История Швеции с древнейших времен до Первой мировой войны - Ингвар Андерссон

– с единственного направления, откуда морская держава Дания со своим выросшим при Кристиане IV флотом действительно была уязвима. Только таким образом можно было лишить военного значения пояс пограничных укреплений, возведенных Данией в Сконе. Сама мысль о подобном нападении часто возникала уже во времена Густава Адольфа. Она была естественным следствием той балтийской политики, которая постепенно оформилась в Швеции.

Осенью 1643 г. Леннарт Торстенссон, согласно решению Государственного совета, повел свои войска на север из Моравии, где он в то время находился, а к новому, 1644 г. он был уже в Ютландии. Вскоре после этого Густав Хурн, жестоко опустошая местность, вторгся в пределы Сконе и Халланда. В исходе войны большую роль сыграл видный представитель нидерландского капитала Луи де Геер, который частным образом снарядил в Голландии для помощи Швеции флот. Окончательный результат хорошо известен. Произошел поворот в восьмидесятилетней борьбе за власть на Балтийском море. После длительных, проходивших с переменным успехом переговоров в Бремсебру были выработаны (1645) условия мира: Дания принуждена была отказаться от островов Готланда и Эзеля – своих стратегических опорных пунктов в восточной части Балтийского моря; Дания уступала Халланд на 30 лет, что открывало перед Швецией многообещающие перспективы захвата морских путей. Кроме того, Швеция получила области Ёмтланд и Херьедален. Таким образом, в результате мира, заключенного в Бремсебру, была расширена балтийская держава, созданная Густавом Адольфом, и была достигнута гарантия безопасности путей сообщения между Швецией и Западной Европой (через Халланд). Так был нанесен удар господству Дании над выходом из Балтийского моря.

За те годы, когда с таким успехом проводилась внешняя политика Уксеншерны в Дании и Германии, где победоносный Торстенссон продолжал вести войну, королева Кристина стала совершеннолетней и вступила в управление государством. Вставал вопрос, способна ли королева противопоставить свой личный авторитет и королевскую власть высшей аристократии, которая более десяти лет держала в своих руках управление страной и добилась, по крайней мере во внешней политике, значительных успехов. Можно было предположить, что восемнадцатилетняя девушка на троне Вазы будет только марионеткой в большой политической борьбе за власть. Ее личные качества имели решающее значение для ее политической судьбы. По замечательному совпадению обстоятельств здесь повторилось то же, что произошло при вступлении на престол ее отца.

Кристина вовсе не была склонна делать уступки дворянству. Но ее положение было трудным. Она была молодой, неопытной девушкой. Наследника по мужской линии не было, так как Государственный совет ни под каким видом не соглашался на передачу шведского трона сыновьям сестры Густава Адольфа (она была замужем за пфальцграфом Иоганном Казимиром). Можно было думать, что ближайшей задачей должно было стать замужество Кристины в интересах обеспечения престолонаследия и продолжения королевской династии. В этом случае единственной кандидатурой мог быть двоюродный брат королевы Карл Густав, старший сын Иоганна Казимира. Но были и другие планы для обеспечения престолонаследия и наследственности королевской власти. Они созревали постепенно, по мере того, как Кристина приобретала опыт в искусстве политики. Уже в 1648 г., в последний год Тридцатилетней войны, ей удалось назначить Карла Густава генералиссимусом шведской армии. Партии Уксеншерны и Карла Густава в течение многих лет находились во вражде между собою, скорее тайной, чем открытой. То, что Кристине удалось добиться назначения двоюродного брата, показывает, что теперь, через четыре года после совершеннолетия, она действительно была правящей королевой.

Королева очень желала ускорить заключение мира. Общее положение в стране помогло ей в этом. Простой народ находился в бедственном состоянии. Хотя для ведения войны все более широко привлекались наемные войска и армия содержалась в основном за счет ресурсов Германии, бремя рекрутских наборов продолжало еще оставаться тяжелым. Тяжко было для народа и налоговое бремя. Положение было еще терпимо в урожайный год, но в неурожайные годы, которых нельзя было избежать при несовершенных методах обработки земли того времени и при отсутствии осушительных работ, нужда была очень велика. Часто во время заседаний риксдага крестьяне выражали недовольство. Страна хотела мира. Переговоры о нем велись в течение многих лет в вестфальских городах Оснабрюке и Мюнстере. Успехи Торстенссона в первой половине 40-х гг. несколько облегчили положение Швеции, и его преемник Карл Густав Врангель вместе со знаменитым французским полководцем Тюренном совершил несколько успешных походов в Южную Германию. В последний год войны шведский генерал Кенигсмарк обрушился на часть Праги, расположенную за рекой Молдавой, где находился знаменитый замок Градчин и много других богатых дворцов. В руки победителей попала богатая добыча. В числе многих других сокровищ шведы захватили здесь драгоценнейшую старинную Библию на готском языке, так называемую «серебряную Библию» (она находится теперь в университетской библиотеке в Упсале), а также скульптурные произведения, находящиеся теперь в парке замка Дроттнингсхольма. Указанный эпизод во многих отношениях типичен для методов ведения Тридцатилетней войны в последние годы.

В октябре 1648 г. долгожданный мир наконец наступил. Все участники войны были «удовлетворены» за счет Германии, и представителям Швеции на мирном конгрессе удалось закрепить за ней значительные владения в Германии. Прежде всего Швеция получила Померанию к западу от нижнего течения Одера (так называемую Переднюю Померанию) вместе с померанскими областями, лежащими вдоль восточного побережья этой реки. Таким образом Швеция получила контроль над речными путями из Померании и частично из Бранденбурга, простирающимися до Балтийского моря. Далее Швеция получила город Висмар, недалеко от Любека, за ним Бремен и Верден у берегов Северного моря. Эти последние области были захвачены вопреки желанию Дании – ими владел будущий король Дании Фредрик III. Конечные результаты Тридцатилетней войны не соответствовали планам Густава Адольфа. Но эти результаты, во всяком случае, имели большое политическое и экономическое значение: балтийские владения Швеции были расширены; под шведским контролем оказалось еще одно важное устье реки; другие устья входили в сферу шведского влияния. Наконец, Швеция могла со своих новых позиций к юго-западу от Голштинии оказывать давление на Данию, все еще единовластно державшую в своих руках контроль над путями в Балтийское море.

К этому, однако, нужно добавить другие, менее выгодные с точки зрения внешнеполитической, результаты, которые принесло с собой заключение мира. До сих пор Нидерланды в борьбе за dominium maris Baltici (господство на Балтийском море) стояли на стороне Швеции. Когда же Швеция превратилась в такую мощную державу, Нидерланды решили перейти на сторону Дании, для того чтобы в своих же интересах сохранить равновесие на Балтийском море. Союз между Нидерландами и Данией был заключен уже в 1649 г. Кроме того, Швеция, благодаря своим немецким владениям, стала частью Священной Римской империи германской нации (как называлась тогда Германия) и гарантом мира. Ей пришлось определять свое отношение ко многим