Я один вижу подсказки 16 - Никита Красавин

— Может быть, — ответил Энрю.

— Что⁈

— Я не всесильный, — спокойно сказал он. — Особенно в том, что касается других богов. Власть одного бога заканчивается там, где начинается власть другого.

— …

— С ней может быть всё хорошо. А могут быть какие-то изменения. Но я с уверенностью могу сказать, что они будут минимальными.

Внятного ответа тот снова не дал, но мне понравилась такая честность.

— Спасибо.

Свою сестру я люблю. Одна из главных целей в этом испытании — спасти её. Привести домой целой и невредимой, потому я прижал её крепче к себе.

Тогда Энрю спросил:

— Что ты решил?

Обычно я не люблю отвечать вопросом на вопрос, но здесь действительно не понял.

— Что именно?

— Испытания. Ты будешь проходить дальше?

— Аа…

С этим была сложность.

Не скажу, что Башня Бога сильно опустилась в моих глазах. Просто она оказалась не такой, какой казалась раньше.

Не столько несправедливой, сколько мелочной и недостойной. Свинарник какой-то. Или коровник. Где тебя либо доят, либо выращивают на убой.

Чем больше я проходил испытаний, чем больше узнавал о Башне, тем сильнее она меня пугала.

Я пожал плечами:

— Не знаю. Мне нужно время. Хочу отдохнуть сначала, а потом уже принимать решение.

Понятное дело, я создал дневник на всякий случай. Если смогу использовать его в родном мире, то возможно, сюда вообще не вернусь.

Понял ли мои мысли Энрю или нет, не знаю, но он сказал:

— Если передумаешь — возвращайся. Мне нужны такие люди, как ты.

— Что? Как я?

Не понял, что он имеет в виду. Сначала называет меня «никем без подсказок», теперь — «нужным человеком». Разобраться в его словах всегда было трудно. То ли вежливость, то ли он действительно так думает.

В его руке появилось нечто золотое.

Поначалу я не разглядел, что это, пока золотая штучка, словно птичка, не полетела ко мне и не зависла перед глазами.

Прямоугольная золотая бумага. На ней написано: «Алексей Некрасов». Приглашение в Башню.

— Билет?

— Да. Ты человек особенный, поэтому для тебя — особые условия. Этот билет позволит пройти оставшиеся испытания.

Я скривился:

— Могу ли я использовать другие?

— Нет. Только этот.

Использовать его не хотелось. Билет хоть и золотой, но по сути — бронзовый. Проводника взять нельзя, дополнительный предмет — тоже. Только один навык.

— И всё?

Обычно, когда говорят, что человек нужный, ему делают поблажки. Особые условия, преимущества, большую зарплату.

Но у Энрю какое-то извращённое мышление. Он не облегчает мне задачу, а усложняет.

— А зачем?

Ответ поразил:

— Чтобы закалить тебя.

— …

— А что? Уже боишься?

Не то чтобы боялся. Просто я, как и любой нормальный человек, если вижу два пути — один ровный, другой через горы — выбираю ровный.

Не потому что боюсь трудностей, а потому что не высокомерен и стараюсь трезво оценивать не только сложность задачи, но и свои силы. Тем более если оба пути ведут к одной точке назначения.

— Если ты всё же придёшь снова, — продолжил Энрю, — то у тебя будет возможность по-настоящему прочувствовать испытания. Тем более если ты доберёшься до самого верха, то тебя будет ждать особая награда.

Он указал пальцем на небо.

— Туда?

— Да. Тогда я встречусь с тобой лично.

Я удивился:

— Разве мы и так не разговариваем?

— Брось. Это лишь божественный осколок. Он даже не одна миллиардная моей истинной силы.

Энрю объяснил, что если бы я увидел его настоящий облик, то мгновенно умер бы.

А ведь я сейчас был трансцендентным, слитым с Боро. То есть не просто слабым смертным. И всё же он говорил о таком могуществе.

Не понятно: то ли хвастается, то ли действительно так. Меня же интересовал другой вопрос:

— Этот билет. Его нужно будет выбрать предметом или он идёт отдельно?

— Отдельно. Не переживай, система пропустит этот билет.

— Понял, спасибо!

Не знаю, за что благодарил. Возможно, за то, что он всё же оставит меня в живых. Хотя напрямую я об этом не спрашивал, но весь наш разговор указывал именно на это.

Спрашивать «Оставишь ли ты меня в живых?» не хотелось. Могу показаться глупым, трусливым или вообще таким вопросом попросить о смерти. Решил просто быть вежливым и уверенным. А там будь что будет.

Оставалось последнее дело. Энрю заберёт у меня силу Всеведущего. Я понял это, когда мы обо всём поговорили, а он сказал:

— Ну, пора. Ты готов?

— Да.

— Терпи. Будет больно.

— Понял.

Перед глазами всплыла подсказка:

[Не верь ему. Он тебя убьёт!]

Подсказка от силы Шута.

Я не думал, что она появится, так как всё это время она молчала. Не скажу, что не струхнул. Опять же, непонятно, кто пытается меня обмануть: Всеведущий или Энрю?

Я посмотрел на него. Последнее, что увидел, так это усмешку Энрю и вытянутую руку. Затем зрение пропало.

— АААААААААА!

Невыносимая боль ударила в голову, в область глаз. Он вырвал их в одно мгновение.

Полилась кровь. Я чувствовал, как она стекает по щекам. Так много крови, хуже всего то, что регенерация не работала. Кровь просто вытекала и вытекала.

Я ничего не видел. Ничего не чувствовал. Будто лишился не только зрения, но и чего-то большего. Та сила, что сопровождала на протяжении всех испытаний — её больше нет.

Я заглянул в статистику. Благо, для этого зрение не требовалось. Навыка там не было. Всё. Всеведущий точно ушёл.

Пока я страдал от дикой боли, Энрю сказал:

— Не бойся. Сейчас всё закончится. Это испытание закончится…

Не знаю, что именно он сделал. Я ничего не видел, но секунды превратились в минуты, а те — в часы.

Раньше, когда я оказывался в опасных ситуациях, Всеведущий всегда приходил на помощь.

А сейчас?

В голову полезли глупые мысли, пока я не «очнулся». Я стоял в белой комнате и теперь мог видеть.

Белая майка, белые шорты, белые тапочки. Вся моя сила: от характеристик, от слияния с Боро — пропала. Неудивительно. Испытание закончилось, и я покинул тело Роли.

Тот, впрочем, стоял напротив. Выглядел он ужасно — без глаз, кровь повсюду. На лице, на груди, стекала под ноги.

Глядя на него, я подумал об одном:

«Неужели четвёртый аватар тоже испорчен?»

«Не может быть!»

Всё же