от низвергавшейся с неба воды удалось только фото- и видеоаппаратуру, спрятав ее в пластиковую бочку с крышкой, в которой у нас хранились продукты. Мокрые насквозь, мы обошли по лесу порог Чимборасо. Пока пришедшая из деревни молодежь вновь волокла нашу лодку в обход ревущего водопада Текендама, мы сели в их каноэ, выдолбленное из цельного ствола дерева, и поплыли дальше. Вода не доходила до края бортов суденышка считаные сантиметры, и Перенапу, управлявший каноэ, не решился проходить на нем порог Касабе. Он причалил к берегу в том месте, где начиналась тропа, ведущая в общину Харие, и примерно через час пути по джунглям мы, мокрые и уставшие, вошли в деревню.

Праздник приема гостей

По случаю возвращения нашей экспедиции юкуна решили устроить праздник приема гостей, который они называют weya ïjñelami. Праздник приема гостей также характерен для традиции индейских групп междуречья Какеты и Амазонки, в частности у бора и уитото. У индейских групп, входящих в социокультурную общность Ваупес, такой праздник отсутствует. Во время праздника приема гостей устраиваются многочасовые танцы и песни, начинающиеся с наступлением сумерек и длящиеся до глубокой ночи.

Группа мужчин, начинавших большинство танцев, украсила себя головными уборами из белых перьев, которые хранились в плетеной прямоугольной коробке, подвешенной к стропилам малоки. В ней также находились наиболее ценные изделия из перьев гарпии (Harpia harpyja), не использовавшиеся на празднике приема гостей.

Свои лица мужчины раскрасили красной и желтой глиной. Для этого с сухого куска глины ножом соскабливали мелкую крошку, которую разводили водой.

Перенапу собирает куски желтой и белой глины на берегах Миритипараны…

…и отмывает их в воде

Для получения красной и желтой краски с сухих кусков глины ножом соскабливают крошку, которую разводят водой

Танцорам раздали маракасы

Маракасы и погремушка

Один из мужчин юкуна, на вид которому около пятидесяти лет, поясняет мне, что раньше мужчины надевали для танцев длинные узкие набедренные повязки, изготовленные из луба Ficus insipida, с затылка на спину свисало украшение, представлявшее собой толстый длинный стебель Platanillo, в который втыкались перья. Я слушаю его и понимаю, что описываемое им головное украшение идентично украшению барасана и татуйо Пирапараны, одеваемому ими во время обряда юрупари.

– Тело раскрашивали черной краской. Полностью окрашивали кисти рук и ступни ног, на груди рисовали крест, шедший от плеч вниз по животу, – продолжает он.

Мне кажется, что этот мужчина знает больше других. Поэтому я спрашиваю его о настенных росписях, виденных мной на стенах кафе в Ла-Педрере. Показываю ему их в своем фотоаппарате и предполагаю, что это картины из мифологии юкуна. Однако он качает головой и говорит, что это изображены истории какого-то другого народа.

В первой части праздника мужчины в головных уборах из белых перьев, повязанных вокруг головы таким образом, что перья нависали горизонтально над их лбами, перед началом танца выстраивались шеренгой, спиной ко входу в малоку. Затем, отбивая ритм маракасами, которые они держали в правой руке, затягивали медленную протяжную песню