Африка — земля парадоксов - Владимир Алексеевич Корочанцев

плоть. Пациенты шли самые разные. Нестарая еще женщина горестно сетовала, что ее супруг Яхья за кружкой пальмового вина слишком подружился с Себери, соседом, и теперь возвращается домой поздно и навеселе.

— Он опух от спиртного! С ним не о чем поговорить с тех пор, как он повелся с забулдыгой Себери. Его и мужчиной теперь не назовешь. У нас всего восемь детей. Уже полтора года я не знаю счастья материнства. Вся деревня смеется над нами, — причитала она. — Помоги, Каменде, всемогущий любимец предков!

— Хм, вот беда так беда, — согласился с несчастной женщиной знахарь. — Надо что-то делать.

Он взял пучки собачьей, обезьяньей, кошачьей и мышиной шерсти, спутал их, положил комок на табурет перед собой, затем, держа в руках гибкий прут, торжественно произнес:

— Если собака и обезьяна, кошка и мышь смогут договориться между собой, то пусть поладят Яхья и Себери. В противном случае пусть они рассорятся и разойдутся.

Закончив заклинание, он резко хлестнул раз, другой, третий прутом по шерсти, разметав ее в стороны.

— Теперь иди к себе и будь спокойна, — сказал он посетительнице, получая мзду в виде курицы. — Рано или поздно их дружбе настанет конец.

И надо же — на следующий день Эффа сообщил мне, что тем же вечером, перебрав маленько пальмового вина и рисового самогона, закадычные собутыльники повздорили из-за пустяков и подрались.

Большой контингент жаждущих помощи составляли мужчины, чей возраст перевалил за средний. В хижину, уважительно поклонившись, вошел цветущий на вид человек в голубом бубу, здоровяк, косая сажень в плечах.

— Э-э-э, в наш птичник залетел орел! — чуть ли не с подобострастием пропел лекарь, успев шепнуть нам, что пациент занимает высокий пост в префектуре. Эту аллегорию употребляют, когда в деревню является важная персона.

Смущенно покосившись на Анри и на меня, чиновник скороговоркой, невнятно пробурчал свою просьбу знахарю. Тот быстро осмотрел больного, заглянув ему в глаза так глубоко, что он заморгал.

— Конечно, порошка из носорожьего рога я вам, досточтимый Амаду, не предложу. Носороги нынче у нас почти перевелись, да и порошок этот даже для вас дороговат, но кое-что у меня найдется.

Он кивнул на полку, где в беспорядке сгрудились склянки с порошками всех цветов радуги — светло-розовыми, насыщенно-синими, резко-желтыми и нежно-зелеными. Тут же лежали пучки листьев, трав, горки корней, коричневых и желтых побегов, хвосты каких-то животных, панцири черепах, лоскуты змеиной кожи — патентованные средства Каменде от импотенции.

— Я присоветовал бы вам, Амаду, лекарство, которое поутру получил из Абиджана, — промолвил Каменде. — Порошок канкан. Слава о нем гремит по всей Западной Африке. Думаю, что ваши пять жен останутся довольны. Вот только подойдет ли вам цена? Лекарство-то привозное…

— Сколько? — нетерпеливо перебил пациент.

— Восемьсот африканских франков столовая ложка.

— Бог с ними, с деньгами. Не в них счастье. Давай три ложки! — почесав в затылке, деловито потребовал Амаду.

— И амулет? — справился Каменде.

— И то и другое, дружище. А как принимать канкан?

— По щепоти в воде за час до заката — и ты будешь грознее гориллы.

— А все-таки вы заломили за лекарство! — не сдержался я, когда стареющий полигам вышел.

— Флейтисту иногда приходится прерывать игру, чтобы вытереть себе нос, — возразил Каменде. — Даже знахари должны получать вознаграждение. Кто приносит курицу, кто — бутыль, ну а деньги-то зачем упускать?

«Если бы хоть реклама снадобья соответствовала действительности…» — подумал я. Впоследствии корреспондент агентства Франс Пресс в Абиджане Патрик ван Рексген рассказывал, что пытался разведать состав этого порошка, но безуспешно.

— Единственное, что удалось разузнать, — развел он руками, — делают его на растительной основе. На африканских рынках можно приобрести кусочки мягкой белой древесины, в обиходе именуемые «зарядным устройством». И жуют, высасывая сок, и верят, что вместе с ним вновь обретают утерянную мужскую силу.

Наутро Амаду и его пять верных подруг жизни гоголем ходили по деревне и, не жалея голосовых связок, славили «лучшего в мире знахаря», а младшая жена исцеленного милая Аминату по собственной инициативе привела чудодею в дар козу.

У народа маса (Камерун и Чад) юношей перед свадьбой держат шесть — восемь месяцев на стимулирующей диете из молока и меда. Маса считают, что выполнение супружеских обязанностей требует в условиях знойного климата большой затраты сил, — а ведь у мужчин нередко бывает по нескольку супруг.

Традиционные лекари врачуют с достаточной эффективностью, позволяющей поддерживать здоровье основной массы населения, поскольку их приемы и средства «терапии» соответствуют окружающей среде.

Более двух десятилетий группа психиатров, психологов и нейрохирургов под руководством профессора Анри Коломба занималась в дакарской клинике «Фанн» лечением душевных заболеваний.

— Мы сразу заметили, что африканцы плохо поддаются принятым у нас методам, — говорит профессор. — Для знахаря же помочь больному — пара пустяков.

В лучшем случае лишь один из десяти жителей стран к югу от Сахары пользуется «официальными» лекарствами, говорилось на конгрессе Межафриканской фармакологической ассоциации в Дуале (Камерун). Причин тому множество, но прежде всего — большинству африканцев аптечные препараты не по карману. В деревнях аптек нет. Более того, считается, что расширять их сеть нецелесообразно из-за низкой покупательной способности населения. На всем континенте реализуется менее 3 процентов медикаментов из общего объема их поставок на мировой рынок.

Однако, по мнению специалистов, Африка далеко не беззащитна перед лицом болезней, поскольку 70 процентов импортных препаратов можно заменить дешевыми средствами народной медицины. Травы, кора, корни, плоды и листья целебных растений способны стать ценным подспорьем и для дипломированных медиков.

Дары «зеленой аптеки» несут здоровье людям в десятках африканских стран, особенно на Мадагаскаре, в Танзании, Руанде, где серьезно изучают свойства растений, лечебную практику местных знахарей. Так, руандийский аспирин получают из растения, называемого «умуравумба».

— Наши сотрудники описали в Танзании 2683 лекарственных растения, — сообщил в Дар-эс-Саламе директор департамента научных исследований в области традиционной медицины клинического центра «Мухимбили» Э. Мшиу. — Столетиями в тайны целебных трав был посвящен узкий круг потомственных знахарей, среди которых встречаются и недобросовестные люди. В лабораториях нашего центра проводится экспериментальный отбор растений, на основе которых потом изготавливают лекарства. При фармацевтическом заводе в Дар-эс-Саламе организована специализированная лаборатория, где будут производиться препараты из растений, рекомендованных учеными.

…Каменде проводил нас до речки. Перед тем как распрощаться, мы присели на поваленное ураганом дерево на краю просторной поляны. Зелень оживляли голубовато-сиреневые цветки вероники.

— Теперь остается лишь пожелать вам доброго пути. В нашем народе гостя за реку никогда не провожают, — дважды повторил знахарь старую-престарую пословицу.

Понятие о километрах или иных мерах длины в деревнях народности бети приживается туго. Веками люди отмеряли дорогу по рекам: они служили естественными границами территорий племен и народов. Если