Тайны земли. Археология России - Анджей Анджеевич Иконников-Галицкий

сильного пожара: слой, соответствующий шестому строительному этапу, перекрыт мощным горелым слоем. Когда это произошло? Трудно сказать – датирующих предметов в материалах раскопок очень мало. Скорее всего, беда случилась в XI веке; более поздняя крепость (7-й строительный этап) была воздвигнута над пожарищем, судя по находкам, в конце этого или в начале следующего столетия. Что стало причиной гибели укреплений 6-го этапа – набег степняков или жестокая борьба между князьями Рюрикова рода? И на этот вопрос материалы раскопок ответа не дают.

Старая Рязань

Столетие после Крещения стало для Руси временем быстрого роста и интенсивного развития; следующее столетие – временем расцвета сил материальных и духовных. Из разнородного материала – из кривичей, словен, полян, мери, северян и прочих – сложилась древнерусская народность. Ее представители оставались в домашнем обиходе и словенами, и кривичами, и северянами, и мерянами, но все вместе сделались русичами. Их объединяли три скрепы: вера православная, «язык словенск», власть князей Рюрикова рода.

На протяжении XI века Русь неторопливо и неуклонно продвигалась на восток и северо-восток, вбирая в себя земли и народы: весь, мурому, мещеру, мордву. В новоосвоенных пределах появлялись новые города – очаги обороны, центры хозяйственной, общественной и духовной жизни: Ярославль, Суздаль, Мстиславль, Владимир… Но в этом росте заключены были семена грядущего распада. Обширные области, отделенные друг от друга дремучими лесами, непроходимыми болотами, гигантскими бездорожными расстояниями, невозможно было контролировать из единого центра. По мере расширения Древнерусского государства неизбежным становилось его разделение. Этому способствовали и конфликты между представителями умножившегося княжеского рода.

Одним из городов, возникших в результате продвижения русичей на восток, была Рязань. Она впервые упоминается в Лаврентьевской летописи под 1096 годом в связи с той борьбой, которая развернулась в это время между внуками и правнуками Ярослава Мудрого. Через 30 лет она уже становится центром небольшого княжеского владения в составе Муромского княжества. Еще через два десятилетия превращается в стольный город самостоятельного княжества. Быстрый рост города перемежался военными разорениями. Дважды Рязань захватывали и сжигали владимиро-суздальские князья. Тем не менее в первой трети XIII века она оказывается в числе крупнейших и богатейших городов Руси. В 1237 году Рязань была захвачена монголами и разрушена в третий раз. И хотя город был частично восстановлен и Рязанское княжество оправилось после тяжкого удара, его центр со временем переместился на другое место, вниз по течению Оки, в Переяславль-Рязанский. В начале XIV века жизнь на месте Старой Рязани окончательно замерла, отзываясь только пением птиц да шелестом травы на огромном городище. Еще позже земля, в которой сокрыт был древний город, отошла под пашню.

На этом широком поле, окруженном остатками валов, крестьяне нередко находили при распашке всякие древние вещи. В XIX веке, когда русское образованное общество заинтересовалось историей, такого рода находки стали попадать в поле зрения любителей древности.

Во вторник, 6 июня 1822 года, в День преподобных Виссариона, Илариона, Ионы, святителя Ионы Великопермского, преподобномучениц дев Архелаи, Феклы и Сосанны, двое крестьян помещика Шестакова из села Старая Рязань, Устин Ефимов и Яков Петров, справляли земскую повинность на городище – опахивали дорогу близ Спасского собора. Кто из них подналег на рало – осталось невыясненным. Оба вдруг замерли, склонившись над бороздой. Подбежал сынишка Устина, Мосейка, и тоже застыл в изумлении. Под сошником, в комьях черной земли, сквозь обрывки кожаной сумы явственно проблескивало золото.

