История Швеции с древнейших времен до Первой мировой войны - Ингвар Андерссон

в истории России как период Смутного времени. После того как старая династия прекратилась, в стране вспыхнули внутренняя война, восстания, борьба партий, началась общая разруха. Польша проявляла большой интерес к событиям в России и поддерживала ориентировавшиеся на Польшу партии. Карл IX беззастенчиво использовал такое положение вещей; впрочем, это была его обычная тактика. Он решил повести войну с Польшей на Русской земле. Карл заключил союз с одной из русских группировок. В Россию вступили шведские войска под предводительством Якоба Понтуссона Делагарди, сына завоевателя Нарвы. В 1610 г. Делагарди вступил в Москву, но за этим последовал ряд неудач, и борьба временами была очень тяжела. Карл IX намеревался не более не менее как посадить на царский престол одного из своих сыновей – Густава Адольфа или Карла Филиппа. Если бы шведам удалось завоевать Новгород и Северную Россию, то был бы в новой форме осуществлен старый план Эрика XIV о захвате русских северных торговых путей. Борьба долго велась с переменным успехом; если бы расчеты Швеции не оправдались, Швеция могла приобрести на востоке двух врагов – Россию и Польшу.

Торгово-политические и территориально-стратегические цели, которые преследовала эта внешняя политика, требовали между тем еще большего расширения этих планов на тот случай, если упомянутая программа будет осуществлена. Мы уже говорили раньше о появлении нового русского торгового пути, не через Нарву и Финский залив, а через Архангельск. Считалось, что дорога морем вокруг Норвегии, ведшая к этому новому пути, проходила через «воды датского короля», но Швеция также хотела иметь право сказать слово по этому вопросу. Карл IX лелеял мечту захватить часть северного побережья Норвегии, к северу от Финляндии, омываемого Ледовитым океаном, и отсюда контролировать северный торговый путь в Россию. Воспользовавшись помощью Голландии, Карл IX заложил на узкой полосе западного берега Швеции новый город – Гётеборг. Его жителям были предоставлены привилегии в торговле с Лапландией, в отношении плавания к берегам России через Белое море и рыболовства на севере. В расширении планов Швеции можно усмотреть известную внутреннюю логику. Получив контроль над нарвским торговым путем, Швеция все же не добилась всего того, на что надеялась, – отсюда ее стремление к беломорским путям.

Внешняя политика Карла IX была похожа на политику его старшего брата. Она напоминала движение лавины, увлекающей за собой в своем движении все новые и новые массы. Его политика в Северном Ледовитом океане и возобновление старых споров между Данией и Швецией по формальным вопросам снова сделали напряженными отношения между этими двумя странами. Датский король Кристиан IV хотел войны со Швецией, и, когда Карл IX начал стягивать свои военные силы на восток, Кристиан IV счел этот момент удобным для себя. Датско-норвежская цепь крепостей в Сконе, от Кристианополя на востоке и до Бухуса на северо-западе, была достроена, и в 1611 г. Кристиан IV перешел в наступление. Изнуренный, разбитый параличом, Карл IX мрачно смотрел на будущее. В припадке безрассудной ярости он вызвал Кристиана на поединок; основанием для этого поступка послужил средневековый рыцарский и древний «ётский» обычай. Но Кристиан отверг этот вызов с безжалостной насмешкой. Вскоре датские войска взяли важную крепость Кальмар. Руководивший обороной этой крепости дворянин Кристер Соме сам отдал крепость датчанам. Это объясняется, конечно, многими очень сложными причинами, но одна из них – всеобщая ненависть шведской аристократии к виновнику казней в Линчёпинге.

На риксдаге 1610 г. Карл IX не был уже в состоянии сам изложить сословиям, в каком положении находятся дела. Рядом с Карлом стоял его старший сын, шестнадцатилетний герцог Густав Адольф. В войне с датчанами он вскоре взял на себя командование. Никто в Швеции не знал еще, сможет ли этот человек справиться с тремя врагами Швеции. Когда король умер (в октябре 1611 г.), шведская аристократия решила выждать время. Аристократия, согнутая, но не сломленная преследованиями последних лет, была полна ненависти к только что скончавшемуся королю и к его секретарям «подлого» происхождения, которые играли большую роль при Карле IX, как и при его обоих братьях, – к таким лицам, как Ёран Перссон при Эрике XIV, Юхан Хенрикссон при Юхане III и, наконец, теперь Нильс Хеснекоферус. Карл IX, правда, искал примирения с высшей знатью, но добиться этого было не легко. Поколения Эрика Спарре уже не было, но новое поколение аристократии, моложе прежнего на двадцать лет, было готово снова начать борьбу за политические идеалы своей общественной группы. Шведская аристократия имела хорошую возможность для возобновления борьбы: по существующим законам Густав Адольф еще в течение семи лет считался несовершеннолетним. Уже десять лет власть нерушимо находилась в руках дома Ваза; теперь аристократия хотела, наконец, возвысить свой голос, смолкнувший в горячем споре с герцогом Карлом в 90-х гг. XVI в. На риксдаге в 1611 г. этот спор идей получил непосредственное продолжение.

Юноша семнадцати лет, которому предстояло взять на себя защиту интересов королевской власти дома Ваза, был хорошо подготовлен к своему высокому посту. Его учитель Юхан Шродерус, впоследствии возведенный в дворянство под именем Шютте, был ученым человеком; путешествуя по различным странам, он приобрел богатый жизненный опыт. От Шютте герцог мог получить все сведения, которые другие молодые дворяне приобретали во время путешествий за границей. Теология и латынь были основными предметами обучения принца. Далее следовали риторика и диалектика, арифметика и геометрия, политика, история и юридические науки. Он изучил также новые языки и военное искусство, знание которого считалось в то время необходимым предметом при воспитании молодого принца. Знаменитый Морис Оранский, выдающийся полководец того времени, был предметом интереса и преклонения со стороны Густава Адольфа. Благодаря путешествиям в обществе своего отца, позднее в качестве слушателя на заседаниях совета, а затем в качестве господина в своем герцогстве Густав Адольф рано приобрел опыт в своем «ремесле». Еще подростком он следил за дипломатическими переговорами с иностранными державами.

Густав Адольф немедленно взял правление в свои руки, но он дал «королевское обещание» – документ, предоставивший совету и аристократии значительное влияние на управление государством. Это была реакция после политики Карла IX, который, не считаясь ни с чем, отстаивал прерогативы королевской власти. Высшее родовое дворянство одержало крупную победу. Эта победа была тем более значительной, что лидер знати в Государственном совете, государственный канцлер Аксель Уксеншерна, был выдающийся, умный и, несмотря на свою относительную молодость – ему было 28 лет, – опытный государственный деятель. В 1612 г. был издан акт о новых привилегиях, который еще более укрепил позиции аристократии. Этот акт значительно расширил те привилегии, которые были предоставлены шведскому дворянству актом 1569 г.

Перед новым правительством встали очень серьезные затруднения, прежде всего во внешней политике. Военные успехи Дании не прекращались, датские войска в мае 1612 г. заняли Эльфсборг.