Некромантия - не моё - Диана Курамшина

Как бы то ни было, мы двигались, и я всё больше и больше совершенствовалась, стараясь не показывать Каэлю весь свой уровень, потому днём почти не снимала кулон, и только ночью с Гратуром работала в полную силу.

Мне даже стали приносить «работу на дом» к вящему неудовольствию Герхорда. Пришлось для этого выделить часть подвала, немного потеснив дубовые бочки с напитками. Лицо дворецкого в этот момент нужно было видеть. Мог бы – прикопал меня в садочке.

В очередной выходной, что устроил мне лорд, так как ему нужно было куда-то отлучиться по своим делам, я шла по коридору, ища Князя, который снова сбежал из стойла и, по словам Герхорда, уворовал целую корзину яблок. Видимо, распробовал сей фрукт ещё в той деревне.

Но, проходя мимо кабинета лорда, я замерла: дверь была приоткрыта и оттуда донёсся чужой голос – холодный и властный.

– Лорд Ардаль, вы слишком медлите. Девчонка становится сильнее с каждым днём. Она уже подчиняет мёртвых так, будто родилась с этим даром. Это опасно.

Прижалась к стене, сердце ударилось о рёбра. Речь шла явно обо мне.

– Я держу её под контролем, – резко отозвался лорд. В его голосе слышалась тень раздражения, но и нотка оправдания. – Она доверяет мне. Всё идёт по плану. Совету не о чём волноваться!

Советник хмыкнул, в его тоне прозвучала едкая насмешка:

– Доверяет… пока. Но вы слишком много времени тратите на разговоры, учёбу и глупые наставления. Она не игрушка, а сосуд. И сосуд должен быть разбит в нужный момент.

Затаив дыхание за дверью, я почувствовала, как в груди что-то оборвалось. Каждое слово впивалось в душу, будто раскалённое лезвие.

– Вы забываетесь, – голос лорда стал ниже, опаснее. – Это я решаю, когда наступит момент. Так что не позволю вам диктовать, что мне делать и когда! – Его ответ прозвучал довольно гневно.

– А если этот момент настанет слишком поздно? – в словах мужчины послышался яд. – Совет единогласно считает: её нужно использовать, пока она не вошла в полную силу! – Этот человек явно не сомневался в своём праве указывать.

В кабинете повисла пауза. Потом – глухой удар по столу.

– Она под моей защитой, – резко произнёс Ардаль.

Я едва не закричала, но стиснула зубы.

– Вы забываетесь. – Советник повысил голос. – Сначала именно вы настаивали, что она должна стать жертвой ритуала, дабы удержать Хаос от прорыва. Это было вашей идеей! Но вы тянете, кормите её надеждами об академии, обучаете её. Вы рискуете всем!

Внутри у меня всё похолодело. «Жертва ритуала?!» Слова резанули как нож.

Почувствовала, как мир вокруг сжался. Сердце, которое доверилось мерзкому лорду, съёжилось в комок боли. Все его мягкие слова, его дружеская улыбка, дни и ночи совместных разговоров – всё оказалось обманом, лишь подготовкой к собственному кровавому ритуалу.

– Я пересмотрел свои расчёты, – глухо произнёс Ардаль. – В её силе есть нечто… иное. Уничтожить её – значит разрушить возможный баланс.

– Или дать Хаосу шанс завладеть ею окончательно, – отчеканил советник. – Девчонка ещё может перейти на его сторону. Вы это знаете. Если Тьма окончательно признает её своей, то она станет сильнее группы архимагов. Вы готовы смотреть, как ваша «гостья» перейдёт к Хаосу? И если это произойдёт – кровь невинных жертв будет на ваших руках. Вы забыли историю, мой друг?

– Я сказал: что контролирую её, – отрезал лорд. Но в его голосе мелькнула едва уловимая тень сомнения, которую я услышала слишком ясно.

Советник усмехнулся:

– Или, может, вы сами начали путаться в том, кто она: жертва или женщина? Не забывайте, ваши чувства здесь ничего не значат. Мы оба знаем, что она – всего лишь сосуд с нужной силой и кровью дома Сангус. И чтобы покончить с разломами, сосуд придётся сломать.

Тишина, повисшая после этих слов, была тяжелее любого удара. Показалось, что я больше не дышу. Мир рухнул: разговоры, доверие, его тёплые взгляды – всё это оказалось лишь ловкой подготовкой к моей смерти.

Зазвучали приближающиеся шаги. Я метнулась за ближайшую колонну, едва успев скрыться. Дверь с тихим скрипом раскрылась, и мужчины вышли в коридор. Чужой плащ мелькнул рядом, запах сухих трав и пепла ударил в нос – и исчез.

Я осталась одна, с гулом в голове и ледяной тяжестью в груди.

Жертва ритуала!

Ритуала, который изначально придумал и готовил сам лорд Ардаль!

Слишком сильная! Слишком опасная! Нужная кровь!

А где-то в глубине сознания, на самой границе разума, тихо зашевелился Гратур, с которым мы научились связываться ментально.

– Ну вот, дитя, – прошипел дух. – Теперь ты знаешь правду.

– Ты знал?! – смогла еле выдавить из себя.

– Да. Но видел, как он колеблется. Так что… зачем причинять тебе лишнюю боль?

Сжала кулаки, ощущая гнев и боль от предательства, но также и рост силы внутри себя. И понимала: отныне я не буду жертвой. Но стану хозяйкой собственной судьбы – пусть даже против воли того, кто когда-то обещал защиту.

Теперь я медленно брела по коридору в свою комнату, а сердце продолжало терзаться от услышанного разговора. Вновь и вновь прокручивались слова о том, что лорд Ардаль когда-то планировал сделать со мной. Они, словно эхо, отражались в пустеющей душе.

Но на лице постаралась не выдать ни тени эмоций, чтобы не дрогнул ни один мускул. Внешне оставалась той же тихой собранной девушкой, что всегда умела слушать и улыбаться.

Внутри же всё кипело. Предательство жгло, как раскалённый металл. Всё, что казалось заботой, общением и дружбой, оказалось лишь подготовкой к ритуалу. Доверие было разрушено.

«Но злиться сейчас – значит показать слабость», – думала я. Если он узнает, что я слышала… значит, сразу перейдёт к действиям.

Так что медленно шагала дальше, делая вид, что всё ещё ищу Князя, хотя ум был занят совсем другими вещами. План формировался сам собой: нужно держаться спокойно, не показывать, что знаю правду, и готовиться к побегу.

В памяти всплыл Гратур: его тихий, но твёрдый голос, когда он объяснял, что сила приходит не только через изучение заклинаний, но и через контроль над собой.

– Время пришло, – прошептала я. – Подготовка закончена. Необходимо найти путь для побега и воспользоваться подходящим моментом.

Князь, бодро мекнул, вырулив из-за поворота, подошёл и потёрся о