Человек-паук - Питер Дэвид

class="p1">Ракета попала в бункер, и, хотя сооружение было спроектировано таким образом, чтобы выдержать значительные нагрузки, повреждения, полученные от попадания ракеты, оказалось намного сильнее, чем оно могло выдержать. Бункер охватило пламя. Мэддукс едва успел вскрикнуть, а Слокум даже этого не успел. За считанные секунды пожар поглотил бункер и его обитателей.

Гоблин с безумным ликованием радостно закружился в воздухе и проревел:

– "Экзоскелет"? "Экзоскелет"? Нам не нужен никакой "Экзоскелет"!

Затем он в радостном выражении самообожания обхватил себя руками и взмыл в ночное небо, а его смех плыл за ним по воздуху.

Переходы

Питеру хотелось радоваться всему, когда он посмотрел на чистое голубое небо, вид на которое внезапно прервался сотнями взлетающих в воздух шляп выпускников. Ему  ничего не хотелось делать, кроме как радоваться тому факту, что он вот-вот закончит среднюю школу. Что его жизнь, по сути, вот-вот начнётся, и всё, что было до сих пор, служило своего рода длинным прологом. Но когда в его ушах зазвучали радостные возгласы его товарищей-выпускников, всё, что он мог сделать, это сосредоточиться на том факте, что дяди Бена нет рядом, чтобы увидеть это, хотя он должен был там быть. И это была вина Питера, что его там не было.

Но он знал, что должен гнать от себя эти мрачные и гнетущие мысли как можно дальше. Тётя Мэй была как ищейка. Если бы она учуяла чувство вины, она бы немедленно начала расспрашивать его в чём дело. Поэтому он выдавил из себя натянутую улыбку, решив, что никто не увидит тяжесть в его сердце, и огляделся в поисках тёти.

Но вместо этого Паркер заметил Гарри, который ухмылялся от совершенно безумной радости. Питер не мог его винить. Гарри с помощью Питера изо всех сил готовился к экзаменам в регентский колледж и успешно их сдал. Гарри издал боевой клич, завидев Питера, и обнял его.

– У нас получилось, приятель! – сказал Питер с улыбкой на лице. По правде говоря, с той заразительной радостью, которую излучал Гарри, трудно было не разделить его счастье.

Гарри кивнул, а затем взволнованно схватил Питера за плечи.

– Хорошие новости! Мой отец владеет зданием в центре города с пустой мансардой, которую, по его словам, мы могли бы занять. Почему бы тебе не переехать ко мне, когда ты приедешь в город?

Питер моргнул. Он давно размышлял о том, как он сможет прокормить себя с такими ценами в Манхэттене, и уже почти смирился с тем, что останется жить с тётей Мэй. Тем не менее, всё было не так просто.

– Я не уверен, что смогу позволить себе аренду, – признался он.

– Мы что-нибудь придумаем! – с уверенностью кивнул Гарри.

Питер скрестил пальцы.

– Сначала нужно найти работу.

Затем он огляделся, пытаясь заметить тётю Мэй в толпе родителей и учеников, окружавших друг друга. Паркер заметил её, стоящую гораздо ближе, чем он думал. И он был ошеломлён, когда увидел, с кем она общалась.

– Гарри, смотри! – и Питер указал пальцем.

Гарри посмотрел туда, куда указывал Паркер, и у него отвисла челюсть.

«Каковы шансы?» задавался он вопросом, пока они пробирались сквозь толпу.

Ребята приблизились к тёте Мэй, и Питер уловил конец фразы, которую она говорила.

– ...подумала, что Вы, возможно, отец Гарри. Он очень похож на Вас. – Затем Мэй заметила Гарри, который стоял рядом с Питером. – А вот и Гарри!

Гарри подошёл к своему отцу, Питер стоял следом за ним и держал диплом в левой руке, словно это был олимпийский факел.

– Привет, пап!

– У тебя получилось, – сказал Озборн. – Ты закончил-таки школу. Не впервые я вынужден признать, что ошибался. Поздравляю.

«Господи, интересно, играет ли этот парень в теннис так же, как хвалит своего сына, потому что у него отличный удар слева», подумал Питер, чувствуя раздражение из-за Гарри. Но для того, очевидно, это было всё равно, что удар пёрышка о скалу, потому что, когда его отец протянул руку, Гарри крепко пожал её.

– Спасибо, папа, – сказал Гарри.

Очевидно, желая придать этому моменту искреннего тепла, тётя Мэй обняла Гарри и сказала:

– Поздравляю, Гарри.

Внезапно взгляд Озборна сосредоточился на Питере, который выглядывал из-за плеча Гарри. По непонятной причине Питер почувствовал лёгкий озноб, словно его паучье чутьё предприняло смутную попытку пробудиться к жизни. Но Озборн, конечно, не сказал ничего угрожающего. На самом деле, он выглядел более счастливым при виде Питера, чем при виде собственного сына.

– Питер, лауреат премии за научные исследования. Потрясающе!

Трудно было не заметить табличку размером с предплечье Питера. Ему было почти неловко таскать с собой такую показную вещь. Паркер мотнул головой в знак благодарности, а тётя Мэй обняла его и сказала:

– А вот и наш выпускник! – Она обняла Питера одной рукой. – Вы оба выглядели такими красивыми там, наверху!

Озборн шагнул вперёд и, к явному раздражению Гарри и неудобству Питера, положил свою руку не на плечо Гарри, а на плечо Питера.

– Я знаю, тебе сейчас нелегко, но постарайся насладиться этим днём. Выпускной акт. Конец одного и начало чего-то нового.

– Спасибо, мистер Озборн.

– И если тебе когда-нибудь будет что-то нужно – просто позвони. И я обязательно подниму трубку, чтобы сказать...

– Ты, наверное, шутишь?!

Взгляд Мэри Джейн метался из стороны в сторону в лёгком замешательстве. Она держала под мышкой свою выпускную шляпу, встряхивала волосами и делала всё возможное, чтобы выглядеть беззаботной перед лицом очевидной ярости Флэша.

– Нет, Флэш, я не шучу...

– Но мы ведь всё спланировали! О том, что будем делать, когда закончим школу!

– Флэш, это ты всё спланировал. Не я. – Её родителей всё ещё не было видно. От чего Эм Джей испытывала огромное облегчение. Присутствие её родителей могло бы сделать это более трудным, если не невозможным. Она планировала сказать всё Флэшу вечером, когда они пойдут гулять, но вдруг поняла, что просто не может больше ждать. Даже ещё одно свидание с ним стало бы для неё большим дискомфортом. Она снова зачесала волосы назад, она часто так делала, когда нервничала. – У меня есть карьера, которую я хочу продолжать... актёрская...

– Актёрская? А как насчёт такого, Эм Джей: ты начнёшь вести себя как моя девушка,