Царство Зыбучих Песков - Андрей Сергеевич Минин

Я заметил что из окон за нами наблюдают жители острова. Взрослые. Дети. Все смотрят на нас с надеждой и гордостью. Кроме флегматичных котов, что просто сидят на подоконниках, греют на солнышке пузико и благородно умывают свои мордочки.

Остановились перед пятиэтажным жилым многоквартирным домом сложенным из темного кирпича. По моим прикидкам от порта нас отделяет несколько улиц. Из-за них ничего не видно и не слышно. Неестественная тишина… Ни стрельбы, ни заполошно гавкающих собак. Очевидно солдаты противника еще далеко.

Я посмотрел на «коллегу», ожидая от него неких указаний, но красный от гнева бакалавр словно набрал в рот воды. Обиделся на меня и старался не смотреть в мою сторону. Идиот.

Слово был вынужден взять его водитель, что все это время с затаенной усмешкой посматривал на своего глупого командира в зеркало заднего вида.

— Капитан, — обратился он ко мне с глубоким уважением в голосе.

Занятно. Похоже водитель и не водитель вовсе. Ума у него точно больше чем у бакалавра.

— Четвертый этаж дома освобожден от жильцов. Вашей роте приказано занять позиции на этаже и крыше. Держать оборону на этой улице. Со всех сторон вас подпирают другие роты, точно также возглавляемые бакалаврами и даже младшими магистрами. Новые приказы будут поступать к вам через эфир. На этом все.

— Спасибо, сержант, — похлопал я его по плечу и покинул машину, взвизгнувшую шинами и умчавшуюся назад, в центр города.

Я подозвал лейтенантов.

— Жешув, Ырхаз. Четвертый этаж и крышу отдали нам. Поднимаемся и устраиваемся. Возможно мы здесь надолго.

— В доме остались жильцы, — сообщил мне Жешув, словно бы я сам не вижу их прижатые к окнам лица за колыхающимися занавесками. — Если мы будем стрелять, эти собаки — церковники — не будут разбираться и ответная стрельба покрошит стекла в их квартирах и определенно зацепит гражданских.

Я поморщился.

— Думаешь я этого не понимаю? В доме как я вижу есть подвал. Пусть прячутся там. Пройдитесь по квартирам. Пообщайтесь с жильцами и объясните им что делать. И неплохо будет если они перенесут туда лишние кровати, запас продуктов и воды.

Топот сотни сапог по лестнице. В солдатах нет страха. Лишь веселье. Они ждут врага и хотят пострелять. Страх появится когда прольется кровь.

Какая-то заминка на лестничной площадке. Я проталкиваюсь вперед и застаю на четвертом этаже пятерку незнакомых магов-неофитов и двух учеников. Тития и Иргу.

— Вы откуда здесь?

— Приданы в усиление роте. Пришлось подсуетиться чтобы попасть к тебе, — хмыкнул друг задорно улыбаясь и почесывая в смущении затылок.

Ирга же в противовес — смотрела на меня кипя возмущением. Открывала и закрывала рот — не в силах вымолвить ни слова. Топала зло ногой о пол и с ненавистью осматривала мою шляпу и форму. У нее разве что пар из ушей ни шел.

— Кай! Ты смотришься нелепо! — Начала она отчитывать меня, но так чтобы этого не слышали посторонние. — Бакалавр должен выглядеть представительно. Сколько раз я тебе об этом твердила? Что за чудо у тебя на голове? А это? — Вытащила она из моего кармана забытый там пучок травы.

Солдаты, старшие и младшие офицеры обошли нас стороной и начали осматривать этаж и квартиры.

Смешная она.

— Знаешь что я понял будучи бакалавром?

— Что? — Набычилась девушка, скрестив руки под грудью.

— Важна лишь сила.

— Бред! Титий! — Аппелировала она к своему мужчине. — Скажи ему!

— Эм-м-м… Милая…

— Ах, так?

Пока они выясняли отношения, я обратился к неофитам.

— Вы тоже мое усиление?

Выяснив для себя все что хотел, и даже не разочаровавшись — я изначально ни на что не рассчитывал, я остановил пробегающего мимо меня сержанта и приказал ему приставить магов к работе. Выдать оружие, раз уж они сами не позаботились об этом. Хоть так принесут пользу.

Кутерьма продолжалась весь день. У окон и на крыше оборудовались позиции для стрельбы. Выставлялись посты. Определялись места для сна и так далее.

Я же нащупав тень разума находящихся рядом бакалавров связался с ними и пообщался. Они, как и я, ничего не знают. Штаб же велит нам молчать и слушать приказы, которые пока сводятся к одному — ждем…

Чего ждем? Кого ждем?

И снова это предчувствие близкой беды… Задумавшись, я выбился из потока уделив все свое внимание эфиру. Потерял счет времени и Ирга, чтобы растормошить меня, дернула мой нос. Я фыркнул и рассмеялся.

— Ты меня слушаешь? — Уточнила она, заглядывая в мои глаза. — Ты уже несколько часов неподвижно стоишь и смотришь в окно. Хватит. Ты всех пугаешь.

— Да-да. Извини.

Я встряхнулся.

— Идем. Где вы там обосновались? Для меня найдется место и кружечка горячего чаю?

— Найдется, — проворчала она, беря меня за руку и утаскивая в их с Титием берлогу.

Попивая в приятной компании чай, я отдыхал. Слушал щебетание волнующейся, но старающейся не показывать этого Ирги над ухом. Уважительно кивал Титию, терпящему это прекрасное бедствие изо дня в день. И с любопытством смотрел на своих лейтенантов присоединившихся к нам в процессе чаепития. Мужики вымотались. Красные, потные. Немного злые.

— Душно, — оправдался лейтенант Ырхаз, заметив мой взгляд задержавшийся на его руке, которой он обмахивался.

Я ничего не сказал, лишь едва кивнул, а сам задумался о том что даже немного скучаю по тем временам когда мне было жарко или холодно. Не скучаю я только по поту.

После доклада своих лейтенантов и наиболее доверенных младших офицеров — я отпустил их спать. Суматошный день. Даже Ирга скакавшая козочкой вокруг меня и та умаялась и теперь спит в обнимку с Титием, дергая во сне ножкой и спихивая его на пол.

Улыбнувшись, я ушел проверять караулы.

Штаб молчал, и мне тоже удалось поспать, но из-за трансформации «серого тела» встал я раньше всех (мне хватает трех часов сна). Ночь еще не закончилась. Улицы освещены зеленоватым светом фонарей. Солдаты что всматриваются в сторону порта тихонечко перешептываются и радуются прохладе, что пришла с моря. Они не замечают что за прохладой пришли и облака.

Я прислушался.

Эфир гудит словно пчелиный рой. Слышу чужие песнопения. Пытаюсь их понять, и меня мутит. Пришлось прекратить.

— Начинается… — Прошептал я, наблюдая за небом наливающимся чернотой.

Воздух сгущается. Сверкает первая молния, а за ней, с задержкой