Крестьяне оказались богобоязненными и честными – находку передали барину. От него через рязанского губернатора князя Лобанова-Ростовского и генерал-губернатора Балашова найденные золотые вещи общим весом более 6 фунтов (почти 2,5 кг) были доставлены государю Александру Павловичу. Государь наградил крестьян по-царски: велел выдать им десять тысяч рублей, сумму по тем временам превеликую. Как распорядились Устин, Мосей и Яков этими средствами, мы не знаем. Вещи же отправились в Императорский Эрмитаж, откуда впоследствии перекочевали в Оружейную палату Московского кремля.

Первый старорязанский клад (первый из 16, доныне обнаруженных) поистине великолепен. В его составе – три золотых медальона с изображениями Богоматери, святых Ирины и Варвары, шесть медальонов с филигранным орнаментом и драгоценными камнями. Эти медальоны вместе с большими овальными и круглыми ажурными бусинами, украшенными самоцветами, составляли два ожерелья. Не менее замечательны два крупных колта (украшения, которые привешивались на цепочках к женскому головному убору) с изображениями святых благоверных князей Бориса и Глеба на одной стороне и драгоценными камнями – на другой; подвески в виде храмов (так называемые сионцы), яшмовые крестики в золотых оправах. Творения ювелиров (каких? византийских? киевских? рязанских? скорее всего, рязанских, прошедших византийскую школу) притягивают взор своею тяжестью и легкостью, соединением великолепия почти варварского и тонкости почти эллинской. Совершенно их техническое исполнение: скань, зернь, перегородчатая эмаль. Умело использованы завораживающие тона самоцветных камней: темно-синих сапфиров, фиолетово-красных альмандинов, зеленых изумрудов, прозрачно-дымчатого горного хрусталя.

Обнаружение этого клада привлекло к Старой Рязани внимание образованного общества. Первым стал собирать о ней информацию и провел пробные раскопки на Старорязанском городище Константин Федорович Калайдович, участник Московского общества истории и древностей российских и член-корреспондент Петербургской академии наук. Впрочем, до подлинно научных исследований было еще далеко: на протяжении десятилетий раскопки Старой Рязани велись эпизодически, бессистемно; осуществляли их дилетанты, а то и просто кладоискатели. Были обнаружены еще два богатых клада, правда уступающие первому, – в 1868 и 1887 годах. Были найдены остатки двух каменных храмов: в 1836 году любитель старины купеческий сын Дмитрий Тихомиров раскопал руины Борисоглебского собора; в 1888 году Алексей Васильевич Селиванов, правитель дел Рязанской ученой архивной комиссии, вскрыл фундаменты Спасского собора.

Археологическое исследование Старой Рязани на подлинно научной основе началось в 1920-х годах под руководством хорошо нам известного Василия Алексеевича Городцова. В культурном слое были пробиты траншеи, на разрезах выявлены разновременные уровни, открыты и обследованы остатки примерно полусотни построек, собран разнообразный вещевой материал. На основаниях, заложенных Городцовым, раскопки Старорязанского городища были планомерно и методично развернуты после Великой Отечественной войны. В 1945–1950 и 1966–1970 годах Старорязанскую экспедицию Института археологии АН СССР возглавлял Александр Львович Монгайт; в 1970–1979 годах – Владислав Петрович Даркевич; с 1994 по 2008 год – Алексей Владимирович Чернецов; с 2009 года и до сего дня – Игорь Юрьевич Стрикалов.

Старая Рязань – самое большое городище России, его площадь – более 60 га. Оно занимает верх надбережного крутосклонного холма. Под городищем, у берега Оки, широкой полосой тянется Подол, место, где в древности располагались поселения, составлявшие рязанский посад. Площадь Подола – около 20 га.

Жизнь Старой Рязани была недолга и драматична – всего лишь два столетия, в которые уложились стремительный взлет, несколько разорений и конечная погибель. Именно поэтому она представляет собой уникальный археологический памятник: здесь, и только здесь исследованиям доступна почти целиком