Путешествие к центру Земли. Путешествие и приключения капитана Гаттераса - Жюль Верн

Джонсон стоял у руля; бриг, приводимый в движение винтом, пенившим волны, ринулся в свободный проход. Едва «Форвард» успел пройти канал, как стены ледяной тюрьмы снова сомкнулись.

Это было грозное мгновение. Лишь одно спокойное отважное сердце не дрогнуло при этом – сердце капитана. Экипаж, изумленный этим смелым маневром, не мог удержаться от криков:

– Ура! Да здравствует капитан Джон Гаттерас!

В среду 23 мая «Форвард» продолжал свое опасное плавание, искусно лавируя между паковым льдом и айсбергами благодаря пару – этой послушной силе, не бывшей в распоряжении многих мореплавателей, отправлявшихся в полярные моря. Казалось, бриг резвился среди пловучих ледяных скал и, словно конь, покорный опытному наезднику, повиновался малейшему желанию своего капитана.

Заметно теплело. В шесть часов утра термометр показывал +26°(–3°Ц), в шесть часов вечера +29°(–2°Ц), а в полночь +25°(–4°Ц); дул слабый юго-восточный ветер.

В четверг в три часа утра «Форвард» находился в виду залива Владения на американском побережье, при входе в пролив Ланкастера. Вскоре показался мыс Бёрни; несколько эскимосов направились было в каяке к бригу, но Гаттерас не стал их ждать.

Вершины Байам-Мартина, господствующие над Ливерпульским мысом и оставшиеся влево, скрылись в вечерней мгле, не позволявшей разглядеть мыс Хей. Впрочем, он весьма невысок и сливается с прибрежными льдами – обстоятельство, весьма затрудняющее гидрографические исследования в полярных морях.

Тупики, утки и белые чайки появлялись в большом количестве. Наблюдение показало 74°01′ широты, хронометр – 77°15′ долготы.

Горы Екатерины и Елизаветы возносили над облаками свои снежные вершины.

В пятницу в шесть часов бриг миновал мыс Уорендер на правом берегу пролива, а на левом – залив Адмиралтейства, еще мало исследованный мореплавателями, которые всегда спешат на запад. Море волновалось довольно сильно, и нередко волны перекатывались через палубу брига, оставляя на ней куски льда. Северное побережье было каких-то странных очертаний: гладкие, как стол, плоскогорья отражали яркие лучи солнца.

Гаттерас хотел было пройти вдоль северных берегов, чтобы поскорее достигнуть острова Бичи и входа в пролив Веллингтона, но сплошные гряды льдов, к его великому огорчению, заставили его идти южными проливами.

Поэтому 26 мая «Форвард», среди тумана и падавшего снега, оказался у мыса Йорк, заметного по своей очень высокой, почти отвесной горе. Небо немного прояснилось, к полудню на несколько мгновений выглянуло солнце, и удалось произвести довольно точное определение места, давшее 74°4′ широты и 84°23′ долготы. Итак, «Форвард» находился у конца пролива Ланкастера.

Гаттерас показывал доктору на карте путь, которым шел «Форвард» и должен был идти в дальнейшем. В данный момент положение брига было весьма интересно.

– Мне хотелось бы, – сказал Гаттерас, – находиться еще севернее, но что невозможно, то невозможно... Взгляните, мы сейчас вот в этом месте.

И капитан указал на карте пункт невдалеке от мыса Йорк.

– Мы сейчас на перекрестке, открытом для всех ветров; он образован устьями проливов Ланкастера и Барроу, пролива Веллингтона и пролива Регента. Здесь побывали все мореплаватели, отправлявшиеся в полярные воды.

– Как видно, – ответил доктор, – они находились здесь в очень затруднительном положении. Это, как вы сказали, настоящее распутье, где скрещиваются четыре больших дороги, а между тем я не вижу верстовых столбов, указывающих верный путь. Но как же в подобном случае действовали Парри, Росс и Франклин?

– Они бездействовали, доктор, и только подчинялись обстоятельствам. Выбора у них не было, смею вас уверить. Случалось, что пролив Барроу закрывался для одного из них, а на следующий год открывался для другого; случалось также, что корабль относило к проливу Регента. В результате всего этого лабиринт здешних морей был исследован.

– Какая удивительная страна! – сказал доктор, разглядывая карту. – Она вся изрезана, раздроблена, искрошена без всякого, повидимому, порядка, без всякой логики. Кажется, будто земли, прилегающие к полюсу, нарочно измельчены таким образом, чтобы затруднить к нему доступ. А между тем в южном полушарии материки завершаются ровными, удлиненными оконечностями, каковы мысы Горн, Доброй Надежды и Индийский полуостров. Быть может, такие очертания материков вызваны большей быстротой вращательного движения Земли под экватором. Быть может, земли, удаленные от экватора и на заре мироздания находившиеся еще в жидком состоянии, не смогли сплотиться, слиться между собой в силу недостаточно быстрого вращательного движения.

– Возможно, что и так, ибо все в мире совершается по законам логики и ничто не происходит без причин, которые иногда бог позволяет разгадывать ученым. Поэтому, доктор, пользуйтесь его разрешением.

– К сожалению, я вынужден быть очень осторожным в своих выводах. Но какой страшный ветер господствует в этом проливе! – прибавил доктор, нахлобучивая шапку на уши.

– Да, здесь особенно свирепствует северный ветер, отклоняющий нас от нашего маршрута.

– В таком случае он должен был бы отбросить льды к югу и очистить нам дорогу.

– Совершенно верно, доктор, но ветер не всегда делает то, что ему следовало бы делать. Посмотрите, это скопление льдов, повидимому, непроходимо. Что ж, мы постараемся достигнуть острова Гриффита, затем обогнем остров Корнуоллиса и пройдем в пролив Королевы, минуя пролив Веллингтона. Но я непременно хочу пристать к острову Бичи и запастись там углем.

– Запастись углем? – с удивлением спросил доктор.

– Конечно. По распоряжению адмиралтейства для снабжения углем будущих экспедиций на острове Бичи были оставлены большие запасы, и сколько бы Мак-Клинток ни забрал в августе тысяча восемьсот пятьдесят девятого года, остатков хватит и на нашу долю, будьте уверены, доктор.

– В самом деле, – сказал Клоубонни, – эти области исследовались в течение пятнадцати лет, и до тех пор, пока не было установлено, что экспедиция Франклина погибла, адмиралтейство постоянно держало в полярных морях пять или шесть кораблей. Если не ошибаюсь, остров Гриффита, который я вижу вот здесь на карте, находится почти в центре этого района и служил сборным пунктом мореплавателей.

– Вы