Волшебные витражи. Удивительные истории - Юлия Чернухина

Мальчик поверил отцу. Но через какое-то время его одолело любопытство: ну что это за материал, который позволяет строить пароходы, а плавать им нельзя?! Разве так бывает?

И вот однажды, когда дома никого не было, мальчик достал тазик, налил туда воды и поставил в комнате на пол. Тазик был пластиковый, лёгкий, и воды мальчик налил немного – только чтобы его пароходик поплавал чуть-чуть. Мальчик аккуратно опустил «Друга» в тазик. Пароходик прекрасно себя чувствовал в воде. Тогда мальчик решил испытать его и устроил небольшую бурю. Пароходик по имени «Друг» храбро сражался с волнами, но вдруг начал терять свою боевую форму, расползаться. Скоро на воде остался плавать только лист бумаги с надписью «Друг». Мальчик сначала не понял, что произошло. Когда же он дотронулся до промокшего листа и понял, что остался без «Друга», слёзы хлынули у него из глаз. Он винил себя в том, что убил своего «Друга».

Тут как раз и родители вернулись. Увидев рыдающего сына, мать хотела подбежать и взять его на руки, успокоить, но отец удержал её за рукав.

– Я сам всё объясню, – печально произнёс он.

Он подошёл к заплаканному сыну, крепко его обнял и спросил:

– Теперь ты понял, что случается, если ты не веришь словам близких людей? Ты потерял «Друга». Это очень печально. Но я обещаю тебе помочь.

Мальчик так обрадовался, что даже не спросил как.

Отец тем временем сходил в магазин игрушек и купил там самый настоящий управляемый крейсер. Конечно, он был игрушечный, а пульт – на батарейках, но ведь он мог плавать! А сыну отец сделал ещё один пароходик из бумаги. Тот назвал его «Новым Другом». И неизвестно, какому пароходику мальчик радовался больше: тому, который мог плавать по воде, или своему бумажному «Новому Другу», который каждый вечер занимал своё место на тумбочке.

Мальчик не экспериментировал со своим «Новым Другом» – понимал, как это опасно. И как больно терять друзей.

Деревенские истории

Неожиданность

Произошло это в русской деревеньке Тульской области. Деревенька была небольшая, полузаброшенная. Из сорока жилых дворов всего десять-пятнадцать осталось. И очень живописная – вся в громадных старых вётлах, стволы – в три обхвата. Луга с васильками да ромашками, до леса рукой подать. А воздух такой, что им не дышать хочется, а пить, – с запахом разнотравья, чуть сладковатый.

Вот на лето внуков-правнуков и привозили к бабкам-нянькам. Поди плохо – воздух свежий, всё с огорода без всяких добавок, ягоды-фрукты свои. А в лесу грибов косой коси, земляничные поляны такие, что и про грибы забываешь. А собирать-то некому. Вот и растёт всё.

Одним словом, ребятне раздолье. А тут ещё и прудик дикий, с ключами холоднющими – поэтому не высыхает.

Пошли как-то Оля, Тимоха и Димка на рыбалку. На карасика. Просто для интереса. Оля была местной, а мальчишки – приезжими, городскими. Но дружили уже не первый год – даже переписывались, когда по своим городам разъезжались. Было им по десять-одиннадцать лет. Бабки-няньки не волновались: взрослые уже, понимать должны ответственность. И ведь понимали: не город – не забалуешь. Здесь всё по-взрослому.

Вечером отпросились, подготовили приманку, собрали удочки, перекусить взяли. А с рассветом к прудику и двинулись. Пришли, снасть разложили, еду – в тенёк. И сели, каждый на своём месте, с удочкой.

А день выдался погожий, солнечный. Ни ветерка, ни облачка. Только на поверхности пруда солнечные зайчики играют.

Начались у ребят поклёвки. А через некоторое время и карасики в ведёрке с водой появились.

Сидели они под старой большой ветлой. Она ветви в разные стороны раскинула – хорошо под нею, тенёк и не жарко.

И только Оля подсекла своего первого карасика, как прямо над ней, на ветле, раздался сухой треск. Небольшая сухая ветка стукнула Олю в лоб. Ветка была лёгкая и тонкая, поэтому вреда не причинила. Но, как назло, на ветке сидела оса – видно, тоже в тенёчек прилетела передохнуть от жары. Ну и, конечно, оса-то и не выдержала такого отношения к себе – вонзила жало куда пришлось. А пришлось в лоб Оли. Оля была девочка терпеливая, но от неожиданности визгнула так, что не только ребят, но и рыбу распугала. Лоб раздуло, и на этом, к огорчению всех, рыбалка закончилась.

Тимоха и Димка всё побросали и отвели Олю домой, рассказали, что произошло.

К гордости ребят и самой Оли, девочка не проронила ни слезинки.

Вот так. Оказывается, и осам тенёк в жару нужен.

Качели

Однажды ребятня, которую родители вывезли из города в деревню на лето (а было это под Смоленском, в деревне Озеречня), решила повесить качели.

Деревня по тому времени хоть и вымирала, но была большой: ещё многие там жили, свой век коротали. Места красивые, грибов-ягод всегда пропасть сколько. Даже дикая малина росла – самая вкусная из всех сортов малины.

Так вот, приехали к родне погостить два брата и сестра. Братья родные, а сестра – двоюродная. Сестра, как и положено, самая старшая: ей было одиннадцать лет, а мальчишкам – десять и пять.

Жили они дружно, играли, гуляли вместе. Даже за грибами их втроём отпускали. Сестру звали Ларисой, старшего брата Сашкой, а младшего – Пашкой.

Надо сказать, что у дома, за заборчиком, ветла росла раскидистая, старая. И нижняя ветка как раз на хорошей высоте для качелей была. Вот ребята и решили, что качели им ну просто ужас как нужны. Да и что там за качели: типа тарзанки. Толстый канат через ветку, а к низу каната привязать палку потолще да понадёжнее. Канат ногами обхватишь, на палку сядешь – а тебя раскачивают. Ну и при хорошем раскачивании высоту можно набрать – просто у-ух!

Взрослые помогли и канат как следует привязать, и палку, на которой сидеть. Договаривалась Лариса – как старшая.

Пока качели вешали, там, где палка болталась, какой-то мусор остался. Тогда Лариса взяла эту палку-качели, уже привязанную к канату, и сказала младшему Пашке: «Ты постой пока с палкой – я мусор из-под ног уберу, чтобы удобно было».

Отвела она Пашку подальше от ствола, чтобы не мешался. А тот стоит, глазёнками хлопает.

Только Лара убрала