Северная и восточная Тартария - Николаас Витсен

Москвы посол следовал лишь с небольшой свитой за армией по следующему пути: Переславль, Ярославль, Вологда, Тотьма, Устюг, Сольвычегодской, Кайгород, Солькамская, а оттуда далее, к сибирским городам: Верхотурье, Туринск, Тюмень, Тобольской, где он с сопровождающими его людьми и вещами оставался до весны и провел там 9 недель в приготовлениях судов для отрядов. 24-го мая они отправились оттуда по рекам Тобол и Иртыш водным путем до Самаровской, или Самарского Яма, а оттуда, вверх по реке Обь в Сургут и Нарым, к Нарымской реке и к реке Кеть, и дальше, к Маковскому, и без остановки, идя день и ночь, они прибыли в Маковский 15-го августа. Часто из-за сильного встречного ветра они должны были останавливаться. Оттуда они перешли реку Енисей и прибыли благополучно в город Енисейск, 12-го сентября (в другом рассказе об этом же путешествии, хранящемся у меня, говорится, что они там оставались с 6-го числа этого же месяца до 20-го). Далее они в течение 5 дней шли по этой же реке, и пришли к верхнему течению реки Тунгус[1215], где они должны были проходить через многие неописуемо высокие водопады. 29-го сентября они причалили к крепости Тунгус и там перезимовали, ввиду недостатка припасов и необходимых вещей на столько людей во время дороги. Лед становился крепче, так что они не могли продолжать свой путь. 15-го мая 1687 г. посол с его людьми отправился оттуда по реке Иркуте до крепости Иркутской, куда он прибыл 1-го августа и сразу же приготовил большие суда и тяжелые лодки. 1-го сентября, находясь в пути уже 8 дней (из-за сильного течения), они прибыли к реке Бойкаве, у которой тоже очень сильное течение. По этой реке они шли на лодках еще двое суток и пробились в урочище, местечко с названием Прорва, где сильный ветер разбил на куски 4 лодки с припасами. 28-го сентября 1686 г. они на судах пришли в Удинской, а оттуда направились к первой крепости в области Даурия под названием Баюла, которую называют воротами Даурии. Там есть река под названием Селенга, вытекающая из озера Байкал. Она течет к югу и к востоку. Там они перезимовали, ввиду того, что получили сообщение о том, что китайцы ушли из Даурии в июне, столкнувшись с мугальским ханом Ачароем и его братом Ширишей Босшином. В январе 1688 г. они напали на русских, которые окопались. Мугальский хан Ачирой имел армию численностью 15 тысяч человек его же народа, войска неопытные, но способные храбро штурмовать город и без страха лазать [на городские стены]. Малочисленная русская армия сражалась с этими мугалами в течение 5 часов около Селенгинска, и Бог охранял русских, так что погибло их мало, хотя было много раненых и изнуренных — они все лето бились, но со стороны врага погибло много тысяч, а остальные обратились в бегство. Это произошло в сентябре 1688 г., после того как мугалы ночью хитростью с большей частью своих сил перешли на русскую землю на расстояние 25 или 30 миль до Удинска[1216]. Русские об этом были предупреждены, преследовали их и убили 500 человек, остальных разогнали и привели армию в беспорядок. /W 866/ Много женщин и детей было захвачено в плен, а также бесчисленное количество лошадей, верблюдов, овец. После этого на границах свыше 50 000 семей мугалов[1217] перешли под покровительство Их Царских Величеств, поклялись в вечной верности и обещали платить дань. Эти народы причисляют эту область к Великой Тартарии. У них три хана, по имени Таршей, Ваштзе и Двоюссот, которые редко живут в дружбе и мире между собой. У них так много народа, что они могут вместе выставить 100 тысяч человек, и если бы этот народ объединился, они могли бы творить великие дела. 20-го мая 1689 г. царские отряды вошли в Даурию и подошли к крепости Рыбной 19-го сентября, а далее, через очень высокие скалы, в Нерчинск, главный город Даурии, где до того времени жил известный тунгус, князь Даурии[1218]. После того, как синцы узнали о прибытии русских, они храбро пошли на них, и водным путем, и сушей; их армия составляла 30 000 человек. С собою у них было 70 металлических пушек и одна мортира. В числе них видели 3 000 мушкетеров. Остальные носили стрелы, луки и пики; большинство были верхом. У хана были при армии следующие послы[1219]; полководец отряда телохранителей хана, по имени Самагату и один полководец и еще тайный советник, наместник хана, и два туркмена, из виднейших родственников, и дядя хана и еще другие высокопоставленные чиновники. Они дважды отправляли свое посольство к московитам и вели переговоры без какого-либо успеха. Но когда они увидели, что русская армия так слаба, они решили напасть на нее со всей своей армией. Русские, хорошо укрепившись в городе[1220] Албазине, (ибо досюда русская армия, которую враг тесно окружил и осаждал, дошла), им мужественно сопротивлялись, потом постепенно делали вылазки и возвращались часто с большими успехами. Эти немногочисленные московитские солдаты оставались в осаде и окружении у синской, значительно большей, армии в течение более 16[1221] недель, но они понесли мало потерь, хотя ежедневно их отряды дрались в рукопашных боях с синцами и стреляли друг в друга. Эта осада сильно сократила съестные и военные припасы русских.

Поэтому был заключен договор недалеко от Нерчинского, как говорят, из следующих пунктов:

I. Местность, называемая Обулон[1222], небольшого значения, отдается синцам.

II. Все разногласия, имевшие место до сих пор, будут преданы вечному забвению и границей между обоими государствами будет служить река Горбица, расположенная около реки Нерчинской, в которую с левого берега впадает река Албазин, и [сама] впадает ниже в большую известную реку Амур.

III. Город Албазин будет снесен и все, что в нем находится, перенесено на землю Их Царских Величеств, и ни одна из двух сторон не построит вновь и не заселит его.

IV. Купеческие люди могут с обеих сторон свободно и беспрепятственно торговать в обоих государствах и в тех городах, где захотят[1223].

Мугалы — это неопытные воины, и они не упражняются в войне, но можно считать великим чудом Божьим, что русские в таком небольшом количестве смогли удержаться против стольких язычников и еще подчинить себе часть мугал и заключить с синцами вечный мир.

Относительно этих беспорядков мне попало в руки письмо, посланное из Сины в Москву, следующего содержания.

ПЕРЕВОД

письма, написанного